Чтение онлайн

— Мне так жаль… это такая трагичная история, я правда сожалею и сочувствую, что тебе пришлось все это пережить… — хватит ли этих слов не знаю, но внутри меня сейчас ноет и сжимается сердце.

— Лианела, но то было только началом мой смерти наяву. Мой первенец родился мертвым почти двадцать лет назад. Тогда моя спутница винила во всем меня, что это случилось из-за того, что я не спешил сделать ее своей законной женой, но как ей было объяснить, что тогда я носил траур по другой. Мы не разговаривали три года, просто существовали рядом, она, молча ненавидев меня, а я себя. Спасали лишь сражения и походы, в которые я иногда отправлялся с войском. После мы смирились с существованием друг друга, но дети наши либо умирали в утробе матери, либо сразу же после нескольких дней рождения. — умеют ли звери плакать не знаю, но чувствую, как душа моего зверя сейчас рыдает навзрыд.

— Такая жестокая судьба… — голова начинает кружится, так ярко звучат его слова, что словно я сама все это вижу и проживаю в данный момент.

— Семь лет назад эта судьба, как ты говоришь, решила сжалиться и небеса, подарили нам близнецов. Прекрасные львята, мальчик и девочка, стали смыслом моего существования и единственной радостью. Казалось, что и жена ожила, но спокойствие это длилось не долго. На границу опять напали дикари и мне нужно было выдвигаться с войском. За несколько дней до моего отбытия жена жаловались на сильную головную боль, недомогание и умоляла остаться дома с ней и детьми, но я не послушал, не обратил на это внимание и превыше всего поставил долг. С войском мы были в пути несколько дней и уже прошли практически половину пути, но что-то так остро защемило в груди, нить из сердца натянутая болью вела изо всех сил меня в сторону дома.

— Продолжай, расскажи, позволь себе обводится от этого.

— Хорошо, Лианела, если ты до сих пор веришь в меня, я продолжу, чтобы доказать, тебе, что это напрасно. Я буквально ворвался в двор моего дома, был вечер, дети должны были еще шуметь и играть, но стояла абсолютная тишина, зловещая, пробирающаяся под кожу. Впервые в жизни я ощутил настолько сильный страх. На негнущихся ногах я пошел искать их по дому и нашел в детской спальне, там они лежали в своих белых кроватках залитые собственной кровью хлещущей из перерезанного горла, а жена держала окровавленный нож в руках и сидела рядом напевая колыбельную песенку. Увидев меня, она сказала, что дети сильно шумели и не хотели спать, поэтому ей пришлось успокоить их. Она говорила и смотрела на меня безумными глазами, а я умирал и хотел уйти за детьми. Болезнь ли помутила ее рассудок или же это я стал дня нее проклятьем заставившим ее лишить жизни собственных детей, не знаю. Больше жить у меня не было сил, но в нашем Мире самоубийства запрещены Богами, поэтому лишить себя жизни я не мог. Пошел на пляж и попросил у океана забрать меня. Отвязал первую попавшуюся лодку и оттолкнувшись от берега запрыгнул в нее. Волны бросали и швыряли с яростью лодку, не обещая быстрого освобождения от жизни, не знаю, сколько дней я провел в ней на грани создания и безысходности, пока не начался сильнейших шторм. Тогда я наконец-то потерял сознание, а очнулся уже совсем в другом Мире и рядом со мной была твоя тетушка. Меня не волновало, что это за место, вопрос был лишь в том, почему я до сих пор жив, когда так этого не желаю. А дальше ты все знаешь сама.

— Боже… мне так жаль … я не вижу твоей вины, ты так много страдал, что даже если и совершил что-то не простительное, то давно уже отдал все долги своими мучениями и заслуживаешь жить дальше.

— Лианела, так можешь говорить, только ты после того, как узнала правду обо мне.

— Но, я честно не считаю тебя плохим. Несчастным, замученным жизнью, но не плохим.

— Я всегда делал не правильный выбор и слишком дорого за это платил.

— Теперь все позади, прошу живи дальше, живи и будь счастлив.

— Только твой голос помог мне вырваться из черного безумного отчаянья, где проститься с жизнью было единственным верным решением. На него я шел и вышел на свет. Не знаю, чем я заслужил тебя, но спасибо, что ты пришла.

Встаю на песок рядом со львом на колени и обнимаю за шею пряча лицо и слезы в густой гриве.

Небо над нами хмурится, сгущая краски. Со стороны океана подул ветер поднимая синие волны. Соленый воздух стал плотным, повеяло прохладой. Волны уже не просто касаются берега, а буквально кидаются на золотой песок.

Поднявшись с колен, я отряхнула подол платья и со львом мы отступили на несколько шагов назад. Нужно было бы уйти, только никто из нас почему-то не мог сдвинутся с места, а лишь смотрел вперед, пытаясь разглядеть то, что скрывает океан.

Было во всем этом странное предчувствие, то, что не обещает ничего хорошего, но ты обязательно должен встретится с ним лицом к лицу. Похолодели пальцы от этого ощущения. Кожу на руках покрывают мурашки, мне хочется поежится или хотя бы обнять себя за плечи, но сил нет. Сейчас все, что я могу это стоять и ждать. Стихия властвует над этим местом и нами.

Перевожу взгляд на льва, он сильно встревожен, прищурился и внимательно следит за линией горизонта, которая стирается под натиском поднимающихся волн.

Что со мной? Почему я чувствую страх…

На белых парусах, гонимых ветром по белым гребням вспененных волн к нам на большой скорости приближается небольшой корабль. Сначала он был похож на белую точку, скачущую по синему полотну воды, но теперь его очертания четкие, как и понимание того, что он здесь не случайно.

На носу корабля держась за тугие канаты стоит женская фигура и приложив ладонь ко лбу рассматривает берег.

Но на берегу никого нет, только я, лев и сова, так кого же она хочет увидеть. Ее темные волосы треплет не добрый ветер, брызги касаются ног, но она не уходит, продолжает стоять. Мое сердце издает быстрые, нечеткие, взволнованные удары.

Мне хочется сказать льву, нет, попросить, о том, чтобы мы ушли, но почему-то я потеряла дар речи. Мной полностью овладел страх сковав цепями, так что только дрожат уголки губ. Соленым воздухом становится сложно дышать. Лев на месте переминается с лапу на лапу.

Сова, парящая над нами, борется с воздушным потоками, пытаясь поймать ветер, она пищит и тоже устремила взор на корабль. Ветер гонит не только корабль, но и подгоняет время и вот небольшое судно прямо перед нами, и я с трудом, но узнаю женщину. Она изменилась, годы оставили отпечаток на некогда свежем лице и яркой внешности красавицы, теперь Рина другая, но все же это она.

Та, сама женщина из моего видения в пользу, которой сделал Ричард свой выбор тем самым разбил Лили сердце, та, что носила под сердцем его ребенка и была счастлива принадлежать ему одному.

Становится очень плохо от этих воспоминаний мое сознание рвется на части, я не могу поверить, что вижу ее наяву. Пытаюсь сложить вместе свои мысли и чувства с происходящим сейчас и чего-то постоянно не хватает, что-то не вяжется.

Корабль со скрипом прорезал песок кормой и остановился, опустив паруса. Рина смотрит на моего льва и не решается спрыгнуть вниз. Чувствую рядом с собой странные вибрации в воздухе, и обернувшись теряю себя окончательно.

Льва больше нет. На его месте со мной стоит Ричард, его белые волосы вырывает ветер из неопрятной, длинной косы, он обнажен по пояс, и сейчас мужчина в том зрелом возрасте, когда был со мной, а не с Лили в моих ведениях.

Проклятье…

Голова кружится, еле держусь чтобы не потерять сознание от переполняющих чувств, мыслей, эмоций. Это же не может быть по-настоящему…

— Рина… — зовет мужчина хрипловатым голосом свою женщину, стоящую сверху и кажется не верит своим глазам. В его лице смятение, тоска, а еще облегчение, так сложно поймать его взгляд, но так хочется ухватится за него и привлечь на себя, но я не могу.

Теперь, как-никогда я понимаю Лили, в тот момент, когда злилась на нее. Я, как и она тогда, просто не имею права голоса. Досада берет меня. Разочарование буквально опустошает. Вопросы рвут голову, а чувства сердце, моя душа ноет и рвется за мужчиной, которой медленной идет к Рине уже в воде.