Чтение онлайн

— Как насчет октября? — предложил он.

«Как насчет никогда?», хотелось выпалить ей.

— Прекрасно. Мне без разницы, когда это произойдет. Но радует, что впереди больше трех месяцев.

— Абсолютно без разницы? — недоверчиво спросил он, подаваясь вперед. — Ты настолько бездушна, Лали?

Она встретила его пристальный взгляд спокойствием.

— Я настолько бездушна, Ваграм.

Девушка встала и взяла свою сумку. В комнате явственно чувствовалась его нарастающая ярость. Это принесло ей хоть немного удовлетворения.

— Поскольку из нас двоих именно ты пострадавшая сторона… Предоставляю тебе также и выбор дня, места, и всего остального.

Лали уже была в дверях, когда ее остановил удивленно-презрительный вопрос:

— Пострадавшая сторона?

Она повернулась и с изощренной улыбкой ответила:

— Придется оторвать определенные части тела от своей пассии и заняться подготовкой.

И Лали выпорхнула из зала, оставив Ваграма с вытянутым от изумления лицом.

Глава 3

«Очень сложно хлопнуть дверью, если вас выбросили в окно».

Дон-Аминадо

Лали… Лали… Лали…

Ваграм искал кольцо, ведя внутреннюю борьбу с собой. Это совершенно не входило в его планы. Но когда выбор встал между походом по магазинам с кем-то из семьи или в одиночку, он, естественно, предпочел второе. Единственное, что утешало мужчину, это мысль о том, что невеста, должно быть, вопреки своим громким заявлениям, вовлечена в процесс больше него. Он очень надеялся, что та мучается в руках традиционных тетушек и бабушек…

Лали… Лали… Лали…

Рассматривая многочисленные варианты, выставленные на витрине, Ваграм пытался найти что-то такое, что напоминало бы о ней. Наверное, это был уже седьмой магазин по счету, в который он наведался. Но и здесь ничего ему не приглянулось.

— Ну…нет… — послышался капризный девичий тон, — как будто мой палец обвила змея. Саш, ну, скажи же…

Пара чуть дальше тоже выбирала кольцо. Ваграм уставился на девушку, которая, выставив руки вперед и растопырив пальцы, давала оценку общему виду своей конечности. Услышав такое сравнение, он с любопытством подошел ближе, но встал на расстоянии, чтобы его никто не заметил. Взглянув на украшение, мужчина вежливо вмешался:

— Мне кажется, Ваша дама права, — обращаясь к ее молодому человеку, — все же стоит выбрать что-то более нежное…

— Вот, видишь! — победно заключила юная особа, одарив Ваграма кокетливой благодарной улыбкой.

— Как хочешь!

Закативший глаза парень пожал плечами и, дождавшись, пока девушка снимет кольцо и отдаст консультанту, повел на дальнейшие поиски.

Ваграм сделал вид, что рассматривает выставленные рядом комплекты, исподтишка наблюдая за тем, как украшение возвращают на место.

— Извините, — обратился он к миловидной женщине, прочитав имя на бейджике. — Оксана, Вы не могли бы упаковать мне кольцо, которое только что убрали?

— Это, которое Вы забраковали? — понимающе откликнулась она, прокручивая ключ в замке, чтобы открыть стенку.

Ваграм выдал обаятельную улыбку, способную растопить сердца и заставить зардеться практически каждую.

— Чего только люди не делают для любимых! — рассмеялась Оксана. — Размер пальца девушки знаете?

— Шестнадцатый. Только вряд ли любимым дарят такое. Оно действительно похоже на змею…

— Так Вы его дарите не из любви, — заключила проницательная женщина. — Очень жаль. Зря Вы так. Это колечко уникально тем, что только одним своим видом может рассказать историю, длиною в вечность. Вот, посмотрите, этот свободный кончик из белого золота похож на прекрасную невинную девушку, а кончик из желтого золота, который чуть шире, — на мужчину. Они соединяются в спирали, символизируя совместную жизнь, а бриллиант посередине — это их любовь.

Ваграм уставился на нее с сомнением.

— Вы просто прирожденный гуру индустрии продаж, Оксана. Жаль, что у меня не такое воображение, как у Вас. Мне тонкий кончик из белого золота напоминает хвост, а желтая часть — голову змеи, а эта спираль из объединенных видов золота — туловище.

— Что ж, — заключила та, — Вам лучше знать, это Ваш подарок.

Она упаковала кольцо и поднесла к кассе, куда и направился Ваграм, чтобы оплатить покупку.

— Благодарю Вас, — обратился он к консультанту и, забрав коробочку, вышел на улицу. — Надеюсь, моей змеюке оно не понравится.

Дожидавшаяся его в машине эффектная брюнетка с удивлением наблюдала за тем, как широкая хитрая улыбка расползается по лицу мужчины. Она не покидала красивые черты даже после того, как он завел автомобиль, покативший их по Северной улице.

— Позволь спросить, что же тебя так рассмешило? Уж не тот ли факт, что ты взял меня с собой в ювелирный, чтобы выбрать своей невесте кольцо?

Зеленые глаза Аэлиты метали молнии. Ей просто не верилось, что она вынуждена терпеть такое отношение к себе. Никто и никогда не смел так обращаться с ней. С другой стороны, никому она этого и не позволяла. А у Ваграма будто были неограниченные права, которые сама же девушка ему и вручила, влюбившись без памяти.

— Мы с тобой это обсуждали, перестань, Лит. И я не брал тебя в ювелирный, не нагнетай. Ты сидела в машине.

— Да! Все десять раз! — она была просто в бешенстве.

Уголки его губ снова дрогнули в усмешке. И Аэлита поняла, что вновь потерпела фиаско. Ей никак не удается объяснить ему, насколько она задета положением вещей в их отношениях. Ваграм был спокоен, как скала. Он считал все происходящее вполне себе забавным стечением обстоятельств. И это выводило ее из себя еще больше, потому что девушка понимала — от нее ускользает самый желанный мужчина.

— Отвези меня домой. Нет, лучше к маме. У меня нет настроения сегодня что-либо делать.

Ваграм нахмурился, и это на какой-то миг принесло удовлетворение ее пылающей от негодования душе. Пусть побудет в одиночестве и попробует понять, насколько ей сложно, противно и даже больно.

— Аэлита, что с тобой опять происходит? — плавно останавливаясь у обочины и включая сигнал аварийной остановки, он посмотрел на нее.

Как это всегда бывало, у Аэлиты перехватило дух от глубины его выразительных темно-карих глаз в обрамлении черных изогнутых ресниц. Взгляд Ваграма был полон мужественной строгости и даже жесткости. Это не могло не интриговать. Даже возбуждало. Но на сей раз девушка была полна решимости не уступать.