Ландскрона (сборник современной драматургии)
Шрифт:
ВТОРОЙ АКТЕР (отрицательно качая головой). Это твой друг.
КУДЕСОВ. Да, это мой друг. Но его сейчас здесь нет.
ВТОРОЙ АКТЕР. Поищи.
ТРАВЕСТИ. Поищи.
ПЕРВЫЙ АКТЕР (Третьему актеру). Кто этот друг?
ТРЕТИЙ АКТЕР. Не знаю.
ВТОРОЙ АКТЕР. Шарковский. _ Кудесов ходит по сцене и осматривается, заглядывает во все углы, заглядывает за расставленную здесь мебель. _ КУДЕСОВ. Никого. Никого нет.
ТРАВЕСТИ. Смотри еще.
КУДЕСОВ. Вы меня разыгрываете. Здесь никого нет и не может быть.
ТРАВЕСТИ. Посмотри под кроватью. _ Кудесов заглядывает под кровать. _ КУДЕСОВ. Черт!.. Там кто-то есть. Кто там? Сережа!.. _ Пытается залезть туда, вскрикивает, отшатывается, но все-таки тащит кого-то из-под кровати. _ Никак!.. (Актерам.) Помогите!.. _ Актеры Первый и Третий помогают Кудесову вытащить из-под кровати Сергея Арсеньевича Шарковского. _ Сергей Арсеньевич, что с тобой? _ Шарковский вырывается, отскакивает в сторону, хватает нож и размахивает им. _ ТРАВЕСТИ. Он болен.
ТРЕТИЙ АКТЕР. Мания преследования.
ПЕРВЫЙ АКТЕР. Он опасен. _ Кудесов медленно подходит к Сергею Арсеньевичу. Актеры свободно перемещаются по сцене, уходят и возвращаются. Шарковский тревожно следит за их перемещениями. _ ШАРКОВСКИЙ (Кудесову). Не подходи.
КУДЕСОВ. Ты меня узнаешь? Неужели ты кого-нибудь из нас сможешь зарезать?
ШАРКОВСКИЙ. Афанасий... Бессмертный...
КУДЕСОВ. Да, это я. Сколько мы с тобой не виделись? Как ты? Как твои дела?
ШАРКОВСКИЙ. Если жив - значит, уже плохо.
КУДЕСОВ. Ты остроумен по обыкновению.
ШАРКОВСКИЙ. Нужно обладать большим бесстыдством, чтобы называть агонию остроумием. _ Шарковский отбрасывает нож в сторону, но смотрит недоверчиво. Кудесов пытается подойти ближе, Шарковский отскакивает. _ ШАРКОВСКИЙ (кричит). Нельзя!
КУДЕСОВ. Что с тобой?
ШАРКОВСКИЙ. Хочешь меня удавить. Руками меня теперь удавить ты!.. Давно думал об этом. Дружков подговорил своих!..
КУДЕСОВ. Хорошо. Если ты не хочешь, я не стану к тебе подходить.
ШАРКОВСКИЙ. Дерьмо. Давно ты с ними? Привел их, чтобы убили меня. Ты опоздал. Я уже мертв.
КУДЕСОВ. Ты один?
ШАРКОВСКИЙ. Я не бываю один. Я умоляю всех оставить меня, но они сговорились.
КУДЕСОВ. Ты не хочешь ничьей помощи?
ШАРКОВСКИЙ. Ты пришел помогать?
КУДЕСОВ. Возможно, пришел и для того, чтобы ты помог мне.
ШАРКОВСКИЙ. Нет меня. Я не могу тебе помочь. (Кричит.) Что тебе? Логики здесь нет, истины я не знаю. Спасайся сам. Мне не дают запереться, от меня прячут ключи. Нож - бутафория. Меня все уговаривают, меня все успокаивают!.. _ Третий актер подходит к Шарковскому, Сергей Арсеньевич сжимается в комок. _ ТРЕТИЙ АКТЕР. Сергей Арсеньевич, вы меня не помните? Кирилл Ракин, актер. Нас как-то представили друг другу.
ШАРКОВСКИЙ (Кудесову). Не пускай его! (Третьему актеру, угрожающе.) Ты! Не держи руки за спиной! Вытащи руки из карманов! Я знаю, что у тебя там спрятано.
ТРЕТИЙ АКТЕР. Извините. Я только хотел представиться. Больше мне ничего не надо. (Отходит.)
ШАРКОВСКИЙ (Кудесову). Я сознаю, что мои страхи надуманны, но ничего не могу с собой поделать. _ Появляется Травести в одеянии медицинской сестры, со шприцем в руке. _ ТРАВЕСТИ. Сергей Арсеньевич, пора делать укол. Прошу вас, закатайте рукав.
ШАРКОВСКИЙ. Опять! Ты хочешь меня убить, ты впустишь мне воздух в вену!.. Кудесов, убери их!
ТРАВЕСТИ. Не волнуйтесь, Сергей Арсеньевич, один укол - и вам сразу же станет лучше.
КУДЕСОВ (Травести). Ты уверена, что это необходимо?
ШАРКОВСКИЙ. Не подходи!
ТРАВЕСТИ (актерам). Помогите!.. _ Первый и Третий актеры бросаются к Шарковскому, валят его и помогают Травести сделать укол. _ ШАРКОВСКИЙ. Воздух!.. Воздух!.. Смерть! Дерьмо!.. Прекратить!..
КУДЕСОВ. Этот человек гениален, но сейчас он не в лучшей форме.
ШАРКОВСКИЙ. Воздух!.. Нельзя!..
ТРАВЕСТИ. Вам сразу же станет лучше.
ТРЕТИЙ АКТЕР. Спокойнее, Сергей Арсеньевич, спокойнее!..
ПЕРВЫЙ АКТЕР. Мы всегда преклонялись перед вашим уникальным искусством.
ТРЕТИЙ АКТЕР. Когда-то вы специально изучали наши стремления и увидели, что в них нет смысла.
ШАРКОВСКИЙ (Кудесову). Ты позволил им это.
КУДЕСОВ. Возможно, они были правы.
ШАРКОВСКИЙ. Мерзость!.. Дерьмо!.. Слабость!.. Голова кружится... _ Шарковского отпускают, он бессильно валится в кресло и тяжело дышит. _ ТРАВЕСТИ (Кудесову). Говори же с ним, говори.
КУДЕСОВ (Шарковскому). Я пришел к тебе... Помнишь наш успех в Канне? Эту свою последнюю вещь ты сделал как-то особенно трепетно.
ШАРКОВСКИЙ (мрачно). Я потратил на нее четыре года жизни. Я ее ненавижу.
ТРЕТИЙ АКТЕР. Такой успех!..
КУДЕСОВ. Ты, с твоим иссушающим талантом, рассказывал нам о девальвации человека. Ты изучал существование человека, смертельно опасного для мироздания.
ШАРКОВСКИЙ. Смертельно безвредного.
КУДЕСОВ. Возможно. Я слегка проверял тебя. Извини.
ШАРКОВСКИЙ. Я постарался все забыть. Хорошо ли у нас с тобой получалась наша работа или не слишком?- большего мы сделать не могли. Мне следовало бы давно быть покойником, но я жив еще только из-за прочности сердца. Мне нужно отдохнуть, возможно, заснуть. Нет, не уходи, я не буду спать. Я хочу знать, что вы подле меня. Прежде я боялся вдруг дорваться до жизни, теперь же я одинаково боюсь и выйти из этого положения, и оставаться в нем дальше. Мне нужно говорить. Если я выхожу на улицу и вижу одиноко стоящую машину, меня иногда охватывает ужас. Вдруг она заминирована, думаю я. Когда я перехожу дорогу, мне вдруг кажется, что меня кто-то может толкнуть под колеса. Все это вздор, убеждаю я себя, но попробовали бы вы с этим жить. Кудесов, а чем ты был занят эти несколько лет?
КУДЕСОВ. Не знаю. Старел и проигрывал. Пытался работать через силу. Тоже боялся. Старался забыться.
ШАРКОВСКИЙ. Выходило?
КУДЕСОВ. Нет.
ТРЕТИЙ АКТЕР (Первому актеру). Пойди и ты. Представься ему.
ПЕРВЫЙ АКТЕР. Как это?
ТРЕТИЙ АКТЕР. Просто назови себя.
КУДЕСОВ (Шарковскому). Я хочу написать какую-либо большую вещь о презрении к сентиментальности и невыносимости трезвого взгляда.
ШАРКОВСКИЙ. Не советую. Оставь лучше себе убежище на то время, когда станешь немощным.