Лагранж - Оэлэ
Шрифт:
– Интересуют обстоятельства гибели сотрудника нашего предприятия?
– Вежливо спросил сидевший напротив человек с короткой стрижкой-бобриком.
– Да...
– проклиная себя за блуждание возле проходных и длинных бетонных заборов города Королева, выдавил Антон.
– Вы отдаете отчет, что здесь режимное предприятие?
– Недоверчиво просвечивая собеседника свинцовым взглядом, продолжал хозяин кабинета.
– И даже спустя много лет, документы продолжают хранить гриф секретности!
Он принялся листать паспорт Антона.
– Я в курсе...
– Значит, Видолга? Редкая фамилия... Что ж, речь идёт о члене семьи, вас тоже можно понять! Когда не стало вашего деда?
Антон назвал год.
– Хорошо, попробую помочь... Разумеется, в меру своих возможностей... Гляну, что у нас есть по этому делу... Что можно доведу до сведения...
* * *
Следующий день Антона начался опозданием на работу. С ним всегда случались неприятности, а в этот раз поезд на двадцать минут встал в тоннеле метро. В полдень этот неприятный эпизод получил продолжение в кабинете начальницы Светланы.
Ей исполнилось тридцать пять. Экспериментируя с прическами и цветом волос, она хранила верность деловому стилю, мини-юбкам и высоким шпилькам-каблукам. Офисные мужчины живо обсуждали посредством, каких глав Кама-Сутры узнают её поближе, но пока Светлана "наклоняла" лишь их самих, а Антону и в голову не приходило подпускать начальницу к своим сексуальным фантазиям.
Терпеливо ожидая пока Светлана рассматривала и перекладывала с места на место бумаги, Антон разглядывал обои на экране её компьютера. Темноволосая девочка-подросток стояла у дверей ковбойского салуна. Ладная фигурка с длинными ногами не оставляли сомнений, что на снимке светланина дочь, а фотографию, наверняка, сделали на отдыхе в каком-нибудь парке аттракционов или Дисней-лэнде.
– Чего опаздываем-то?
– Как бы невзначай бросила Светлана.
Постороннему её тон мог показаться дружеским или даже панибратским, а вот хорошо знающему начальницу Антону стало не по себе.
– Подвело метро...
– Пролепетал он.
– Даже в новостях сказали...
– Вот значит как?
– И, ведь, вышел по-раньше, а поезд просто колом встал... Быстрее положенного времени не доехать, а медленнее, пожалуйста! Хоть на час, хоть на два! Несправедливо, правда?
– Справка есть?
– И в мыслях не было её брать! Я сразу сюда...
– А позавчера у меня на полдня отпрашивался?
– Да! Но только к вечеру пришел. Так получилось...
Вспомнив разговор в комнате с зарещетчатыми окнами, Антон совсем сник. Тогда у него и зазвонил телефон. Стоило хорошенько подумать, прежде чем отвечать "на ковре", но могла звонить мать. Нажимая зеленую кнопку, парень в последний момент заметил, что номер звонившего не определен.
– Причиной гибели ведущего инженера Видолги Антона Викторовича явились несовместимые с жизнью травмы, полученные при пожаре в одном из цехов ЦКБЭМ.
– Отчеканил человек с короткой стрижкой.
– Ксерокопии заключений комиссий, судмедэксперта в моем распоряжении. Заезжайте, можете их забрать. Номер цеха я замазал "Штрихом" из соображений секретности...
– Спасибо! Заеду обязательно! Он был единственным, кто пострадал?!
– Вдруг осенило Антона.
Светлана откинулась в кресле, забросив ногу на ногу.
– Ещё несколько человек получили незначительные травмы, первая помощь им оказана на месте, и они отказались от дальнейшего обследования...
– Понятно...
– Вздохнул Антон.
Рассматривая упругие бедра начальницы, он не понимал какой толк от её короткой юбки.
– Вы так разочарованы, будто другое услышать надеялись?!
– Нет, что вы... Что вы..
– Замечательно! Надеюсь, тема закрыта, и впредь, вы к ней не вернетесь?! Не станете отвлекать людей по пустякам?! Поверьте, это в ваших интересах!
– Да! Конечно...
– Вот и замечательно! Прощайте!
– Не иначе, старикан впал в маразм!
– Вздохнул Антон, спеша отбить звонок.
– Жаль! Слетай мой дед в космос, я был бы на седьмом небе!
Светлана носила очки, с простыми стеклами вместо линз. И, казалось, сейчас они готовы расплавиться от её негодующего взгляда.
– Ничего, что я здесь сижу?! Не мешаю по трубе болтать?!
– Это был важный звонок...
– Запомни! Важнее начальства, в его кабинете может быть только пожар! А теперь слушай сюда внимательно! Раз ты любишь где-то болтаться в рабочее время, то как не пойти навстречу... С завтрашнего дня на неделю отправляешься в распоряжение курьерской службы! Вопросы есть?! Вопросов нет!
Неприятностью больше, неприятностью меньше. Антону было уже наплевать. А в этот самый момент, его недавний бесстрастный собеседник, промакивая пот на лбу, в который раз за этот день пересматривал содержимое аккуратно сброшюрованной папки.
– Бывает же такое...
– Прошептал он, прежде чем вновь взяться за телефон.
Глава 2.
В помещении курьерской службы на полную мощность работало радио, передающее блатные песни. Трое парней громко смеялись над только им понятными шутками. Старшим здесь был необъятный толстяк с потным, прыщявым лицом. При каждом его движении кресло жалобно скулило, как голодный щенок. Стол заставили пластиковые контейнеры с едой, такие же прозрачные коробки виднелись в мусорном ведре. Не поднимая глаз от пачки сметаны, толстяк поприветствовал "нового раба" и махнул столовой ложкой на пачку сложенных в лотке пакетов.
Ближе к вечеру, Антон доставил последний конверт. День выдался великолепным, возвращаться на работу не хотелось, а жизнерадостная девица с рекламного плаката звала отдохнуть в Турции. В купальнике и элегантной шляпке, она устроилась возле бассейна с бокалом коктейля в руке. Стрелочка указывала направление на турагентство, а цифры говорили, что до него каких-то триста метров. Для верности был указан адрес с телефоном, и тут Антон насторожился. Дальше текст говорил, что за беззаботным отдыхом следует обращаться в институт с труднопроизносимой аббревиатурой, созданный когда-то Миланевским.
– Закон синхронизмов по Юнгу, не иначе?
– Размышлял парень, почесывая затылок.
– Искал информацию о странном академике, и оказался в двух шагах от его чертогов! Отчего не пройтись до них, все равно в этом районе я ничего и никого не знаю!
После вчерашнего телефонного разговора заниматься очередными поисками было страшновато, но в этот раз Антон интересовался не дедом, а Миланевском, не нарушая уговора с холодноглазым.
В стороне шумел проспект, а он, подгоняемый легким ветерком, вдыхал аромат цветущей липы, и не спеша шагал по тихой улочке к серо-коричневой коробке, окруженной обрубками тополей и кованным шипастым забором. Высокие окна с могучими стенами пришли из сталинского ампира, а своему унылому скучному виду фасад был обязан хрущовскому минимализму. Некогда секретный НИИ, превратился в проходной двор. Подпирающие высокие потолки вестибюля колонны, как мухи облепили рекламные листы компьютеров, пищевых добавок и насосов. Над тумбочкой с треснувшим дисковым телефоном красовалась медная табличка с фамилией и номером офиса нотариуса, а рядом на потрепанной, разлинованной бумажке из ученической тетради приводился список акционерных обществ, нашедших пристанище в институтских стенах.