Чтение онлайн

Широкий, ярко освещенный проспект, полный гуляющих, плавно сворачивал направо: мимо причудливого здания–стеклянной игрушки, которую не иначе выдул великан; сбегал с холма вниз и спешил слиться с набережной, однако им следовало идти не туда, а на небольшую кривую улочку-алею, утопавшую в зелени.

Пахло смесью ванили, корицы и мяты, хотя цветов, способных источать эти ароматы, Женька не рассмотрела. Не увидела она и остальных некромантов. На проспекте то один, то другой непременно попадали в ее поле зрение, а сейчас словно в воздухе растворились.

— Мы просто чуть срежем путь, — сообщил Лео и потянул ее вперед: в самую темную тень.

Женька слегка опешила, но ни застывать на месте, ни сопротивляться не стала. Шаг-другой, и то ли глаза привыкли к темноте, то ли стало светлее. Они вышли к высокой витой ограде. За ней находился ухоженный парк, освещенный тусклыми белыми фонариками, и возвышался двухэтажный особняк — просто огромный для одного единственного жильца. То-то его силуэт в окне двигался резко, рвано и нервно. Светлый маг ходил из угла в угол, как дикий зверь по клетке. Нервничал? Или просто усыплял бдительность наблюдателей? Те-то глядели на окна, когда как маг мог находиться и на чердаке, и в подвале, перерывать библиотеку в поисках способа сбежать.

Некромант взялся за один из прутьев решетки, потянул, и тот легко выпал. То же он проделал и с другим.

— Лео… — позвала Женька. — Я ведь так и не поинтересовалась, чем аукнулся для вас отказ от перехода.

Проход расширялся.

— Как правило, души обговаривают срок, на который задерживаются в этом мире: пока не исполнится, что-то важное для них, либо не уйдет за грань некромант, которому они служат, — нехотя сообщил Лео. — Дух-охранитель из лаборатории оттого и не ушел еще, хотя, как по мне, имеет полное право.

— Вот только вы никаких условий не называли, — припомнила Женька.

— Чтобы не потерять силы. Для этого мира я сейчас и не жив, и не мертв; не силен, как раньше, но и не бессилен.

— Вы говорили, будто привязаны ко мне…

— Сущностно, — подтвердил Лео, продолжая расширять проход, не опасаясь, что примчатся злые доберманы или еще какой охранник. Видно, собачек увели слуги. Если, конечно, были здесь эти собачки. — Я всегда отыщу вас в этом мире, куда бы вы ни направились.

— Удобно, — оценила Женька, — но спрашиваю я вас не об этом.

Призрак вряд ли дышал. Тяжкий вздох Женька скорее почувствовала, нежели услышала.

— Уйти я теперь вряд ли смогу, — сознался Лео. — Разве лишь кто-то явится за мной с той стороны, однако я, признаться, на такое не рассчитываю.

— Но как же…

— Буду в своем лице оправдывать страшные сказки о некромантах: живых мертвецах, — он невесело усмехнулся. В неверном свете выползшей из-за туч луны ухмылка показалась зловещей. — А еще… если меня уничтожат, это уже навсегда. Останется сознание, память предыдущих жизней — то, чего с изнанки в реальный мир не унесешь, но весь прожитый опыт… душа просто исчезнет.

Женька ухватилась за пока не вынутый прут в ограде: срочно потребовалась хоть какая-то опора, показалось, земля сейчас выпрыгнет из-под ног. В тени деревьев мелькнула чья-то тень, но прежде чем она открыла рот и предупредила, Лео позвал:

— Войд…

Немолодой, но крепкий мужчина — Женька дала бы ему лет за пятьдесят — оказался возле ограды очень быстро. Словно уже давно стоял здесь. Но, если это так, то чью же тень видела Женька?

«Да чью угодно», — решила она, переступая через образовавшийся в ограде пролом вслед за Лео.

Войд в сущности повторял все то, о чем рассказал ворон. Пусть и с нюансами. Проходя недлинной, но густо засаженной деревьями рощей, она, однако, дернулась. Показалось, возле ствола, согнувшись в три погибели, сидел человек, и человек этот мертв.

С первым угадала, со вторым — нет. Просто человек был грязен и совершенно не шевелился, словно слился с корой. Его и днем вряд ли запросто вышло бы углядеть, а уж ночью…

— Глазастая, — скупо похвалил Войд. — Риану углядела, ну надо же. Не всякий сумеет.

Никаких иных пояснений не последовало. Да и не требовалось. Женьке было достаточно осознания: это не у нее глюки начались, а работает хорошо замаскированная наблюдательница.

Войд резко остановился, не дойдя до дверей особняка десятка шагов. На земле обозначилось едва заметное свечение, наверняка, опоясавшее здание. Видимо, та самая граница. Лео преодолел ее без каких-либо неудобств. А Женька на этот раз просто решила не останавливаться. Почему-то не сомневалась, что пройдет. А нет, так не в щиток с электричеством ломится.

Преграда действительно ее пропустила, Лео приподнял брови и хмыкнул.

— Встреть моих, — обратился он к Войду, — и можете сворачивать посты. Не первые ведь сутки караулите.

— Не первые караулим, можем и еще покараулить, — заметил Войд и, нахмурившись, сообщил: — Мне очень жаль, Лео.

— Зато спину не ломит, и голова на ясную погоду не болит, — пошутил тот, а может, и остался совершенно серьезен.

— Эти люди — городские стражники, — быстро объяснял Лео, пока они с Женькой шли ко входу в особняк. — Они терпимы к ауре смерти и хорошо относятся к некромантам. Если что-то пойдет не так, бегите к Войду, он выведет.

Что может пойти не так, спросить Женька не успела: Лео говорил быстро, четко, не давая ей шанса вставить ни слова. Шаг он ускорил, заставив Женьку едва ли не бежать.

— Главное, что я хочу выяснить: кто есть Кай на самом деле, и почему его имя всякий раз будоражит мир, стоит назвать его полностью.

Женька могла бы подтвердить: и в ее родном мире локальные землетрясения случались, стоило Каю представиться, причем там, где их быть не могло априори. Ну какие в Московской области землетрясения?

— Наша главная цель — уничтожить Сестрия, но им я займусь при посредстве остальных, — объяснял тем временем некромант. — Мы опережаем их на четверть часа. Аккурат есть время на маленькое представление.

— Я подыграю, — пообещала Женька, пытаясь не показать насколько сбила дыхание. Вроде и пробежали совсем ничего, а запыхалась она изрядно. — Насколько сумею.

— Не старайтесь очень уж сильно: Сестрий никогда не был в вашем мире и не знает о нравах тамошних жителей. Потому вы можете вести себя, как угодно — он не заметит фальши.