Чтение онлайн

От попыток уснуть ее спасли утренние процедуры. Айрина с Дилькой удивились, что это за гадость у нее на руке. Ответ их устроил, и они быстро отстали.

Медики провели обычные анализы, послушали, посмотрели. Вид конструкции на руке их вообще не смущал. Правда препараты выдали другие. По виду капсулы Лориэль поняла, что глотает опять что-то из нанидного волшебства Метельки. Кормили тоже по отдельному меню, а вместо утренней прогулки потащили на программатор. Через час сканирования Метелька сухо сказала:

– Пока без изменений.

Лориэль не очень поняла, что у нее должно было измениться и зевнула.

– Да, если вдруг почувствуете, что протез нагревается, можете просто принять контрастный душ, - сказала Метелька.

Еще пять минут лекций о том, что можно делать и чего не стоит, и Лориэль ушла на прогулку.

Дневные процедуры закончились за десять минут до обеда. Лориэль вместе со всей экспедицией направилась в столовую. Каша или бобовый суп – общее, причем очень недурного качества. Оценила даже доктор Юриэль, которая неожиданно оказалась очень придирчивой к еде. Видимо, переела на К-5 консервов из пайков.

Все выстроились к раздаче и вооружились подносами. Строю поварих за стойками помогали несколько медсестер. Одна из них забрала поднос у Лориэль, собрала все тарелки с блюдами и помогла отнести на стол. Девочки Буми уже сидели рядом с мамой и за обе щеки уплетали «волшебную лечебную кашу». Малышки понравились местным поварихам и те даже не ленились готовить обычную детскую еду.

Обедали неторопливо, потому что в зале на стене, куда удобно пялиться с любого места, висел огромный экран. Успевали рассесться как раз к сводке главных дневных новостей. Первые дни любовались своими мордочками, профессор вышла прекрасно, так удачно поставили свет и поймали ракурс, что ее лицо стало опознавательным знаком экспедиции. Едва только на экране появлялось лицо профессора Гамодары всем сразу становилось понятно: сейчас пойдет очередной репортаж об экспедиции на К-5. Сегодня привели какие-то сухие справочки, за пару секунд показали прибытие на орбитальную станцию, а потом двое экспертов в прямом эфире начали обсуждать какие перспективы вырисовываются перед Галаданой. Внезапно оказалось, что финансисты не могут даже приблизительно просчитать разведанные богатства, это стало поводом для шума и построения целых теорий, как и что может случится в будущем двух планет. Как правило, перед камерами соревновались между собой галаданки и лирийки. Порой доходило и до лишнего шума, на что все тихо посмеивались – в экспедиции состав по планетам приблизительно равный и никому даже в голову не приходило делиться на две части.

После новостей обычно шли спортивные сводки, иногда они менялись на выпуски новостей про какое-то детское собрание или отдельное событие. Сегодня на экране второй раз появилось лицо профессора Гамодары, проиграла интересная мелодия, а еще через пару секунд заговорил поставленный голос:

– Сегодня мы поговорим про великую женщину, гениального пилота нового времени и просто героиню – старшего пилота Лориэль…

Сама «великая женщина» поперхнулась и выронила ложку. Она оторопело уставилась на экран, как и вся экспедиции. Да, тут многие уже видели заметки про себя. Где-то, конечно, репортерши переврали, немножко, посмеяться только. Лориэль успела посмотреть про себя две разных заметки, но тут показывали что-то совершенно новенькое.

Складывалось впечатление, что перевозбужденная девочка лет пяти тараторит без умолку о чем-то сильно ее впечатлившем. Когда речь зашла, что Лориэль чуть ли не в одиночку выручила из беды, правда непонятно какой, всю экспедицию сразу, даже профессор Гамодара отвлеклась от котлеты с обалденной подливкой и посмотрела на экран. Вообще все бросили еду и слушали. Кто-то улыбался и качал головой, мол, давно такой дурости не слышала. Кто-то уже держался за уши, кто-то закрыл ладонью рот, чтобы откровенно не рассмеяться, ну такую чепуху несли, что непонятно, как это в эфир пропустили.

Когда прозвучало, что Лориэль чуть ли не лично создала и организовала всю экспедицию, в повисшей тишине прозвучал громкий шлепок. «Великая героиня» немного не рассчитала сил и от души шлепнула себе по лицу. Она так и сидела, прикрыв глаза ладонью и рычала. Нос немного болел, но это было ничто по сравнению со скрежетом зубов и желанием запустить в экран чем-то тяжелым. Если бы в двух метрах от Лориэль не сидели две малышки, она бы и запустила. Или от души сказала, что она думает про все эти новости. Такого бреда она не слышала еще не разу!

– Может, выключить? – осторожно из-за спины предложила медсестра.

– Да нет уж, давайте дослушаем, - выдохнула Лориэль.

– И кто это составил? – спросила в воздух доктор Юриэль.

Любой репортер обязательно объявит себя в конце репортажа, надо же как-то отменить свою работу. Все стали вглядываться в ролик. Когда на экране показали горящую «ласточку», по которой с огнетушителем скачем Лориэль, кто-то в зале спросил с небольшим удивлением:

– И это тоже вы?

Само собой она. Лориэль уставилась на экран. Сколько раз она видела эту запись. И вот после этих кадров наступила пора удивляться – награды, которые когда-то были у Лориэль, перечислили без единой ошибки и, скорее всего, ровно в том порядке, в котором она их получила. Второй раз удивились, когда репортаж просто закончился, никто так и не признался в авторстве.

Лориэль очень хотела что-то сказать в адрес неизвестной репортерши, что-то емкое и очень красноречивое о умственных способностях этой идиотки и так, чтобы слышно было на улице. Она неловко дернула рукой и задела ложку. На шум сразу подняли ушки девочки Буми и насторожились. Лориэль оставалось только вздохнуть и вернутся к остывающему супу.

– Так… - произнесла профессор Гамодара. – Доктор Юриэль, с этим безобразием надо разобраться. Выпускать настолько непродуманные новости - какое-то баловство. И разобраться как можно скорее!

– Конечно, профессор.

Никто из экспедиции не шутил по поводу этого репортажа, все расстроились. Обсуждали двух дур, одну, которая все это сняла, и вторую, которая пропустила в эфир. Пока Буми не увела малышек гулять обсуждали сдержанно, а потом уже покрепче. Лориэль поклялась про себя, что найдет эту дуру и оторвет ей уши. Сразу два. И хвост.

Лориэль спряталась в беседке. Селька на процедурах, ее отпустят хорошо если через час, а пока «великой женщине» надо побыть одной. Только бы эту чушь не видели, дома, подумала она. Матушка точно расстроиться, у Мири, наверное, челюсть на пол упадет. Лишь бы не видели дома, повторила про себя Лориэль.

Машинально она достала коммуникатор. Одно сообщение от Жанни. «Мама, мы все видели. Это какой-то ужас!». Диктовала, наверное, Мири. Впрочем, девочки выросли и вполне обходятся без помощи взрослых. Тяжело понять, что теперь это не две мелких забияки, а взрослые девки.

Молча Лориэль потерла пальцем коммуникатор, словно так можно было передать часть ее тоски девочкам. Она долго сидела, разглядывая устройство в руке и не решалась позвонить домой.

Отвлекли ее голоса. Не бывает во вселенной случайностей, когда тебя ищут сразу два сильванских мастера. Обычно это к большим проблемам, так праматери говорили. Тиранэль настолько ехидно улыбнулась, что зачесались уши.

– То есть, этот бред по новостям, ваших рук дело? – Лориэль встала и направилась навстречу.

– А, ты уже видела?! – захохотала мастер Тиранэль.

– Что, с освещением что-то не так или камеру не там поставили? – мастер Хирондель задумчиво закатила глазки.

– Значит, ваша работа, - Лориэль вздохнула и обнялась с мастерами по очереди.

Они втроем зашли в беседку. Перед тем как сесть, Тиранэль выглянула наружу и осмотрелась. Недалеко проходили две тетки в одеждах для пациентов. Уж что им там показала мастер понять со спины было нельзя. Лориэль только увидела, что обе тетки развернулись и ушли в обратную сторону. Теперь можно поговорить спокойно, особенно про эту дурость по телевидению.