Чтение онлайн

На светофоре горит красный, и от его света в машине тоже все краснеет.

— Ладно, — смягчается Одри. — Прошу прощения, я просто немного нервничаю. Следующий поворот налево — мой дом там, на вершине холма.

Я гляжу на нее, снова вдыхая ее запах. Точка невозврата прямо впереди, прямо сейчас. Я все еще могу высадить ее у дома, не причинив никакого вреда и ничем не рискуя. Или могу овладеть ею, и тогда моя жизнь пойдет по иному пути. Всем своим видом она бросает мне вызов, и я хочу ее, как никогда. Она наверняка станет сопротивляться, но так даже лучше, куда интереснее, чем смотреть, как умирают люди, неспособные сопротивляться вообще.

Ее взгляд, пьяный, но вызывающий, почти приглашает меня попробовать.

Сигнал сменяется на зеленый, и я начинаю подниматься по склону холма.

Проснувшись рано утром в воскресенье, я оделась в рабочую одежду и спустилась вниз. Айрин в кухне готовила завтрак. Кошка, освоившаяся в доме куда быстрее, чем я предполагала, нежно потерлась о мои ноги.

— Не обращай внимания, ее уже кормили, — сказала Айрин, когда я вошла. — Омлет с беконом?

Пахло хорошо, но голода я не чувствовала. Однако опыт уже научил меня, что Айрин не знает слова «нет», и потому проще уступить.

— Спасибо. Только совсем чуть-чуть.

На столе стоял чайник. Я налила в чашку чая и попробовала. Чай был черный, заварной, но меня вполне устраивал.

Меня выписали из больницы при условии, что кто-то будет за мной присматривать, и Сэм взял эту обязанность на себя. Предполагалось, что это всего на несколько дней, но, когда мы заехали ко мне домой, чтобы взять кое-какую одежду, выяснилось, что пропал мой запасной ключ. Я хранила его на книжном шкафу, но там его не оказалось. Мне уже не захотелось возвращаться домой, даже после того, как мы поменяли замки, за что заплатили немалые деньги. Похоже, мне предстояло какое-то время пожить у Эвереттов.

— Ты поздно вернулась в пятницу вечером, — заметила Айрин. — Я не слышала, как ты пришла.

— Я была на работе, — ответила я.

— До ночи? Аннабель, ты уверена, что это хорошая мысль?

— Все нормально. Мне нужно было закончить кое-какие дела, только и всего. И придется поработать сверхурочно, так что сегодня я снова ухожу.

Айрин неодобрительно фыркнула.

— Тогда лучше позавтракай как следует, — сказала она, накладывая на тарелку яйца и бекон.

Кошка начала скрести мои ноги в носках, тактично убрав когти и при этом влажно мурлыча, а возможно, и пуская слюни. Я сунула под стол руку, и она положила голову мне в ладонь.

— Где Сэм?

В то же мгновение открылась задняя дверь и вошел Сэм, вытирая кроссовки о коврик и тяжело дыша.

— Не знала, что вы бегаете, — заметила я.

— Первый раз… за много лет… и впрямь тяжело, — выговорил он. — Чай есть?

Я налила ему чашку, и он сел напротив за стол. Айрин наложила еды, к которой он добавил кетчупа.

— В каком-то смысле все насмарку, — сказал он с набитым ртом. — Сначала бегать, а потом наедаться.

— Похоже на то.

Кошка плавно переключила свое внимание на Сэма, закрутилась у его ног и игриво изогнула хвост вопросительным знаком. Он тайком сунул ей кусочек бекона, улучив момент, когда Айрин отвернулась к раковине.

— Похоже, кошка забыла, что мы когда-то жили вместе, — сказала я.

— Глупости, — бросил Сэм. — Она радуется, что с вами все в порядке, вам ничего не угрожает и вы лучше себя чувствуете, вот и все.

«Она радуется, пока кто-то дает ей бекон и чешет за ухом», — подумала я.

Но стоило ли винить ее в том, что она на меня злится? Я много дней не обращала на нее никакого внимания, и она наверняка чувствовала себя всеми брошенной. Удивительно, что она вообще не ушла.

— Так куда вы собрались?

Как бы мне ни было приятно с хорошими людьми, которые заботились о том, куда я иду и когда вернусь, готовили мне еду и поили чаем, я начинала ощущать себя подростком.

— На работу, — ответила я, усердно жуя в попытке избежать лишних разговоров.

— Вот как? — Сэм насторожился, почуяв сквозь аромат омлета с кетчупом какую-то историю. — Вы работаете в воскресенье?

Я глубоко вздохнула. Как бы им объяснить, что ничего интересного в этом нет?

— Не совсем. Просто сверхурочные. Нужно обновить кое-какие таблицы, войти в курс дела. Все-таки я немного поотстала.

— Если вас заставляют работать сверхурочно, значит действительно случилось нечто из ряда вон выходящее. Я точно знаю, что на оплату сверхурочных у них нет денег. Что произошло? Это связано с расследованием? Нашли кого-то еще?

— Сэм, — включилась Айрин, — хватит ее мучить. Аннабель, скажи ему, пусть не лезет в чужие дела.

— Он журналист, — ответила я. — Мои дела — и его дела. Увы.

— Я вас отвезу, — сказал Сэм. — А когда закончите, позвоните. Я все равно еду в город.

— Неизвестно, когда я закончу, — заупрямилась я, не желая, чтобы он сидел и ждал. — Могу поехать и сама.

Но он быстро доел завтрак и, когда я взяла сумку и пальто, уже стоял внизу, полностью одетый, с гладко зачесанными мокрыми после душа темными волосами. Вид у него был столь целеустремленный, что я сдалась и пошла следом за ним к машине.

К моему удивлению, в офисе оказалось вовсе не пусто, как вечером в пятницу. Три стола были заняты, а в стеклянной кабинке в углу сидел Пол Москроп. Все разговаривали по телефонам, а еще один телефон звонил на столе. Я подумала было ответить, но решила, что не стоит. Усевшись на свое место, я включила компьютер. Новый сюрприз — от главного детектива-инспектора пришли детализации опознанных мной номеров.

Когда я открывала прикрепленные файлы, Пол вышел из своего кабинета.

— А, Аннабель! — воскликнул он. — Рад вам. Видели результаты?

— Как раз смотрю, сэр, — ответила я.

— Можете не называть меня «сэр», — сказал он. — Просто Пол.

— Хорошо. Спасибо.

— Мы проверили владельцев номеров, но все они — незарегистрированные, на предоплатном тарифе. Что, впрочем, неудивительно. Но детализации весьма интересны.

Я ждала, что он скажет что-то еще, — неужели он сам проанализировал данные еще до моего прихода? Но он лишь криво усмехнулся.

— Взгляните, а потом приходите и расскажите, что думаете по этому поводу, — сказал он.

Просмотрев все прикрепленные файлы один за другим, я поняла, что он прав: результаты оказались весьма интересными. Каждый набор телефонных детализаций являлся зеркальным отражением тех, что мы получили с телефонов жертв. Иными словами, преступник использовал только одну сим-карту для каждой жертвы и ни по каким другим номерам не звонил. После каждой новой смерти он, судя по всему, выбрасывал сим-карту и менял ее на другую. Телефонные номера шли не подряд, из чего следовало, что он покупал их в разное время, а не сразу. А в силу малого количества исходящих звонков ему вряд ли приходилось пополнять счет до того, как он избавлялся от карты, — он просто пользовался «бесплатным» кредитом, прилагавшимся к сим-карте, и этого ему более чем хватало.