Чтение онлайн

«Только не говори, что ты альтруист. Я тут же прикажу тебя отправить в лечебницу».

— В вас говорит исключительно любовь к своим соратникам? Или же вы ощущаете недостаток ресурсов, мой юный друг? — Лениво поинтересовался «Синее Пламя».

— Друг… — Юноша зарделся, хотя может магистру показалось (черный табак оказывает так же наркотический эффект), затем Декар улыбнулся, — Немного того, немного другого. У меня нет собственных мощных связей и финансов, чтобы претендовать на что-то большее. Те, которые имелись — ушли на место в Совете.

— А если бы они у вас появились? Равно как надежный покровитель и сильный тыл? — В окутывающем собеседников дыме глаза магистра сияли красными углями.

— Тогда-а-а, — протянул «Дождливая осень», — я думаю, что смог бы претендовать на большее.

— Тогда у меня к вам предложение, — встрепенулся Мордред. — Мне нужна ваша помощь в одном деле, а взамен… — Он выдержал паузу. — Вы получите мою благодарность. В золоте и влиянии.

— Это предложение, от которого не отказываются, — в улыбке блеснули зубы собеседника. «Ну, у него и клыки, такой пастью можно много сожрать», — Что от меня требуется?

— Это лично для меня, — ответил «Синее Пламя» и чуть помедлил, дав им обоим насладиться моментом. — Мне нужна одна вещь, которой обладает Школа Воды, и я готов ее купить. Но сделать это надо тайно. Без разглашения персоны покупателя и целей покупки.

— И что это за вещь? — Юноша посерьезнел. — Помните — на предательство Школы я не пойду.

«Ты уже предатель. И можешь лишиться жизни, если я об этом кое-кому шепну».

— Ничего столь важного. Мне нужен Чернильный Котел, — Маг огня вынул мундштук кальяна изо рта и пустил сизый дым колечками. — И я за него хорошо заплачу. Как и вам, за посредничество.

— О! — Заулыбался маг воды. — Всего-то? В этом я с огромным удовольствием помогу вам магистр!

Затем была рутина. Хотя Зал Аструм Примарис был полон, большинство присутствующих скучало — сегодня, предваряя на несколько дней расправу над главным блюдом, Совет обсуждал дела более мелкие. Хоте некоторые из них были достаточно важны для Мордреда.

Однако голосование по вопросам побочных наследников и подтверждение столетнего «Акта о разделении полномочий» прошли без сучка и задоринки, щедро подмазанные огненным золотом. Другие вопросы оказались не столь просты в решении — к прискорбию главы Школы Огня было подтверждено решение об особых правах городской стражи. Что создавало неприятный прецедент — теперь мэры и правящие советы городов могли по примеру Антарис-Примула, которой это решение касалось, захотеть так же заводить городскую стражу, не зависевшую от школ. Пополняемую из жителей района и оплачиваемую из городской казны. «Так мы скоро до бунтов бездарных дойдем, будем как в Шваркарасе».

Так же приняли неприятные для Мордреда поправки к дипломатическому курсу — решив усилить контакты с Сетрафией и Эллумисом, в ущерб отношениям с Алмарской Империей, Шваркарасом и Ригельвандо — такое положение дел рушило успехи личной дипломатии Школы Огня и не могло не расстраивать ее главу. «Паровые шлюхи гартарудов и мужеложцы! На них вы хотите променять Державы Колонизаторы?! Кучка кретинов и лизоблюдов!»

Были так же оглашены предварительно вопросы, по которым состоится обсуждение на законной сессии в конце года. Статус военных училищ входил, и это приносило надежду на дальнейшее возвышение Школы Огня.

В перерывах между заседаниями «Синее Пламя» успел побеседовать со своими доверенными людьми. Собственно, лишив их этого доверия.

Первым был слуга магистра, он мелко трясся, когда горящие воины бросили его к ногам хозяина.

— Людвиг, — расплылся в улыбке «Синее Пламя», — старая ты гнида. Тебя видели у нашего друга «Краснолицего». Что ты там делал?

— Магистр! — Слуга обнял сапоги из драконьей шкуры, в которые был облачен Мордред. — Ваши люди все неправильно поняли! — Он оросил дорогую кожу слезами и соплями, что еще больше рассердило хозяина слуги и сапог. — Я лишь хотел втереться к нему в доверие, дабы лучше служить вам и принести больше пользы.

— В следующий раз будешь втираться в доверие в аду, — пинок окованного шипастой сталью носа разбил скулу толстяка и рассек кожу, оросив ковер кровью. «На красном не видно», — Сержант! — Приказал Мордред, — Выведите эту тварь, и прикончите где-нибудь вне этих стен.

В Гилемо Антарии жизнь людей, не обладавших магией и не принадлежавших кому-то другому, ничего не значила.

Следующим был сутулый, в черном, с крысиными чертами лица — исполнитель заказов «Синего Пламени». Вообще все эти беседы можно было проводить и в другом месте или вообще доверить слугам. Но Носителю Раскаленного Клинка доставляло некоторое удовольствие разбираться в этом самостоятельно, а стенах Совета он так разгонял скуку.

Сутулого держали вчетвером, хотя на нем и был рабский ошейник.

— Слива — убить, Персик — напугать, тупой ты ублюдок, — Он смотрел в зал, а не на собеседника, произнося эти слова.

Крысомордому хватило ума промолчать.

— Подберите для него теплую камеру, пусть подумает над своими поступками, — Скомандовал магистр горящим, — Он все еще ценен для нас.

Когда человека в черном увели, Мордред сказал сержанту:

— В камере его нужно прикончить, просто здесь многовато грязи он мог развести, — маг огня сбросил пылинку с плаща. — Он слишком много знает, а ценность имеет теперь не высокую. «Теперь придется кого-то подбирать на его место. Где б найти — поумнее и неподкупленного, хоть в Силенцию посылай».

Вечер его радовал, хотя в этот раз, согласно распорядку, составленному дворецким, на стол подавали не служанки, а слуги, магистра ожидал его любимый суп из морепродуктов, с острыми как пламя приправами.

Глаза у Меррита — первого из подававших на стол приборы и салфетки, — были усталыми и все время бегали. Руки немного дрожали, а когда он приблизился к Мордреду, то и коленки затряслись. «Боишься меня? Что-то замыслил. Кто-то посулил тебе больше денег или лучшую жизнь? Эх, а ты у меня так недавно».

— Томас, выведите, пожалуйста, отсюда Меррита, и попросите сержанта с ним побеседовать, — холодный голос мага огня звучал как приговор, мальчишка вышел вслед за дворецким, рыдая и на ватных ногах.

А вот и главное блюдо — его подал мускулистый детина с широкой спиной и тяжелой челюстью, один из слуг Пламенной Цитадели. Но дымящийся суп в глубокой тарелке из красного золота, своим ароматом выбил подозрения из головы магистра.

И зря. Первые шесть ложек были воплощением кулинарного блаженства. Он уже думал наградить повара. Но тут — седьмая, а вроде счастливое число. Сначала был легкий укол, когда магистр попытался разжевать мякоть устрицы, затем треск, и нестерпимая боль, изо рта хлынула кровь, зуб сломался.

«Отравили. Убили! Нет! Нет! Неееееет!!!!!!!»

Боль терзала сознание, рот наполнялся кровью, Мордред отбросил стол, одним ударом поверг здоровенного слугу, подбежавшего на помощь, с ног, разбил стул об стену, его перчатки запылали.

— Нет! — Взревел он. И внезапно понял. Резко плюнув на руку, он обнаружил перламутр, на эмали перчатки — всего-лишь осколок раковины, невинный и почти безобидный осколок раковины. Его охватило торжество. Раковина и ничего больше. «Но она могла меня убить», — Внезапно понял «Синее Пламя». Попасть в горло и задушить. «Прикончить до того момента как я сумею что-либо сделать».