Чтение онлайн

На флиттере, принадлежавшем Совету, меня отправили во Флад. Пролетая над Танганскими степями, я начал всматриваться в знакомый ландшафт и пытался представить, как я бродил там в компании лоуклоров. Но воспоминания о кострах, боли, объедках, страхе и унижении были еще так свежи, что я очень скоро перестал смотреть вниз.

До Лури я добрался быстро и первым делом предъявил свои документы внушительной мадам Уолдоп. Она долго изучала их и наконец нехотя выдавила;

– Ну и в чем проблема?

– Три года назад из Роумарта сюда прибыла молодая женщина с двухлетним сыном. Вы ее помните?

– Не очень. Кажется, она выглядела очень несчастной.

– Вы говорили с ней?

– Мало. Она интересовалась только тем, где находится Естественный Банк, я показала. Тогда она взяла ребенка и ушла. Это все, что я могу вам сказать.

– Благодарю. Но у меня еще один вопрос: где Азрубал?

– А вот этого я вам сказать не могу, – голос Уолдоп стал глух и неприязнен. – В Лури его нет. Я полагаю, он где-нибудь на других планетах.

– И вы не имеете о его местонахождении никаких сведений?

– Никаких. Я не явлюсь его конфидентом.

– Но в таком случае, может быть, ваш чиновник знает больше?

– Сомневаюсь. И давайте экономить чужое время.

Я повернулся к Оберту Ямбу, который по-прежнему сидел, скрючившись за конторкой, предпочитая делать вид, что ничего не слышит. Над головой у него теперь тоже висела табличка.

– Я вижу, вас зовут Оберт Ямб.

– Именно так, сэр.

– Вам известен некий Азрубал из дома Урд?

– Да, сэр. Важный и спокойный господин. Если уж он говорит «нет», то не трубит об этом во все рога.

– Хорошо. Где он сейчас?

– Он на другой планете, на…

– Ямб, не говорите глупостей, вам лишь бы привлечь к себе внимание! – оборвала его Уолдоп.

– Слушаюсь, мадам, – Ямб снова склонился над бумагами, буквально возя по ним носом. – И все-таки я скажу вам: Азрубал улетел в Окнау, на Флессельрих.

Уолдоп прикусила язык и яростно налетела на бедного клерка.

– Ямб! Вы превышаете свои полномочия! Я уже давно замечаю за вами этот грешок и подозреваю, что вам нельзя верить! Вы постоянно в последнее время вмешиваетесь не в свои дела, милейший! Короче – вы уволены. И точка.

– Это печально, – заметил Ямб. – А ведь я старался только быть обязательным и исполнительным.

– Пусть так, но пора бы уже понять, что если вы хотите существовать в этом мире, то надо знать, когда говорить, а когда молчать. Пора бы уже научиться хранить свое самоуважение.

– Хорошо, теперь я все понял. Можно мне снова устроиться на работу?

– Нет. Сегодня доработаете до вечера – и все. Но прежде чем уйти, потрудитесь убрать за собой стол и отдать мне номера всех имеющихся у вас телефонов. Также, пожалуйста, приведите в порядок все бухгалтерские книги.

– Хорошо, мадам Я все сделаю.

Больше делать в Лорквине мне было нечего, и я ушел. Выйдя на улицу, я ненадолго остановился в тени сине-зеленых рододендронов, чтобы вспомнить все, что случилось со мной с той поры, как я впервые стоял на этой главной улице Лури. Я думал о себе прежнем и себе нынешнем, сравнения оказались неутешительными, и я оставил их. Три года, проведенных у лоуклоров, приучили меня к железной дисциплине. Я вспомнил, как, мечтая о спасении в Танганских степях, дал себе слово, что, если выживу, никогда больше не стану предаваться ни отчаянию, ни жалости.

Я поглядел налево, где улица упиралась в терминал, потом направо, вдоль аллеи рододендронов, туда, где улица исчезала в лесу. Вокруг лежал город Лури, две-три тысячи непонятного народа, который таинственно шептался при встречах, передвигаясь неслышно, прямо-таки по-кошачьи. Я пересек улицу и зашел в Естественный Банк. В высоком полутемном холле по правую стену виднелись окошечки касс. Перед противоположной стеной, украшенной тонкими золотыми планками из пористого тутового дерева, стоял пустой стол, и виднелась дверь с указующей табличкой: «Хубер Тван, менеджер».

Не видя никого, я толкнул дверь и вошел в офис, то есть еще одну комнату с высоким потолком и красивыми панелями из резного зеленого дерева на стенах. Высокие окна выходили в сад, пол украшал тяжелый ковер цвета зеленого бутылочного стекла. Хубер Тван сидел за огромным столом, который только и годился для такого маленького, но чрезвычайно тучного человека с розовым лицом, курносым носом и маленькими топорщившимися усиками. Рыжеватые волосы, как две волны, взмывали над круглыми ушами, зато темный костюм был слишком элегантен по местным меркам, не говоря уже про расцвеченный всеми цветами радуги галстук и желтые лаковые туфли с заостренными носами и высокими каблуками. Я был встречен весьма хмуро, как клиент неприятный и бестолковый.

– В следующий раз будьте любезны уведомить о своем приходе секретаршу, это сделает общение более удобным для нас обоих, – проворчал Тван.

– Спасибо, что объяснили, – не менее хмуро ответил я. – Я только что прибыл из Роумарта и еще не привык к прелестям цивилизации.

Тван бросил на меня быстрый любопытный взгляд, и усики его вздрогнули.

– Вы говорите, из Роумарта? Как интересно! В таком случае, чем могу служить?

– Я хочу просмотреть все финансовые записи дома Урдов и, особенно, счета Азрубала.

Челюсть у Твана отвисла, и он даже не сразу смог отыскать слова для ответа.

– Но, извините, это абсурд! Это невозможно. Тайна счетов – основа банковского дела!

– Я так и предполагал. Но у меня с собой документ, дающий мне право на подобное расследование. У вас нет выбора.

Тван начал терять терпение.

– Это нарушение всех правил! Я не знаю, кто, когда и зачем мог выдать вам подобные документы!

– Посмотрите сами, – я положил бумаги на стол. Тван отдернулся, будто я подпустил к нему ядовитого паука. Затем, осторожно склонившись над документами, что-то долго ворчал себе под нос, читал и перечитывал их в десятый раз и, наконец, тяжело задвигался в кресле.

– Говорить больше не о чем. Документы в порядке. Единственное, о чем я вас попрошу, сделайте для меня копию.

– Как вам будет угодно.

– Так вы хотите ознакомиться со счетами дома Урд, – в голосе Твана звучала теперь приторно-ложная сердечность. – Это можно сделать немедленно.

Панель в стене отодвинулась, и появился большой экран. Тван произнес пароль, и на экране высветилась вся необходимая информация.

Я изучал ее минут пять, задавая по ходу вопросы Твану, который отвечал с несколько напряженной вежливостью.