Ларец Самозванца
Шрифт:
Ободрённые его молчаливым согласием, казаки ринулись на кухню. Сквозь незакрытую дверь было видно, как её повалили прямо на кухонный стол, жадно посрывали обрывки одежды, да тут же и оприходовали по очереди.
– За удачу! – поднял чарку пан Роман. – За вас, славные мои паны!
– Слава пану Роману! – вскочив на ноги, яростно заорал усатый шляхтич.
– Слава нашему господину! – подхватили его клич казаки и остальные шляхтичи. – Долгих лет пану Роману!
Пан Роман был глубоко тронут.
– Шинкарь, ещё вина! – рявкнул он, широко взмахнув рукой. – Да побольше! Такие славные воины не могут просыхать надолго!
– Берегись, шинкарь! – громогласно заорал Клим Оглобля, подле которого беспробудно дрых Андрей Головня. – Я не я буду, а мы опустошим твой погреб досуха!
Шинкарь только вздохнул притворно. В глазах его, однако, заметны были лукавые искорки. Пусть пьют! Потом расплатятся... так, или иначе!
3.
– Не нашёл, господин! – Яцек, великовозрастный балбес, виновато развёл руками, стараясь не смотреть в глаза взбешённому пану Анджею. Тому, вишь ты, взбрело снова помиловаться с хозяйкой, та же, как назло, словно сквозь землю провалилась!
– Ладно! – сурово сказал пан Анджей, видя, что Яцек окончательно растерялся. – Я сам найду!
Суровый, даже злой, он сбежал по ступенькам и тут же – даром, что ли, вокруг уже смеркалось, вляпался всей ногой в дерьмо. Шипение пана Анджея более всего походило на змеиное... Только змеи не умеют ругаться сразу на четырёх языках!
– Пошли! – медленно, зло сказал пан Анджей, даже не обернувшись. – Яцек!!!
– Я здесь, господин, здесь! – поспешно заверил его Яцек.
– Ну, вот и... В общем, рядом будь! – сердито сказал пан Анджей.
Они, переговариваясь таким образом, миновали весь двор – пустой, даже стражи не было, и свернули за угол, к коновязи.
Яцек внезапно заорал, как будто кипятком ошпаренный и пан Анджей, глаза которого не слишком хорошо подходили для лунного света, разглядел несколько чёрных фигур, быстро бегущих в их сторону.
– Ага! – радостно заорал он, с некоторым трудом разглядев блеск стали у них в руках. – Ну, наконец-то! А то что за день – без драки?!
Как только он выхватил свой огромный кончар, Яцек поспешно отпрыгнул в сторону. Наученный горьким опытом, он старался находиться подальше от своего господина, когда тот был в угаре боя. И без того плохо видящий, пан Анджей сослепу мог и по своему рубануть...
– Зови помощь! – пан Анджей сегодня на диво трезво мыслил. – Ну же, зови!
Он и сам заорал, сбивая дыхание, громко и чуточку визгливо.
Набегавшие уже люди так даже отпрянули от его ора. Пан Анджей, однако, не стал ждать, пока они придут в себя, а сам бросился вперёд...
Кончар слишком тяжёлое оружие, если твой рост невелик, однако пан Анджей сражался так много лет, и у него неплохо получалось. Двое чужаков заплатили жизнями за неверие в его силы, ещё один с яростным воплем отскочил назад, одновременно отбивая повторный удар шляхтича и зажимая дыру в животе… Кровь всё обильнее сочилась из неё.
Однако так не могло продолжаться слишком долго. Словно саранча по ногайской степи, всё больше и больше фигур в чёрном перебегали по двору, и все они были так или иначе вооружены. Не худо вооружённые, это сразу можно сказать!
– На помощь! – гулко заорал пан Анджей, медленно пятясь к шинку. – Засада!
Он всегда славился оглушительно громким голосом. Даже под Добрыничами, когда вели разговор шестнадцать тысяч московитских пищалей, он смог докричаться до своих воинов. Что уж говорить – здесь! Да ещё, поди, Яцек добежал…
Словно в подтверждение его мыслей и чаяний, дверь в шинок скрипуче распахнулась, и на крыльцо выскочили его люди.
– Что случилось, пан Анджей? – тревожно выкрикнул Людвик, быстро пересчитав тела подле атамана и так же быстро сориентировавшись.
– Что спрашиваешь, атакуй! – рявкнул раздражённый пан. – Вперёд, это – враги!
Большего его шляхтичам, привычным к внезапным стычкам рубакам, и не требовалось. С радостными воплями, обнажив залежавшиеся в ножнах сабли, они ринулись вниз с крыльца. Все, кроме Людвика, которому как всегда не повезло – поскользнулся в луже мочи, подвернул ногу… Двенадцать яростно орущих воинов, размахивая саблями, как безумные, сумели напугать даже этих отчаюг. Правда, ненадолго. Внезапно, темноту озарили вспышки выстрелов и сразу двое ляхов упали в грязь. Один, кажется, ещё шевелился… второму холодная, вонючая грязь уже была нипочём. Ему так и не суждено было вернуться домой…
– Где пан Роман?! – заорал пан Анджей, попятившись к крыльцу. – Без его казаков мы не справимся!
Словно ответ на его вопль, поверх голов ляхов, оглушая и вселяя надежду, прогремел залп. Пан Роман оказался разумнее и осторожнее; вместо того, чтобы бросать своих казаков в темноту и неизвестность, он собрал их у окон шинка. Теперь их пищали и пистоли вычистили двор куда лучше острых сабель. Сразу же не меньше дюжины мёртвых и умирающих добавились к тем, кто уже был здесь раньше!
– Что замерли?! – рявкнул пан Роман прямо над самым ухом пана Медведковского. – Внутрь, быстро! Пока вас тут всех не перебили…
Второй раз повторять не пришлось, его уважали и побаивались ничуть не меньше пана Анджея, да к тому же неизвестный неприятель успел прийти в себя… а огненный бой оказался и у него. Притом, в количестве столь большом, что последние бойцы и сам пан Анджей в том числе, забегали внутрь под густое чмоканье пуль в стены. Слава Господу, обошлось без убитых, но ещё двое бойцов лишились возможности вступить в бой немедленно. Мессиру Иоганну, человеку бесстрашному, пришлось перевязывать их чуть ли не прямо под пулями… Ничего, перевязал!
– Что за чёрт! – выругался пан Роман, осторожно выглядывая в окно. – Кто это, пан Анджей?
– Я откуда знаю?! – чуть не плача, воскликнул тот, с тревогой осматривая зазубренное в двух местах лезвие кончара. – Напали внезапно… я их даже не трогал!
– Может, это мужья тех жён, что ты… Шучу! Шучу же, пан Анджей!
Оскорблённый лях, став пунцовым от гнева, с трудом удержался от отповеди, но вовремя вспомнил, что сейчас – просто не время.
– Ты, пан Роман, что-то не о том думаешь! – почти что невозмутимо сказал он. – Могу только сказать, что это – не по мою душу! Я их даже ни разу не видел!
– Ты что же, сумел их разглядеть? – удивился пан Роман.
– Рожи как рожи! – не желая признаваться в очевидном, возразил пан Анджей. – Чего там разглядывать…
– Они в масках были! – виновато поглядев на господина, возразил один из ляхов. – Тряпки такие, с дырками для рта и глаз! У некоторых даже кожаные или кольчужные…
– Во как! – удивился кто-то из казаков. – Так то, наверное, тати местные! Шиши да разбойники! Ну, нам это не соперники…
Это были последние слова в его жизни…Не повезло – бывает! Свинцовый шарик пули, выпущенной из пищали меткой рукой, попал точно под срез шапки. Добрый хлопец Мыкола даже и не пикнул, без звука повалившись на грязные доски пола…