Чтение онлайн

Саломея не ответила, он выждал несколько секунд и начал приставать, желая узнать, что она думает касательно его просьбы, обращенной к Люцию.

– Я бы хотел получить клинок воина армии Ареса! – тараторил мальчик. – Это одно из лучших оружий Аида. Хотя сойдет и кость проповедников боли – урон почти одинаковый, зато умеет разбивать в щепки щит любого воина… Но вот с колющими ударами у кости проблемы…

Не появись впереди дверь в покои Геи, то Саломея непременно дала бы молодому стражнику затрещину для профилактики – руки так и чесались, поэтому, когда пульсирующие синим векторы указали на конец первой части задания, Саломея не сдержалась и досадливо выругалась на сленге коренного жителя Размерности.

– Ты чего? – растерялся Джаво.

 Она покачала головой и открыла дверь.

Старая полубогиня стояла у окна, повернувшись к гостям спиной. Длинные волосы достигали пола. Адаптивные алгоритмы добавили информационный протокол о тайном союзе Геи и Люция. Совсем недавно она стояла здесь с ангелом первой утренней звезды и говорила, что хочет выдавить себе глаза, чтобы не видеть бесчинства, творимые Сфинкс во дворце.

– Мир пал, - прозвучал в доступных воспоминаниях голос полубогини с белыми как снег глазами, а где-то далеко, по пустым коридорам эхом разносились крики женщин. – Они научили харит рожать!

– Они просто помогли им вспомнить, - раздался в ответ голос Люция.

– Не смей говорить, что это нормально! – тряхнула головой Гея. – Хариты должны служить красоте, а не рожать уродов. Разве ты не видел, какие твари выходят из их чрева?

– Ты прекрасно знаешь, кто за этим стоит. Сфинкс обезумела. Ее любовь к Пандоре…

– Мы все безумны, Люций. Те, у кого была хоть доля здравого смысла, предпочли уйти в небытие, дабы не видеть то, что происходит здесь.

– Кто-то должен был остаться.

– Не оправдывай свою слабость. Ты в любом мире сможешь найти для себя работу. Твои звезды – это твое тщеславие.

– Мои звезды дарят надежду.

– Думаешь, Ндора до сих пор читает их?

– Да.

– Тогда почему бы тебе не зажечь звезду для себя? Может быть, Ндора исполнит твое желание, и это сумасшествие закончится?

– Он не всесилен, Гея. Никто не сможет повернуть время вспять.

– Это правда. – Лишенные зрачков глаза, затянула пелена тьмы. – Нам нужен настоящий бог, настоящий правитель… Такой, как Иакх.

– Иакх принадлежит к пантеону старых богов. Ты ведь знаешь – они тираны.

– Зато они не плетут интриг, как это делает Сфинкс, и не предаются разврату. Древние боги способны лишь на две вещи: либо карать, либо миловать, но именно это сейчас нужно нашему миру.

– Но разве Иакх жив? Разве не разорван на части по приказу новых богов?

– Я знаю, где хранится сердце древнего бога. Останется лишь подыскать для него подходящий сосуд.

– И ты хочешь, чтобы я попросил Ндора помочь нам?

– Боги оценят этот поступок.

– Мы давно забыли о наших истинных богах.

– Но они есть. Всегда были и всегда будут…

Поток воспоминаний прервался, возвращая Саломею и Джаво в настоящее. Афна, будучи имитацией, молчала, не желая вмешиваться в сюжетную линию игрового процесса. Тишина, воцарившаяся в покоях полубогини, показалась абсолютной.

– Кого ты привела с собой, танцовщица? – спросила Гея, не поворачиваясь к вошедшим. – Я чувствую Афну, но зачем здесь молодой стражник из закрытого города?

– Он помогает нам.

– Какое дело до этого мне?

– Без него я бы не нашла Афну и не выбралась бы из Новых Фив.

– Если все так, как ты говоришь, тогда объясни, зачем мне ты? Может быть, я сделала неверный выбор?

– Мы с Джаво помогаем друг другу.

– Взаимовыручка? – голос древней полубогини сквозил иронией.

– Разве это плохо?

– Боюсь, в Аиде давно забыли о том, что значит это слово.

Повисла новая пауза, давящая тишиной, и Саломея, потеряв терпение, напомнила о том, что выполнила полученное задание и привела Афну.

– Что теперь?

– Теперь ты должна найти сосуд для сердца древнего бога.

– Чтобы свергнуть Сфинкс?

– Ты возражаешь?

– Нет, но… - Саломея пыталась побороть волнение, но не могла.

Впервые за время игры, она приблизилась к тому, чтобы воплотить поставленные перед покупкой ключа игрока цели в жизнь. Все происходит, конечно, не совсем так, как они планировали с Арк-Ми, но…

– Во время нашей последней встречи ты сказала, что тебя привело в Аид любопытство, - произнесла Гея и резко обернулась вглядываясь Саломее в глаза. – Как ты смотришь на то, чтобы оставить любопытство в покое и продолжить путь по дороге чести и порядка?

– Я… - Саломея спешно пыталась разобраться в пафосных словах полубогини.

– Соглашайся, если не хочешь упустить шанс получить один из самых главных игровых квестов, - прошептал ей на ухо нависший за плечом демон.

– И… - Саломея вздохнула. – И что я должна буду делать, чтобы найти для сердца Иакха… сосуд?

– Все зависит от того, как далеко ты готова зайти ради этого, - белые, лишенные зрачков глаза Геи продолжали сверлить взглядом гостью. – Возрождение Иакха – это непростое задание. Не каждому оно по силам.

– Я справлюсь… - Саломея нахмурилась, почувствовав несильный тычок Джаво в спину. – Мы справимся, - поправилась она.

Гея перевела тяжелый взгляд с актрисы на молодого стражника.

– Надеюсь, ты храбрый воин, - сказала она, напомнив заботливую мать, сын которой погиб на войне, и теперь каждый союзный солдат напоминает его. – Вам предстоит покинуть дворец Сфинкс и отправится в странствие по Аиду. Это долгий и опасный путь.

– Я готов рискнуть, - Джаво вспомнил, что прямо сейчас этот разговор, возможно, транслируют по нейронным каналам, и постарался напустить на себя решительный вид закаленного в боях воина.

Саломея заметила его неловкие потуги и не смогла сдержать смех.

– Нет, ты только посмотри на себя! – хохотала она, вгоняя мальчика в краску. – Готов он рискнуть! Да у тебя даже кинжалов нет, и уровень развития персонажа на начальном уровне, что в этом мире смерти подобно.

– Я потерял кинжалы, когда защищал тебя и Афну! – гневно топнул ногой молодой стражник. – Это, между прочим, мои руки обгорели, когда я сражался с монахиней из культа тушителей свечей…

– Ты сражался с монахиней из храма Иакха? – спросила Гея, и адаптивные алгоритмы, взяв под контроль основные протоколы точки сборки, заставили Саломею замолчать, спешно захлопнув рот.