Чтение онлайн

Эшелоны с офицерами большевики гнали через Москву в Архангельскую губернию, эшелоны с урядниками — за Урал. Судьба казаков была ужасна. Прибывших в Архангельск в августе—сентябре 1920-го, их пачками грузили в закрытые баржи, вывозили вверх по Северной Двине и расстреливали на пустырях из пулеметов. Затем баржи возвращались, в них грузили следующих — и так пока не уничтожили все шесть тысяч... «Кубань, наше Кубанское казачье Войско, захлестнулось и еще слезами шести тысяч вдов!., а сколько после них осталось сирот — мы теперь и НЕ УЗНАЕМ».

Скитаясь по лагерям и тюрьмам, казаки получали вести из станиц. Еще в 1920—1921 гг. (задолго до 30-х) красные власти жестоко мстили казачьим семьям: расстреливали стариков, «за невыполнение продразверстки» сажали в подвалы ЧК, насильничали, брали «на учет» с запретом выезда из станиц...

Елисеев свидетельствует: на Урале и на северо-западе, в местах ссылки казаков, население ненавидело советскую власть, белых офицеров принимало как героев. Услышав, что они «издалека, с юга России», крестьяне заключали: «Есть адна Расея, а иде юх, а иде север — ета усе равно. Адна страна».

Разоренный красными в своем свободном труде — «все дай, да дай!», встречая пленных офицеров, хозяин дома радостно переспросил: «Бел-лые?.. значить колчаковцы?.. Я сам у Колчака служил и вот, вернулся зря в село, но Колчак придет иш-шо!» Он, как и соседи-мужики, ждал возвращения Верховного правителя: «Все пойдем к нему! И уж не сдадимся».

«Я ему не сказал, — пишет полковник Елисеев, — что адмирала Колчака давно нет в живых».

Сосланный за Урал, Елисеев решает: «Бежать!.. Бежать из этой красной России, бежать, куда глаза глядят, но только не быть здесь и переживать беспомощно все преступления и варварство красной власти, с которой надо бороться. Эта борьба возможна лишь тогда, когда я буду свободен».

Ему это удалось — он стал свободен. Началась новая жизнь, и была еще одна война...

* * *

Брошюры Ф.И. Елисеева «Лабинцы и последние дни на Кубани. 1920 г.», «Одиссея по красной России» и «Побег из красной России» выходили в США на ротаторе в 1962—1965 гг. и представлют собой библиографическую редкость.

Общее количество брошюр-тетрадей, сведенное составителем в данной книге, — четырнадцать. Они хронологически продолжают более ранние воспоминания Елисеева (Казаки на Кавказском фронте. 1914 —1917 гг. М.: Воениздат, Редкая книга, 2001; С Корниловским конным. М.: ACT, Астрель, 2003; Дневники казачьих офицеров. С Хоперцами. М.: Центрполиграф, 2004). Выпуская брошюры каждого цикла в течение нескольких лет, по отдельной тетрадке, Ф.И. Елисееву приходилось повторять или напоминать читателям что-либо, уже написанное ранее. При редактировании такие повторы убирались; некоторые разделы, небольшие по объему, сводились в более крупные, под общим заголовком.

В приложение 1 вошла краткая памятка 1-го Лабинского генерала Засса полка ККВ с указанием его командиров в Великой и Гражданской войнах, подготовленная составителем.

В своих брошюрах полковник Елисеев вспоминает 1-й Аабинский полк Императорской армии и его офицеров, хорошо известных ему по совместным боям в 1914 —1917 гг. на Кавказском фронте; именно поэтому мы сочли нужным представить документы того времени в приложении 3.

В приложении 4 дан послужной список командира 1-го Аабинского полка полковника Ф.И. Елисеева.

В комментарии включены биографические справки около 300 офицеров и лиц, упоминаемых в книге; некоторые сведения предоставлены д. и. н. С.В. Волковым, К.А. Залесским и историком Терского Казачьего Войска Ф.С. Киреевым. Для кавалеров ордена Св. Георгия и Георгиевского оружия в скобках проставлена дата награждения, а не дата совершения подвига; они сверены с данными из труда «Военный орден Св. Великомученника и Победоносца Георгия» (М.: РГВИА, 2004). В справках перечислены установленные нами награды казачьих офицеров в Великой войне, поскольку такие материалы никогда не публиковались.

Практически все фотографии, вошедшие в книгу, читатель увидит впервые. Ряд снимков передали составителю сын полковника Елисеева — Георгий Федорович Елисеев (США), дочь генерала В.Г. Науменко — Наталия Вячеславовна Назаренко-Науменко (США), с любезной помогцью старшего научного сотрудника Краснодарского исторического музея Н.А. Корсаковой, и сын генерала М.А. Фостикова — Борис Михайлович Фостиков (Югославия).

Фотографии казаков 1-го Лабинского и других полков Великой войны — из семейного архива составителя, редкие фотоснимки передали Т.В. Рачинская (Абашкина) и семья Абашкиных (Кисловодск).

Всем вышеназванным приношу сердечную благодарность.

ГГ. Стрелянов (Калабухов)

ЛАБИНЦЫ

ТЕТРАДЬ ПЕРВАЯ

От составителя. В первых числах января 1920 года полковник Елисеев приводит от Ростова на Кубань кадрированные части 1-й Кавказской казачьей дивизии на переформирование. Образовывалась Кубанская армия, командующим ею назначается генерал-лейтенант А.Г. Шкуро1.

Формирование шло медленно. Елисеев решает идти на фронт во 2-й Кубанский конный корпус, который рке выступил на Маныч. Дав телеграмму его командиру, генерал-майору В. Г. Науменко2: «Желаю командовать полком на фронте в Вашем корпусе. Приеду немедленно. Телеграфируйте в Невинномысскую. Командир 2-го Хоперского полка, полковник Елисеев», в тот же день получает ответ: «Согласен. Приезжайте. Получите полк. Генерал Науменко».

30 января 1920 года Елисеев выехал в станицу Кавказскую.

Кубанская армия

После революции в Петрограде в феврале 1917 года на территориях всех Казачьих Войск были созваны Войсковые Круги, на Кубани Войсковая Рада, избраны Войсковые Атаманы, образованы Войсковые правительства, то есть было восстановлено древнее казачье самоуправление на своих казачьих землях, но с подчинением центральной российской власти, только что образованному Временному правительству в Петрограде.

В конце октября того же года, с захватом в Петрограде государственной власти большевиками, все казачьи правительства, не сговариваясь предварительно, этой новой власти не признали и объявили полную независимость от нее по управлению своими землями впредь до образования правового правительства России. Для обеспечения порядка на своих землях на территориях Казачьих Войск стали формироваться правительственные отряды. Наиболее явно это выразилось в Оренбургском, Уральском, Донском, Кубанском и Терском казачьих Войсках.

Осенью 1917 года на Дону начала формироваться Русская Добровольческая армия под политическим руководством генерала Алексеева3, которую возглавил мужественный сердцем генерал Корнилов4.

В феврале 1918 года Дон пал. Добровольческая армия ушла на Кубань. В марте в Закубанье она соединилась с Кубанскими правительственными отрядами. 14 марта того же года в станице Ново-Дмитриевской Екате-ринодарского отдела произошло заседание высших генералов Добровольческой армии с Кубанским Атаманом и правительством, на котором постановили: