Чтение онлайн

Литературовед А. Н. Пыпин, двоюродный брат Н. Г. Чернышевского, начал печататься с 19 лет и был автором около 1200 работ, написанных в духе принципов культурно-исторической школы. Представители этой школы положили начало научной истории искусства и считали, что произведение выражает общественную психологию народа в определенный исторический момент. На основе собранных ими материалов появилась возможность более глубокого изучения специфических свойств искусства.

Историк русской словесности А. Г. Глаголев был награжден Демидовской премией за рукопись «Начертание теории словесности» (1833 г.). Педагог и писатель М. Б. Чистяков, совместно с которым В. Г. Белинский организовал «Литературное общество 11 нумера», получил почетный отзыв за «Курс теории словесности» (1848 г.). Профессор-лингвист П. Н. Полевой отмечен почетным отзывом за «Опыт сравнительного обозрения древних памятников народной поэзии германской и славянской» (1§ 65 г.).

Особую группу занимают труды русских фольклористов. «Русский фольклор не только исторически предшествовал русской литературе, но и на протяжении многих веков продолжал существовать и развиваться параллельно с ней, питая ее и вместе с тем заимствуя из нее. В 19 в. Россия была одной из немногих стран Европы, в которой фольклор жил еще полнокровной жизнью», — говорится в «Краткой литературной энциклопедии» [82, с. 439].

Приемы научной записи фольклора вырабатывались в XVIII в. и первой половине XIX в. Особенно много ценных записей сделано было в XIX в., когда общественный подъем, вызванный борьбой против крепостного права, дал мощный толчок к развитию русского национального самосознания. «Демократическая среда, выдвинувшая идеологов крестьянской революции, философов-материалистов, политических мыслителей и деятелей, дала России также великих ученых в области естественных наук, замечательных филологов и историков» [83, с. 400, 401].

Почетное место в истории русской словесности заняли труды фольклористов П. Н. Рыбникова, А. Н. Афанасьева, И. М. Снегирева. Литературовед и славист П. А. Бессонов издал памятники устного творчества русского, болгарского, сербского народов, снабдив их обширными комментариями и статьями о языке, быте и творчестве народа: «Болгарские песни» (почетный отзыв 1855 г.), «Калики перехожие» (вып. 1–6, 1861–1867, почетный отзыв 1864 г.), «Песни, собранные П. Н. Рыбниковым» (ч. 1–4, 1861–1867 гг., половинная Демидовская премия составителю за первые три части, 1864 г.).

Собрание П. Н. Рыбникова открыло богатство эпического наследия, сохраненного устной традицией русского Севера. Его четырехтомник «Песни» включает 224 записи былин, побывальщин, исторических песен и баллад. Рецензент И. И. Срезневский писал об этой работе: «Сочинение г. Рыбникова является вполне достойным премии как потому, что превосходит предшествовавшие ему издания этого рода полнотою и разнообразием содержания и критикою собранного в нем материала, так и потому, что вошедшие в состав его былины собраны по большей части из уст народа, а не списаны из других подобных сборников» [27, с. 11, 12].

Литературовед А. Н. Афанасьев опубликовал около 600 текстов в книге «Русские народные сказки» (вып. 1–8, 1855–1864 гг.). В 1865 г. ему была присуждена половинная Демидовская премия.

Этнограф и фольклорист, один из пионеров народоописательной словесности, собиратель памятников русской старины И. М. Снегирев является автором трудов «Русские в своих пословицах» (кн. 1–4, 1831–1834 гг.) и «Русские простонародные праздники и суеверные обряды» (вып. 1–4, 1837–1839 гг.), отмеченных двумя половинными Демидовскими премиями (1836 и 1840 гг.).

Первый труд рецензировала Российская Академия: «Г. Снегирев, дав сочинению своему название «Русские в своих пословицах», прибавил еще дополнительное заглавие «Рассуждение и исследование о русских пословицах и поговорках», и это последнее название более соответствует содержанию книги, в которой рассматриваются не только пословицы, но даже народные приметы, поверья, чувства, выражаемые в разных поговорках и присказках, не имеющих сходства с пословицами… Его любознательный труд, подъятый в пользу наук, заслуживает занять место во всякой библиотеке, в нем собрано множество достопамятных пословиц; во введении помещено библиографическое обозрение о пословицах разных народов; замечательны объяснения народных поверьев, и календарь, составленный по земледельческим признакам наблюдения погоды для распределения времени разных сельских работ. Но несравненно любопытнее сих драгоценные для исторического исследования замечания и объяснения пословиц, поговорок и разных слов, относящихся к отечественным воспоминаниям, а в особенности к старинным судебным обрядам и к предмету законоведения, составляющему любопытнейшую часть сочинения г. Снегирева» [37, с. 18–20].

«Давно уже чтение сборника пословиц Снегирева составляет для меня одно из любимых — не занятий, но наслаждений. На каждую пословицу мне представляются лица из народа и их столкновения в смысле пословицы. В числе неосуществимых мечтаний мне всегда представлялся ряд не то повестей, не то картин, написанных на пословицы», — писал Л. Н. Толстой [84, с. 11].

Вторая работа Снегирева носит больше этнографический характер. Однако рецензент Н. Г. Устрялов пишет: «Давно уже признано за неоспоримую истину, что для основательного знания отечественной истории, для уразумления наших летописей и государственных актов, необходимо вникать не только в причины и связь событий, но и в те формы, в коих проявлялась внутренняя жизнь русского народа» [31, с. 21]. Рецензент признал сочинение Снегирева «как труд добросовестный, требовавший долговременных изысканий и обширных сведений, предпринятый с ученой целью и увенчанный счастливым успехом, заслуживающим внимания Академии» [31, с. 24].

Поэт Н. В. Берг наиболее известен своими переводами. Среди них переведенные с 28 языков «Песни славянских народов» (1854 г.), о которых И. С. Тургенев в письме Н. А. Некрасову писал: «Это предприятие Берга очень полезно и хорошо — вот где бьют родники истинной поэзии» [85, с. 170]. Некрасов также высоко оценил сборник Берга. Рецензенты академики П. А. Плетнев и И. И. Срезневский писали: «Напрасно было бы здесь говорить о литературной, исторической и филологической важности народных песен, этих, так сказать, естественных произведений словесности, слагаемых в народе без помощи грамотности и учебных правил риторики и пиитики… и тем не менее доходящих иногда до такой степени художественности, до какой не может дойти никогда произведение литературного искусства… Считая изданный ныне труд г. Берга счастливым продолжением прекрасного начала, видя в его деятельности залог надежды на правильное обогащение русской литературы переводами всех лучших памятников народной поэзии иноземной вместе с изданием памятников, доселе не изданных, мы полагаем, что Академия обязана определить надлежащую цену столь важного труда, наградив усилия учености и таланта…» [65, с. 183, 193]. Академия наук отметила эту работу почетным отзывом (1855 г.).

На титульном листе сборника «Амарантос» значилось: «Амарантос, или Розы возрожденной Эллады. Произведения народной поэзии нынешних эллинов, собранные, переведенные и изданные с подлинником, предисловием, филологическими и историческими замечаниями Георгием Эвлампиосом. Удостоено Демидовской премии. С.-Петербург, тип. имп. Академии наук, 1843». В общей подготовке издания, в обстоятельных примечаниях к переведенным песням, преданиям и сказкам, в обширном предисловии к ним Эвлампиос проявил серьезную эрудицию, как это отмечали в своем отзыве академики Н. Г. Устрялов и Ф. Б. Грефе. И по их представлению работа была отмечена премией (1843 г.) с выдачей на издание рукописи 285 р. сер. Однако переводческое искусство составителя оказалось весьма невысоким, так как «он не сумел передать в переводе ни красоты, ни силы, ни духа отобранных им произведений новогреческого фольклора — фольклора освобожденной Греции» [86, с. 475]. Об этом писал и В. Г. Белинский в рецензии на сборник «Амарантос».

Список лауреатов Демидовской премии в области лингвистики и лексикографии также начинает А. X. Востоков, и здесь получивший полную премию за «Русскую грамматику» (1833 г.). Поэт и филолог, Востоков в 1815 г. перешел на службу в Публичную библиотеку и целиком отдался изучению памятников древнеславянской письменности и грамматики славянских языков, прежде всего русской. Он заложил основы отечественного языкознания.

Высокую оценку «Русской грамматики» дал В. Г. Белинский в рецензии на шестое издание ее в 1844 г.: «Что касается до грамматики г. Востокова, она, без всякого сомнения, есть доселе лучшая из всех русских грамматик. Конечно, это еще не значит, чтоб она была именно такою грамматикою, какая нужна; но она уже и потому заслуживает большого внимания, что представляет собою материал для будущего грамматиста и заключает в себе много частных — заметок и наблюдений, которые мог сделать человек, долго и основательно изучавший родной язык» [19, т. 7, с. 487, 488].

Видный русский филолог, профессор богословия Петербургского университета Г. П. Павский вошел в историю отечественной науки о языке как автор «Филологических наблюдений над составом русского языка» (т. 1–3, 1841–1842 гг.), получивших полную Демидовскую премию 1844 г. Отличительной особенностью «Наблюдений» было сопоставление русских слов со словами других индоевропейских языков. Во вступлении к своему труду автор пишет о принятом им методе: «Зная, что наш русский язык принадлежит к большому семейству образованнейших языков в мире, я взял в соображение грамматический состав всех однородных языков, отмечал сходства и несходства их с нашим языком и старался узнать отличительное его свойство и место, какое он занимает в порядке родственных языков» [87, с. 70].