Чтение онлайн

– Вы, случайно, не о гражданке Чарской? – Шуляк подошел к застекленной кабинке кассы.

Кассирша выглядела довольно молодо, несмотря на усталые тени под глазами. Розовое закрытое платьице шло к ее несколько полной фигуре и скромной прическе: длинная русая коса была обвита вокруг головы.

– Значит, вы в курсе? – Она удивленно раскрыла глаза.

– Точно, – подтвердил Шуляк. – Даже знаю, что вас зовут Эльвирой Васильевной.

– Подумаешь, секрет! – фыркнула Тамара.

– Между прочим, Эльвира Васильевна, краска имеет прямое отношение и к ограблению вашей соседки! – Шуляк быстро сообразил, что кассирша вряд ли подробно осведомлена о бурных событиях, происшедших в ее квартире. – Так что прошу мне помочь.

– Так я что?.. Я – пожалуйста…

– Вот и припомните-ка вместе с девушками всех, кому продали банки… Постарайтесь припомнить… Внешность, какие-нибудь особенности, разговоры, может быть… Школьников же вы, Тамара, припомнили? – Он отошел от кассы назад к прилавку.

– А художник-то твой, Тома! – вспомнила вдруг Эльвира Васильевна.

– Такой же мой, как и твой! – огрызнулась Тамара. – Он-то здесь при чем?

– Что значит «при чем»? Краску-то он купил!

– Ну, купил! А дальше что? Стукнул банкой твою полоумную старуху по голове? Так, что ли?

– Стоп! Стоп! – Шуляк постучал костяшками пальцев по прилавку. – Так не пойдет!.. Это дело серьезное. Разрешите, товарищ директор, воспользоваться вашим кабинетом.

– Конечно, конечно, пожалуйста. – Директор погладил седоватый ежик и, подняв доску прилавка, указал на дверь.

– Попрошу вас, Тамара, пройти в кабинет… Побеседуем, так сказать, с глазу на глаз. А то я ничего тут не пойму.

Толкнув дверь, Шуляк пропустил Тамару вперед и, обернувшись к остальным, попросил:

– Я у вас еще чуточку побуду, но вы не обращайте на меня внимания и делайте свои дела. Только вас, Эльвира Васильевна, попрошу задержаться. Хорошо?

– Хорошо, – кивнула кассирша.

Он закрыл дверь и, указав Тамаре на директорское кресло за письменным столиком, устроился на табурете.

– Расскажите мне про этого художника, Тамара.

– А чего рассказывать-то? Вечно они все выдумывают! – Она зло кивнула на дверь. – Ну, зашел ко мне знакомый на работу… Что с того?

– Ничего, разумеется, – успокоил ее Шуляк. – Вы не волнуйтесь. Лучше подробно расскажите еще обо всех ваших знакомых, которым вы продали краску. Среди них были, наверное, и товарищи вашего мужа по рыбалке? Так ведь? И этот художник… Понимаете, Тамарочка, все эти люди, очевидно, непричастны к преступлению! Мы сразу же, так сказать, скинем их со счетов. Вы мужу две банки взяли, художник этот еще сколько-то купил, другие знакомые… На долю-то незнакомых, подозрительных людей остается все меньше! Так?

– Ну, так. Дальше-то что? – настороженно спросила она.

– Но тогда, Тамарочка, получается, что незнакомых было не так-то много! Значит, вам вместе с девушками легче будет их вспомнить! Понятно?

– Ах, вы об этом…

– Ну конечно! Так что давайте побыстрее отсеем знакомых. – Он взял с директорского стола счеты и отложил семь костяшек. – Всего банок было семьдесят. Две вы взяли себе… – Он произвел на счетах нехитрую манипуляцию. – Эти банки у вас дома?

– Где же еще?

– Вот и прекрасно! В двух банках я уже полностью уверен. Остается шестьдесят восемь… Сколько купил художник?

– Четыре.

– Ого! Зачем ему столько?

– Художник ведь!

– Значит, ими и рисовать можно?

– А то нет!

– Лады. Выходит, еще четыре банки долой… Правда, нужно еще убедиться, что все они по-прежнему находятся у художника. Ведь одно дело вы, другое – он. Ваши банки находятся на месте, а за чужие вы поручиться не можете. Вдруг он потерял одну или, может, кому-нибудь подарил… Так?

– Ну, так…

– Вот и получается, что мне придется побеседовать с самим художником. Все-таки четыре банки не шутка! Это как-никак четыре подозрительных незнакомца.

– Веселая у вас работа…

– Да уж, не даром хлеб едим. Кто он, этот художник?

– Один знакомый.

– Это я уже понял. Фамилия-то его как?

– Михайлов… Витей зовут. Виктором.

– Вы его давно знаете?

– Давно. Я у них в Строгановке одно время натурщицей подрабатывала.

– Понятно…. У вас с ним… хорошие отношения?

– Да так… Заходит иногда, ухаживает вроде… Цветочки на Восьмое марта приносит, мимозу.

– Когда вы его видели и последний раз?

– А вам-то что до этого? Вас ведь краска интересует? Так вы про нее и спрашивайте!

– Вот что, Тамара, давайте-ка сразу же договоримся! Я спрашиваю, а вы отвечаете.

– По какому такому праву?

– Дело в том, милая Тамарочка, что Михайлов Виктор Михайлович – его так по отчеству?.. Ну, вот видите, я вас не из любопытства расспрашиваю, потому что Михайлов Виктор Михайлович недавно был убит в Парке культуры и отдыха.

– Ой! – Она прижала руки к щекам и вдруг заплакала, но быстро успокоилась и, вынув пудреницу, притукала пуховкой следы слез.

Шуляк дал ей привести себя в порядок.

– Так когда вы видели его в последний раз? – спросил он, когда она закончила туалет.

– На прошлой неделе… Во вторник, кажется, или в среду…

«Так! – отметил Шуляк. – Возможно, в тот самый день, когда пропал иностранец… Накануне он побывал у Михайлова… Сам же Михайлов принимал у себя на другой день попа, потом пошел его провожать и возвратился, очевидно, поздно… Впоследствии он утверждал, что встретил на улице свою первую жену… Ну и хват же парень! Ну и хват! Чего только они в нем нашли?»

– В котором часу?

– Вечером. Перед самым закрытием.

– Расскажите поподробней, как это было.

– Как было?.. Очень просто. Он зашел в магазин за этой краской…

– Откуда он знал, что она к вам поступила? Разве она часто у вас бывает?

– Нет, конечно… Просто утром он позвонил мне и спросил, нет ли у нас какой-нибудь светящейся краски. А она как раз случайно недавно к нам поступила. Ну я, конечно, сказала, чтобы он приезжал, краска есть.

– Ах вот как!

– Да… Он, значит, зашел вечером и взял четыре банки.

– Что он при этом говорил?

– Ничего особенного… Был очень доволен, благодарил… Пригласил в ресторан.

– И вы согласились?

– А что?

– Ничего. На какой день он вас пригласил?

– Мы не успели условиться. Понимаете, в тот самый момент вошла эта мымра…

– Кого вы имеете в виду?

– Да жену его бывшую, Машку!

– Бывшую жену?

– Да! Они прожили несколько лет и разошлись. Он говорит, что она ему надоела, – она и вправду противная, – и он ее бросил… А ребята говорят, что, наоборот, она его бросила… Не знаешь, кому верить…