Чтение онлайн

— Здесь полный дурдом. Я остановилась на светофоре, и толпа окружила машину и начала её раскачивать.

— Боже. Зачем?

— Не знаю. Но тут у нас тоже бунтуют, как в Виннипеге вчера.

— Из-за хоккея?

— Без понятия. Я уехала от них, но врезалась в другую машину. Кто-то меня подрезал, пытаясь уйти от толпы.

— Чёрт знает что.

— Слушай, мне надо умыться. — Я думал, она собирается завершить разговор, но вместо этого она сказала: — Сейчас… — и изображение задёргалось и размазалось, когда она взяла МакБук в руки. На экране замелькали стены и потолок её квартиры, а потом, через несколько секунд, она, по-видимому, поставила компьютер на полочку в ванной. Я смотрел сбоку на то, как она склоняется к зеркалу и коричневой губкой промакивает порез на лбу; губка при этом стала малиновой.

— Может быть, тебе надо к доктору?

— Парень на эвакуаторе сказал, что если ты можешь передвигаться, то лучше сегодня к ним не ходить; приёмные покои забиты во всех больницах города. — Она включила воду — мне её звук показался непривычно громким — и умыла лицо. — Вот, — сказала она. — Всё не так плохо. Зашивать ничего не надо.

— Дай я посмотрю.

Она склонилась к камере, и я осмотрел порез; она была права в том, что он, по-видимому, заживёт сам, хотя кожа вокруг него стала темнее с тех пор, как она впервые появилась на экране.

— Чёрт возьми, — сказал я. — Хотел бы я быть там.

Она отодвинулась от камеры.

— И я бы этого хотела, дорогой. — Она посмотрела куда-то за пределы кадра, туда, где, как я знал, в её ванной располагалось маленькое оконце матового стекла. — Ночь только началась, и я подозреваю, что худшего мы ещё не видели.

Мы с Кайлой поговорили ещё немного, потом ей понадобилось успокоить Райан, которая была напугана постоянным воем сирен и противоугонной сигнализации, на который иногда накладывались звуки выстрелов.

В окрестностях моего дома ничего такого в ту ночь не было слышно, и пока я не включил телевизор, я и не знал, что беспорядки продолжались в центре Виннипега, так же, как и в Саскатуне, и, по мере того, как развивался выпуск новостей, также в Ванкувере, Эдмонтоне, Торонто и Монреале. Хотя на некоторых кадрах можно было видеть, что люди продолжают делать вид, что всё дело в хоккее — они были одеты в футболки и потрясали клюшками, как дубинками — было ясно, по крайней мере, мне, что большинство скорее попросту мародёрствует среди хаоса либо устраивает хаос ради самого хаоса. В этот раз катализатором стал хоккейный матч; в Сан-Франциско в 2019-м — новые правила дорожного движения; в Фергюсоне в 2015-м — годовщина несправедливого решения суда; в Ноксвилле в 2010-м — переход тренера футбольной команды колледжа в соперничающую команду. Неважно, что стало искрой; подобный пожар может разжечь что угодно и где угодно.

Конечно, были времена, когда всё шло в другую сторону. В 2015 году за одну только неделю Верховный Суд США поддержал программу «Obamacare» и постановил, что однополый брак является конституционным правом, а флаг Конфедерации начали спускать по всему американскому Югу в то время, как «Amazon», «Sears» и «Wallmart» прекратили продавать товары с его изображением. «Фейсбук» был морем радуг и «дай-пять». Люди, которые надеялись и молились именно о таком, не могли поверить, как быстро развернулась волна прилива. В то время светлая сторона Силы оседлала волну; сегодня, к сожалению, бал правила тёмная.

Я видел, как премьер Ненши призывает к спокойствию, интервью с мэрами городов и шефами полиции, уговаривающими людей оставаться дома. Даже американские каналы освещали беспорядки в Торонто, которые, похоже, прокатились по всей Янг-стрит от Харборфронта до Блур; время там на час позже, что означало, что полночь уже прошла, так что технически это был уже третий день беспорядков в Канаде.

В конце концов я поднялся с дивана, взял пакет с попкорном, в котором всё ещё постукивали несколько нераскрывшихся зёрен, отнёс его на кухню и выбросил в мусорку. А затем, медленно и печально, побрёл к кровати, надеясь, несмотря ни на что, что разум всё-таки возобладает.

На следующий вечер мэр Виннипега убеждал жителей остаться дома. Официальный комендантский час не вводился, но я так и сделал — смотрел телевизор и бродил по интернету с планшета.

К этому времени полиция уже перестала справляться с насилием почти повсеместно. В города были введены войска для помощи полиции в борьбе с беспорядками и для защиты провинциальных законодательных органов и Парламентского Холма в Оттаве; там, как и в Калгари, бунты вспыхнули на третью ночь. Как казалось, единственное, что не даёт им превратиться в сплошную кровавую баню от побережья до побережья было то, что очень немногие канадцы владели огнестрельным оружием. Тем не менее, количество жертв уже исчислялось трёхзначным числами здесь, в Виннипеге, где всё это началось, и в других мятежных городах уже было по меньшей мере по десятку трупов.

«Фокс-Ньюс» не скрывал радости в своих выпусках новостей:

— Всеобщее внимание сейчас приковано к социалистической Канаде и её премьеру-мусульманину, — говорил Шон Ханнити. — Что они делают для подавления беспорядков в стране?

Новости о продолжающихся нападениях на нелегальных иммигрантов в Техасе на «Фокс» практически отсутствовали, хотя «MSNBC» сообщало, что воинственные настроения распространяются, и что три человека были найдены мёртвыми в Лас-Крусес, штат Нью-Мексико, и двое — к югу от Финикса, Аризона — в штатах, в которых не было ничего похожего на техасский Закон Макчарльза.

Тем временем ещё одна убитая индеанка была найдена здесь, в Виннипеге, и ещё две — в северной Манитобе; кроме того, в окрестностях Томпсона двое индейцев кри были застрелены белыми подростками, проезжавшими мимо на машине.

Боко Харам по-прежнему свирепствовал в Нигерии, и была опубликована статистика о том, что больше 8000 евреев выехало из Франции в Израиль в 2019 году.

— Вы чувствуете это в воздухе, — сказал парижский раввин. — Грядут погромы, попомните мои слова.

В четверг у меня было факультетское собрание по окончании занятий, но оно закончилось до трёх. Я сел в свою белую «мазду» и отправился в долгий путь в Саскатун, имея большой стакан кофе в чашкодержателе и коробку с двадцатью пакетами «тимбитс» [71] на заднем сиденье. Выехав за город, я не стал включать радио и не стал запускать аудиокнигу; я просто ехал в молчании, наслаждаясь тем, что шоссе пусто, и я могу представить себе, что я один во всей вселенной и нигде не происходит ничего плохого.

Однако иллюзии снова были разбиты двумя лучами фар, метнувшихся сзади через всё небо.

Я делал где-то сотню километров в час, но ехавший за мной приближался. Хоть навстречу никто не ехал, так что слева от меня было полно места для обгона, я всё же немного сдвинулся к обочине, чтобы освободить ему ещё больше места.

Разрыв между нами сокращался. Я терпеть не мог придурков, которые не отключали дальний свет в подобных ситуациях, но эти сияли, как пара сверхновых. Он был уже метрах в пятидесяти позади меня.