Чтение онлайн

– Ладно, ладно, – всё-таки Прайсу казалось неправильным, что раненая будет валяться на полу, как неразделанная туша. Но раз они ничего не могут делать…

Он тщательно оглядел гостиную, стараясь подметить детали, пока горячо. Как бы ювелирно ни работал убийца, на этот раз остаться чистым будет сложно. В том, что это именно он, Прайс не сомневался – цифры на спине жертвы, обрамлённые запекающейся кровью, красноречиво в этом убеждали. 20121.

Опрокинутая сахарница… Разбитая фарфоровая чашка… Телевизор включён, и на экране до сих пор разглагольствует какой-то политик. Женщина мирно обедала, ни о чём не подозревая. И тут появился маньяк. Она его впустила. Он принялся за неё сразу, иначе дело произошло бы не в прихожей. Значит, она знала его. Прайс кивнул. Ещё один аргумент в пользу того, что убийца живёт в этом странном домишко.

Внизу загорланила сирена, и Прайс подошёл к окну. Белый фургон с мигалкой стремительно выруливал к дому. На противоположном крыле какая-то девочка у окна зачарованно наблюдала за выстроившейся у подъезда кавалькадой машин – полиция, «скорая», экспертиза.

В ожидании санитаров Прайс прошёл в спальню. Уют и порядок, контрастирующие с кровавыми декорациями у входа. Кровать была заправлена, на его изголовье, указывая лапкой вперёд, сидел розовый плюшевый кролик с улыбкой до ушей. Прайс поднял его и задумчиво повертел в руке. Кажется, такие игрушки он видел на какой-то распродаже. Так или иначе, кролик был единственным домашним любимцем хозяйки. Но он её не спас от плохого человека.

В прихожей зашумели. Прайс вздрогнул, положил кролика на место и вышел из спальни. Санитары уже толпились вокруг женщины, разворачивая носилки.

– Детектив Прайс, – представился он. – Пожалуйста, не наступайте на кровь, это может помешать следствию.

– Как скажете, шеф, – буднично отозвался санитар. Прайс подумал, что он вообще не услышал его слова.

– Взяли…

Ему показалось, что девушка (увидев лицо, он понял, что жертва очень молода, не больше двадцати пяти лет) чуть слышно охнула, когда её подняли и положили на носилки. Капельница, возвышающаяся над изголовьем, закачалась. Санитары действовали быстро, негромко перебрасываясь словами, понятными только им самим. Несколько шумных секунд, и процессия пропала в коридоре, унося с собою «мисс 20121».

– Куда они её забрали? – машинально спросил Прайс у медэксперта, сосредоточенно меряющего рулеткой в углу.

– В госпиталь Святого Джерома, наверное. Ближе больниц нет.

– Ага…

Место, где минуту назад лежала девушка, расплылось кровавой лужей. Чёрт возьми, как всё-таки много крови… Вряд ли она выживет, но если это всё-таки случится, свободному разгулу маньяка придёт конец. На этот раз блистательный неуловимый совершил роковую ошибку.

– Скоро закончишь? – спросил он у медэксперта.

– Минут пятнадцать, не больше. Последние замеры, фотографирование…

– Хорошо, – Прайс снова подошёл к окну, сосчитал окна на том крыле и понял, что с допросами дело затянется до глубокой ночи. Зато у них будет кой-какая общая картина. И, самое главное, круг подозреваемых.

– Всё сделано, шеф.

– А? – Прайс обернулся и увидел сержанта Рейнольдса, заглядывающего в квартиру. При виде прихожей, окропленной кровью, по жизнерадостному лицу сержанта пробежала тень:

– Люди выставлены у всех вылазок из здания. Вряд ли он успел так быстро… Так что он здесь, никуда не денется.

– Да, я видел, – Прайс сцепил пальцы. – Нам предстоит горячий вечерок.

Рейнольдс вошёл в прихожую на цыпочках, чтобы не испачкать ботинки:

– Так они забрали её в госпиталь Святого Джерома?

– Да, – Прайс невольно взглянул на опустевший пол. – Надеюсь, она придёт в сознание.

– На её спине тоже были цифры, – задумчиво сказал Рейнольдс, глядя на останки разрушенного уюта. Прайс предпочёл отмалчиваться. – Напрашивается заголовок: «Дело Уолтера Салливана, раунд третий». Газетчики будут в восторге.

Прайс никоим образом не разделял этот восторг. Что он сейчас чувствовал – затаившуюся, набирающую обороты злобу на ублюдка, и безмерную усталость, лежащую грузом на плечах.

– Вряд ли, – возразил он, обколотившись о подоконник. – Тот, кто стоял за «вторым раундом», так и не был схвачен. Скорее всего, это тот же самый… хотя, конечно, я не стану клясться на Библии.

Безуспешно пошарив взглядом по окровавленному полу в поисках следов, Рейнольдс покачал головой. На его широком лице появилось странное выражение, которое Прайс не смог понять. Наконец, сержант сказал:

– Чёрт возьми, иногда мне кажется, что за всеми «раундами» этого треклятого дела стоит один и тот же мерзавец.

Прайс сокрушённо вздохнул. Он, конечно, и раньше слышал подобные бредни. Уолтер Салливан не был обычным маньяком, его похождения в своё время потрясли весь штат, сделав убийцу чем-то вроде местной достопримечательности. Как и всякая легенда, он был окружён байками грошовой цены. Ходила устойчивая страшилка, что на самом деле Салливан не умер, а фальсифицировал свою кончину, и за «вторым раундом», последовавшей по истечении нескольких лет после его самоубийства, стоит он сам, вернувшийся к любимому ремеслу. Прайс ещё мог терпеть такие сплетни в курилке полицейского участка, но если это говорит тебе твой помощник на месте преступления…

– Что за хрень ты несёшь? – раздражённо спросил он. – Салливан мёртв, как полено. Я лично изучал обстоятельства его смерти. Он действительно перерезал себе глотку в тюремной камере. В вещдоках есть даже ложка, которым он сделал это. Я думал, хотя бы ты не веришь этим байкам.

– Я и не говорю, что Салливан жив, – Рейнольдс повернулся и пошёл к выходу. Кажется, слова Прайса задели его за живое. – Просто мне кажется, скажем так, странным, что наш виртуозный подражатель не совершает ошибок. Что твой бесплотный призрак…

– Призрак? – Прайс фыркнул. – Нужно читать поменьше книжек на ночь, сержант.

– Я просто сказал, и всё, – Рейнольдс вышел в коридор, не оборачиваясь. – Ладно, пойду проведаю своих. А не то эти оболтусы заснут у дверей.

– Я вот что скажу, – Прайс вышел из квартиры следом за помощником. – Какой бы призрак ни варил эту кашицу, он сейчас находится в этом доме. И от нас требуется его найти. Откровенно говоря, думаю, даже самый страшный призрак в мире будет приятнее этого выродка.

Женщину доставили в отделение интенсивной терапии в три пополудни. Обычно в это время от вереницы привозимых в госпиталь жертв катастроф и несчастных случаев не бывало передышки. Но сегодня кандидатов на скорое обретение вечного покоя было на удивление мало. Несколько переломов ребер, одна закрытая травма черепа – вот и всё. Сестра Оуэнс была этому рада. С неё хватило за девять лет работы в госпитале Святого Джерома крови и пациентов, умирающих на глазах. Каждый более-менее спокойный день казался божьим подарком.