Чтение онлайн

Когда это наша принцесса относилась к нему как-то иначе? И кого, на хрен, это должно волновать?

Ваграм отвернулся, шагая к выходу. Глядя в экран смартфона, нажал на вызов.

На том конце ответили сразу, будто только и ждали этого звонка:

— Да?

— Жду тебя в машине…

Черт бы побрал тебя, Лали, в сердцах подумал он, позволяя ночной тьме поглотить свой силуэт.

Глава 8

«Гордость и высокомерие — слуги дьявола. Если ты

не сможешь управлять ими, они начнут управлять тобой».

Аль Пачино

— Объясни-ка, подруга, чего ты такая злая?

— Злая? — переспросила Лали с предостережением.

— Злая. Голубка дряхлая моя…

Она ударила его в плечо, отчего рука мужчины на руле дернулась, и они немного нарушили правила дорожного движения. Это вызвало смех Антона и испуг девушки.

— Ты злая, Лали. Плохая, очень плохая! Заставила меня уйти, а ведь такие перспективы вокруг были!

Он не унимался, и это уже начало бить по нервам. И так тошно. Как же глупо было пойти на поводу своей гордости! Ох уж эта никчемная импульсивность! Платье ей стало настолько ненавистным, что Лали не желала оставаться в нем больше ни одной лишней минуты. Пришлось Антону отвозить ее домой.

— Чего-то с тобой не того… — снова пропел он.

— Почему тебе так весело? — спросила она совершенно несвойственным ей грубым тоном.

— Я впервые в жизни вижу тебя в приступе ревности. Самой настоящей, первозданной…

— Антон!

— …неистовой, рьяной и меня забавляющей!

Естественно, он говорил глупости, на которые отвечать она не собиралась.

Не успели они свернуть к дому, как в глаза бросилась мама, лихорадочно закрывающая дверь. Лали тут же занервничала, предчувствуя что-то плохое, внутри все скрутилось мерзким узлом, мешающим дышать.

У дороги стояло такси. Пока, как могла в туфлях, она бежала к матери, краем уха услышала, что Антон отпускает сервисную машину, расплачиваясь за заказ. Надо будет позже вознести благодарственную молитву за таких друзей.

— Мама! Что случилось?

Женщина резко вскинула голову от неожиданности.

— Дочка! Ох, я так волнуюсь! Ивета рожает!..

Лали несколько секунд не могла определиться, чего ей хочется больше — плакать от напряжения в ноющем теле, или же смеяться от радости.

Она медленно выпустила воздух из легких, приводя мысли в рабочее состояние.

— Ты, давай, успокойся, ладно? Я быстро переоденусь, а Антон нас отвезет.

Та растерянно уставилась поверх головы девушки, только сейчас заметив приближающегося к ним мужчину.

— Ох… — ни то облегченно, ни то смиренно слетело с её губ.

Через пять минут они уже плавно двигались в сторону роддома, возбуждение витало в воздухе. А как же! Первый племянник, первый внук, новая бесценная жизнь…

— Почему ты не позвонила?

— Так у вас важный вечер, — ответила мама, нервно кусая губы.

Лали накрыла своей рукой ее ладонь и легонько сжала.

— А когда схватки начались?

— Она мне не говорила, но, оказывается, с утра.

— Ой, так долго уже? — подал голос Антон, проникнувшись сочувствием.

— Ну, первый ребенок… Но Ивета говорила вполне спокойно. Боже мой, лишь бы малыш родился здоровый!

— Да куда он денется, выбора иного нет, теть Роз! — ответил друг ободряюще.

Семейство сватов уже сновало у дверей учреждения. Стояла огромная куча машин, там были муж сестры, его родители, семья его сестры, какие-то друзья и подруги Иветы.

— Матерь Божья, это что, тоже старинная армянская традиция, и все гости со свадьбы должны присутствовать при родах? — вытянулось в изумлении лицо Антона.

Лали не выдержала и рассмеялась.

Спустя какое-то время, когда они уже со всеми поперездоровались и перекинулись общими фразами, девушка вдруг спохватилась:

— Спасибо тебе огромное, ты настоящий друг.

— Ты это сейчас благодаришь меня за первую часть вечера или вторую? — лукаво улыбнулся он.

— За все! А если ты найдешь что-нибудь попить, я готова признать, что ты лучший друг всех времен и народов!

— Принято!

* * *

Уставшая, но неимоверно счастливая новоиспеченная тетушка никак не могла вытащить огромную коробку из машины. Запихнуть ее туда помогали работники кондитерской, а теперь это казалось непосильной задачей.

Лали отошла на пару шагов и потерла слипавшиеся глаза.

А потом вдруг сильные мужские руки, словно пушинку, вытащили габаритный торт, и она столкнулась лицом к лицу с Ваграмом. И моментально напряглась.

— Выглядишь не очень, — вместо приветствия выдал он, коленом захлопнув дверь.

— Зато ты заметно отдохнувший.

Лали заблокировала машину и последовала за ним, двигаясь к зданию. Какой невыносимый тип! Еще и издевается над ее внешностью! Пока она мерила шагами территорию роддома в ожидании рождения племянника, он-то сам, небось, прекрасно провел время… И ведь не отрицает, гад!

В приемной уже ожидал фуршетный стол, на котором пустовало лишь место, отведенное торту.

Все вокруг улыбались, поздравляли её, а она радостно благодарила в ответ.

Ваграм поместил коробку на столе, и Лали, убедившись, что все готово, решила всех позвать. Но он мягко, хотя весьма настойчиво взял ее за запястье, заставив повернуться.

Лали негодовала. Довольно спокойно, но вопросительно она взглянула ему в гладковыбритое лицо.

— Нам надо поговорить.

Её брови взметнулись вверх.

— Неужели? Просвети, о чем, — освобождая своё запястье, спросила девушка.

— О бессмысленной выходке с целью сравнять счеты за помолвку. Тебе не кажется, что это довольно дешево — мстить мне?

С каждым сказанным словом Лали хмурилась все больше и больше, к своему ужасу понимая, что абсолютно не брала в расчет такую версию.

— Ваграм, тебе корона не жмет? Ты, правда, считаешь, что я буду тебе за что-то мстить?

Мужчина нагло ухмыльнулся:

— Я уже ни в чем относительно тебя не уверен. Вчера, например, я был удивлен изменениями в твоем стиле.