Чтение онлайн

–  Да, - еле вымолвил Эттрейг.

–  Тем более сейчас расшаркиваться, юлить и церемонии разводить не время, - чуть приметно вздохнул Трейгарт.
– Слишком многое надо успеть сделать до отъезда.

Эттрейг кивнул. Да, если король не оставит ему распоряжений на время своего отсутствия, ему придется справляться самому... к слову сказать, он бы и справился - но раз уж Трейгарт считает, что каждый его шаг должен быть расписан, ему виднее. Кто здесь король, в конце-то концов? А то, что Эттрейг лет с четырнадцати фактически правит страной во время особенно долгих недомоганий короля, ничего не значит: Трейгарт, даже и разбитый недугом, всегда рядом и всегда может поправить или даже отменить неудачное распоряжение... и если он ни разу ничего из решений принца не отменил...

–  Конечно, лучше бы вызов на Большой Совет пришел зимой, - заметил Трейгарт, вырывая принца из его раздумий.

–  Почему?
– искренне удивился Эттрейг.

–  Потому что ты успел бы стать совершеннолетним, - отрезал Трейгарт. И на Совет бы поехал как король, а не как королевский племянник.

–  Как... король?
– задохнулся Эттрейг.

Трейгарт, прищурясь, одарил его долгим взглядом.

–  По-твоему, я нарек тебя наследником престола для собственного развлечения?
– поинтересовался король.

–  Нет... но...
– Эттрейг потерял дар речи окончательно. Нет, он знал, что когда-нибудь унаследует корону... но ведь наследство получают от того, кто умер - и как такое сказать прикажете?"Я, дядюшка, ожидал этой чести только после вашей смерти" - так, что ли?

–  Или ты дожидаешься, пока я окончательно скрещу лапы?
– Трейгарт прищурился еще сильнее.
– Не рановато ли?

–  Прекрати, - фыркнула Талле.
– У тебя с утра пораньше шуточки такого пошиба, что никакой наследник престола не поймет, даже Этти.

Трейгарт ухмыльнулся.

–  Ладно, любимая, - покаянно произнес он - вот только в его карих глазах не было ни следа раскаяния.
– Хотя я всегда считал, что король должен уметь понимать любые шутки. Даже самые сомнительные.

–  Вот когда станет королем, тогда и будет понимать, - возразила Талле.
– А сейчас ему не до шуток. Какие шутки, когда ему со дня на день уезжать!

До слов Талле Эттрейг главной частью этой сногсшибательной новости полагал формулировку "как король" - и лишь теперь уяснил, что чудовищная фраза содержала слово "поехал".

–  Так значит... это я поеду?
– оторопело прошептал он.

–  Конечно.
– Король встал, и руки Талле мягко соскользнули с его плеч.
– Чем раньше ты начнешь привыкать к своим обязанностям, тем лучше. Ты умеешь уже почти все... эта поездка восполнит ту малость, которой тебе пока недостает. И потом, Этти - вдвоем мы ехать не можем, кто-то должен остаться здесь. Ехать без тебя? Так ведь взять Талле на совещание королей я тоже не могу - а что, если меня прямо там и прихватит?

Будь оно проклято, это проклятие!

–  Не вешай нос, волчонок, - усмехнулся Трейгарт.
– Пора привыкать. Еще несколько месяцев - и это все твое.

–  Я привыкну, - с угрозой пообещал Эттрейг.
– Меня ведь не корона пугает.

–  Да?
– поинтересовался король.
– А что же?

–  А то, - с расстановкой заявил Эттрейг, - что когда ты спихнешь корону на мою голову, то наконец-то надумаешь жениться, а меня на свадьбу не позовешь, чтобы я не отвлекался от своих королевских обязанностей. Только ты учти, я тогда вас на медовый месяц отправлю в Адейну. Своей королевской волей. Розы нюхать.

–  Вот видишь, - Трейгарт с самой серьезной миной обернулся к Талле, понимать монаршие шутки он еще не научился, а вот сам так шутить - вполне. Еще бы пару уроков ему дать... жаль, что и впрямь некогда.

Эттрейг только развел руками и поклонился. Перешутить дядюшку в его излюбленной манере у принца до сих пор не получилось ни разу - не получится и впредь. Во всяком случае, в ближайшее время.

–  Привет суланскому лису передать?
– обратился он к Талле.

–  Обязательно, - ответила она.
– Спасибо, Этти.

Выходя из королевских покоев, Эттрейг с изумлением поймал себя на том, что улыбается, сам не зная, чему. Нет, не предстоящая поездка так обрадовала его и тем более не близость короны. Тут уж скорее плакать надо, а не смеяться.

И все же, несмотря ни на что, Эттрейг не мог отделаться от мысли, что в этом утреннем разговоре прозвучало что-то очень важное - и очень, очень хорошее.

–  Больно много чести, - сухо отрезал Аженк.
– Поедешь именно ты. Ты, а не я.

–  Но почему?
– Его высочество принц Орвье, взметнув ресницами, устремил на отца умоляющий взгляд. Ресницы у Орвье были изумительно хороши: пушистые и длинные, как у девушки. Одна беда - аффральский принц никак не мог разобраться, радует его это или скорее огорчает. Оно конечно, девушки от его ресниц просто млеют... но взгляд в тени этих ресниц кажется таким наивным, таким... таким неискушенным. Как же обидно выглядеть несмышленышем! Орвье частенько перед зеркалом пытался придать своему взгляду потребную для наследника престола твердость и решительность - после чего страдал сугубо... до тех пор, пока уста очередной придворной красавицы не приникали с томным вздохом к его длинным, пушистым ресницам.

–  Почему?!
– вновь едва не возопил Орвье.

–  Я же сказал, - желчно откликнулся король.
– Много чести. Найлисс и вообще в последнее время слишком многое на себя берет.

–  Но после того, как Найлисс замирил нас со степью...
– начал было Орвье.

–  Вот именно!
– раздраженно бросил Аженк.
– После того, как Лерметту удалось то, что не удавалось ни одному королю за последние шесть веков! Есть отчего голову высоко держать!

Он поднялся с трона и принялся нервно расхаживать по залу, не в силах унять себя привычным усилием воли.

–  А теперь именно Найлисс объявляет Большой Совет - зачем бы в мирное-то время?

Принц непонимающе уставился на Аженка.

–  О Боги, - сквозь зубы выдохнул король.
– Когда же ты научишься? Тебе бы хоть десятую часть ума найлисского пройдохи - вполне бы приличный король со временем получился. Вот Лерметт, тот не дурак. Он не рисковал ничем. Степь он знает, как не всякий шулер собственную колоду - наизусть. Он не рисковал, о нет! Сыграл наверняка - и сгреб все, что было на столе. А теперь он надбивает ставку.

–  Но ведь мир он выиграл для всех нас, - робко возразил Орвье.

–  А нынешнее положение Найлисса в Восьмерном союзе - для себя!
– его величество Аженк дернул губами.
– Позиция Найлисса упрочена, как никогда. Кого мы должны благодарить за прекращение военной угрозы? Лерметта, конечно, кого же еще!

–  И Сейгдена, - отважился вставить Орвье.

–  Вот именно!
– подхватил Аженк.
– Лерметта и Сейгдена - но масть разыгрывал все-таки Лерметт. Сейгден ему всего-навсего помогал... вот и подумай, что собой представляет найлисский мальчишка, если суланский лис у него всего-навсего в подручных ходит!