Чтение онлайн

Волки, впрочем, были и здесь. Яцек час почти икал и трясся, после того, как наткнулся под кустом на останки человека. Давно уже, может и зимой ещё, погиб он здесь. Замёрз? Попал на зуб серым хищникам ещё живым? Кости были разгрызены волчьими зубами – это точно.

– Т-там!.. Т-там! – заикался Яцек...

Мареку, тому сам чёрт был не страшен. Лук с наложенной охотничьей стрелой по-прежнему был в руке, на приятеля он даже не оглядывался... до поры...

– Ты чего это сегодня вокруг Зарины так долго крутился? – сквозь зубы процедил он, прицеливаясь куда-то в кусты из лука. – Делать было нечего?

– Я? – поразился Яцек, даже икать перестав. – Я не крутился! Я с ней разговаривал! Легенду про Тантала рассказывал!

– Про кого? – изумился Марек, в очередной раз позавидовав Яцеку, у которого хозяин был помешан на сказочках. Впрочем, его хозяин, зато, не раз и не два уже навещал прекрасных панёнок. А ему, пусть и юн был чересчур, в это время доставалось внимание служанок. Иногда, даже очень ничего... хотя Зарине уступала любая.

– Про Тантала! – сердито повторил жуть как не любивший повторять Яцек. – Герой такой грецкий. Он своего сына демонам языческим скормил. Ну, а те его на муки адовы обрекли. Вроде бы как он стоит по самый подбородок в воде, но как наклонит голову – вода отливается от него и он тыщи лет никак не может напиться! Ну, там ещё много чего было... Зарине понравилось, вот!

– Ты вот что! – глядя прямо перед собой, а лук опустив, тихо и спокойно сказал вдруг Марек. – Ещё раз к Зарине приблизишься, и я тебе ноги повыдёргиваю! Обе враз! Понял?!

– Ты чего? – изумлённо воззризлся на него Яцек.

– Я сказал, не подходи больше к ней! – сам где-то в глубине души удивляясь нахлынувшей вдруг на него ярости, выкрикнул Марек. – Задуриваешь ей мозги сказочками всякими... Не подходи к ней!

Он яростно отшвырнул лук и, пригнувшись и сощурив зло глаза, положил правую ладонь на рукоять сабли. Что удивительно, но Яцек, тихоня Яцек, на которого всегда достаточно было прикрикнуть слегка, чтобы он присмирел, напустил в штаны, неожиданно отпрыгнул в сторону и тоже схватился за палаш.

– Сам не подходи!

Это было настолько неожиданно, что Марек сначала даже опешил, но потом озлился ещё больше.

– Ах, ты так! – медленно, с явственно прозвучавшей угрозой, процедил он и достал саблю. – Ну, держись!!!

Однако начать первым он не успел. Яцек вдруг прыгнул вперёд и его тяжёлый, остро отточенный палаш звонко выщербился о камень, чуть ли не на пядь уйдя в землю. Марека на том месте, куда ударил палаш, разумеется, уже не было. Яцек же, не устояв на ногах, споткнулся и упал, открыв спину. Марек тут же ударил, лишь в последний миг направив саблю в палаш.

Сталь зазвенела о сталь и Яцек, вскочивший на ноги, был уже безоружен.

– Подними палаш, рохля! – с крайней степенью презрения в голосе велел Марек. – И не доставай его, если не знаешь, с какой стороны бра...

Он просто не успел закончить. Яцек не стал подбирать палаш, вместо этого резко, с места, прыгнув вперёд. Марек никак не ожидал этого, и приятель буквально вмял его спиной и задом в кусты. В колючие кусты шиповника.

– На! – выдохнул Яцек, со всей силы врезаясь кулаком куда-то в район марекова носа. – На тебе!

Взвыв от острой боли, ослепнув на миг, Марек вслепую отмахнулся. Его кулак попал в мягкое, и дышать стало легче – Яцек больше не сидел у него на животе... Впрочем, это было ненадолго. Уже вскоре его кулак врезался в бок, выбив из Марека дыхание, а в следующее мгновение сам Яцек навалился сверху и принялся душить Марека.

В другой раз Марек, пожалуй, отбился бы, да ещё и сам поколотил как следует Яцека. Тот, хоть и был заведомо сильнее приятеля, уступал ему в сноровке и умении драться. Но всё пошло наперекосяк и Марек не мог даже продохнуть. В ушах стоял звон, перед глазами искры сыпались уже сплошным ливнем, а Яцек, усевшись поудобнее, давил и давил, не собираясь останавливаться... Рука сама нашла кинжал – длинный, тонкий клинок даги, когда-то лишившийся рукояти и как бесполезный, подаренный паном Романом Мареку. Марек приделал к нему обычную, простую рукоять и сейчас его судорожно ищущие опору пальцы нащупали тёплое, влажное дерево. Они сами сомкнулись на рукояти – Марек уже ничего не соображал. Ничего не соображая же, он вытащил кинжал. И ударил.

Был хруст разрываемой материи, был противный, чмокающий звук, когда лезвие вошло в плоть. И был отчаянный, протяжный крик-стон Яцек, когда он валился набок, наконец-то давая Мареку возможность продохнуть. Марек с большим трудом сумел сесть, его грудь тяжело, с сипами и хрипами вздымалась, его лёгкие спешно прогоняли через себя воздух, круги перед глазами постепенно сходили на нет. Его вырвало...

Яцек лежал рядом, ничком, уткнувшись лицом в траву. Он уже не стонал, а лужа крови – и это было самое первое, что Марек сумел разглядеть уверенно – стала просто огромна. Наверное, треть или даже половина всей крови, что текла в жилах Яцека, была сейчас в этой луже!

– Дева Мария и Тысяча Мучеников! – простонал Марек, вставая на колени. – Яцек, друг... что же я наделал!!!

Ему вдруг стало страшно. Марек не был трусом и всегда готов был отвечать за свои проступки и ошибки. Но сейчас... Но этот раз... Даже если Яцек выживет – а Марек в этом очень сомневался – ему никто не простит этого удара. Всё кончено и спасения нет...

– Яцек, Яцек! – лихорадочно обдирая край нечистой рубахи, прорыдал Марек. – Яцек, только не умирай! Вот только помри!!! Я тебе тогда... Я тебе тогда твои дурацкие уши-то пообрежу.

Яцек, словно по заказу, открыл глаза. Он с видимым трудом разлепил губы и еле слышно простонал:

– Больно...

– Терпи! – выкрикнул Марек, давясь слезами. – Терпи! Только дотерпи! Вот выживешь, мессир Иоганн тебя залечит... у, то есть, вылечит... Станцуешь ещё с Зариной!

– Нет... – прошелестел почти беззвучно Яцек. – Я умираю, Марек! Ты выиграл...

Марек рыдал уже в голос, не заботясь о том, что это не достойно воина. С превеликим трудом подняв тяжёлое тело, он забросил его поперёк седла. Плохо, конечно, но другого выхода не было. Волокушу мастерить слишком долго, а на закорках он тяжёлого Яцека не дотащит. Слишком далеко до лагеря.

– Ты продержишься! – решительным, хотя и неверным из-за слёз голосом сказал он бесчувственному Яцеку. – Ты выживешь!

Яцек ничего не ответил.

Месяц неспешно двинулся по небу.

2.

– Что-то не видать наших охотников! – сморщив длинный нос, проворчал Людвик, ковыряясь тлеющей веткой в костре. – Слышь, пан Анджей?

– Ничего! – возразил пан Анджей, потянувшись так, что пузо в очередной раз выскочило из-под туго обтягивавшего его кушака. Ругаясь, пан Анджей вынужден был заняться восстановлением порядка в одежде.

– Ничего! – усмехнулся, завершая его речь, пан Роман. – Марек – охотник опытный, не в таких местах охотился... В ЭТОМ лесу заблудиться он не сможет...

– ...Идут! – громкий вопль прервал его речь, но пан Роман был не в обиде. Вскочив резко на ноги, он всмотрелся...

Одинокая фигура – невысокая, значит - Марек. Два коня, через которые перекинута добыча... вон, рога торчат в сторону... А где же Яцек?!

Почти тут же последовал и ответ.

– Лекаря! – ещё издалека закричал Марек. – Где пан Иоганн?!