Лавандовый мед
Шрифт:
Глава 4
Надежда сидела и смотрела на своего собеседника с ужасом. Зачем она вообще начала этот разговор, дура, идиотка, заставила человека разворошить прошлое. Было неимоверно стыдно и неловко.
– Жизнь остановилась для нас обоих. К тому времени, как Саша ушел в армию, я не жил дома, я купил себе квартиру, у меня была подруга. Света не возражала, у нее были свои ухажеры, официально мы не развелись, но жить друг другу не мешали. Когда мы получили известие о гибели Саши, я не знал, как мне успокоить Свету, с ней творилось невероятное, сначала затяжная истерика, периодически даже вызывали психиатрическую неотложку, потом она наоборот стала очень тихой. А еще позже началось что-то страшное, она стала пытаться уйти из жизни, сначала она наглоталась таблеток, но не выбросила упаковку – успели откачать, потом соседка буквально вытащила ее из окна. В общем, жизнь начала походить на ад. Мои метания между двумя домами не сильно устраивали мою новую подругу, она не понимала, почему я ношусь со своей бывшей, эти проблемы уже не должны были меня волновать. Я так не считал, и мы расстались. Я снова переехал к Свете, я боялся оставить ее одну. Я нанял сиделку, чтобы она следила за ней. Параллельно я искал жене врачей, она периодически ложилась на реабилитацию, но эта дичайшая депрессия не отпускала ее. Прошел год… Казалось бы, дела начали идти на поправку. Однажды вечером, когда я пришел домой, Света ждала меня и не ложилась спать.
– Андрей, нам нужно поговорить. – Света была снова очень взволнована.
– Хорошо, давай поговорим.
– Андрей, я хочу попросить тебя никогда меня не оставлять. Ты можешь вести свою жизнь, как тебе угодно, общаться, с кем угодно. Но, пожалуйста, не уходи от меня… Я не буду жить без тебя… У меня больше никого нет и не будет, родить я больше не смогу… Не бросай меня, я очень тебя прошу…
Андрей налил коньяка себе и Наде. Градус напряжения его повествования зашкаливал, было необходимо разрядить обстановку. Они пригубили.
– Я обещал ей, что всегда буду рядом. Так мы живем уже 15 лет… Когда мне надо отлучиться, я прошу побыть со Светой либо ее подругу, либо сиделку. Сама она решила посвятить себя служению Господу и пошла работать в храм недалеко от дома. Это оказалось спасением, потому что несколько лет ее лежания на кровати и смотрения в потолок были пыткой. Выдержать это было под силу только очень тренированным и закаленным. Самое главное для нее – это чтобы я был рядом, либо она знала, что если я уехал, то скоро вернусь. Она сказала, что я ей стал вместо Саши… – Андрей снова закрыл глаза руками и запрокинул голову назад.
Ночь воспоминаний Андрея закончилась где-то в 3.00. Утром намечался подъем в 8.00, к счастью дежурили по кухне не Надя с Андреем, потому как повара должны были встать в 7.00, чтобы к 8.30 приготовить завтрак. Потом в 10.00 планировался сбор группы с планировкой мероприятий и событий на ближайшие три дня. Если не ходить на завтрак, то вполне можно выспаться, хотя завтрак – это основа утра, поэтому теплой пищи поесть не мешало бы. Рассказав своей недавней знакомой Надежде всю свою жизнь и беду, у Андрея произошла перезагрузка, ему реально стало легче. Понятное, дело, что друзья, родственники и знакомые были в курсе, того, что произошло у Андрея и Светланы, но так все разложить по полочкам и проговорить Андрею не удалось ни разу за все прожитые в этом состоянии 15 лет.
– Надя, спасибо тебе, за то, что выслушала очень внимательно и пережила все вместе со мной. Как-то само собой все сложилось. Минус в том, что не выспимся. Ладно, надо попробовать раньше лечь, хотя потом разгуляемся. – Андрей зевнул и кулаком прикрыл рот.
– Ты меня еще раз извини, если б не моя бестактность. – Надя тоже закрыла лицо руками, ей до сих пор было не по себе. – Спокойной ночи.
– Спокойной ночи, Надюша. – Андрей встал и быстро пошел к двери. Спать оставалось от силы 5 часов.
Надя повернула ключ в замке, когда ушел Андрей. Ей почему-то стало так грустно. Действительно, после всего услышанного, они стали ближе друг другу как минимум на полжизни. Бывает и такое. Ей почему-то не хотелось, чтобы он уходил… Надя умылась прохладной водой, выключила свет и практически провалилась на кровать. Она думала, что будет долго засыпать, перемалывая полученную информацию от Андрея, но напротив не успела коснуться подушки, улетела в объятия Морфея.
Во сне она куда-то бежала, иногда летела, были вспышки света и непроглядная тьма, разбудил Надю, как она думала, будильник, но до звонка будильника было еще полчаса. Это был громкий звук оповещения о приходе сообщения. Рядом с телефоном стоял стакан с водой и совместно с вибрирующим смартфоном они ускорили Надино пробуждение на 30 минут. Она взяла в руки телефон, это было сообщение от Вити. «Вот же не спится чувачку при молодой жене. Милочка! В этом месте я всегда плачу!» Надя прыснула от смеха. В сообщении говорилось, что Витя стал отцом, Милочка родила ему сына: 56 см и 3900 г. Какое счастье! И ради этого он решил первой порадовать свою бывшую жену в отпуске ни свет, ни заря? Далее Виктор сообщал, что они купили новый дом и в детской Милу все абсолютно не устраивает, ну, просто все ужасно и несовременно. Витя просил Надю заняться дизайном их детской, естественно за хорошую плату.
Надя села на кровати по-турецки. «Вот какого лешего ему снова лезть ко мне? Что в Питере больше нет дизайнеров интерьера? Или Вите снова зачем-то понадобилась я?» Она уже так гармонично жила свою жизнь без него и его фокусов, что почти забыла все «нюансы» буржуйской жизни новых или новейших русских. «Нет, пожалуй, я ему откажу, но чуть позже, после завтрака. А, может быть, вообще вечером. Пусть ждет, я в отпуске, и у меня нет настроения с ним общаться.» Надя написала сообщение маме, что у нее все хорошо, сказала, что уходит в поход, где не будет связи. Потом просто взяла, выключила смартфон и положила его на дно чемодана. «Дикий отдых в горах должен быть диким безо всяких телефонов.» Фотоаппарат у Нади был отдельный. Ей уже хотелось куда-нибудь сходить, посмотреть красоты, полежать на травке, попить воду из родника, понюхать горные цветы. «Все, напрочь забываем о потребительской жизни, Витя, Милочка, их ребенок. Будьте счастливы, но без меня! Забыть, забыть, забыть!»
Надя полезла в другое отделение чемодана, достать спортивный костюм, из кармашка выпал ее блокнот, его тоже можно взять, раз телефон пребывал «в отключке». Из блокнота выпал сложенный гармошкой листок. Надя развернула его. «О, Господи! Это, наверное, то, что еще долго будет напоминать мне о жизни с Витей.» Когда Витя и Надя усиленно занимались попытками забеременеть, их семейный врач рекомендовал Наде вести диаграмму базальной температуры. Таких диаграмм набралось не меньше шести и все они были размещены на этом листочке-гармошке. «Это тоже надо побыстрее забыть, забыть, забыть!» Надя скомкала листочек, бросила его в корзину и как по команде, автоматом прокрутила в голове, какой же сегодня у нее день цикла.
Глава 5
Надя думала, что Андрей проспит и не стала стучать к нему в дверь. До сих пор в голове звучали его слова. Ей было страшно слышать то, что он произносил, а ему пришлось все это пережить, да еще постоянно держать руку на пульсе. Таких благородных людей Надя в своей жизни не встречала, причем, благородство Андрея было вполне естественным. Собственно, что мы называем благородством? Все то, что делал Андрей – это были поступки и действия нормального мужика. Видимо, мы уже местами подзабыли, какие они настоящие и нормальные мужики. Которые не бегут и не прячутся от беременной подружки, которые ради того, чтобы вылечить маму расстаются с успешной заграничной карьерой и находятся с самым близким человеком до самого ее последнего вздоха, это те, которые не бросают бывшую жену, которая уже буквально просунула голову в петлю, потому что смысл ее жизни закончился с трагической гибелью сына. Надя уже не понимала, как она будет жить дальше, но ей хотелось, чтобы Андрей был рядом.
В беседке, где располагался пищеблок уже собирался народ. По глазам было видно, что голодный. Горный воздух и активная жизнь очень растрачивали силы организма, постоянно нужна была подпитка. Когда Надя подошла к группе людей, то увидела, что в центре стоял Андрей и уже что-то рассказывал. Значит он тоже не хотел ее будить. Надя улыбнулась и посмотрела на него. Он улыбнулся ей в ответ.
– Доброе утро! Могу я чем-то помочь? – Надя посмотрела на собравшихся и покраснела.
– Конечно, помочь обязательно. Присаживайся, Надюша, будем завтракать. – На кухне помимо шеф-повара, Ольги Юрьевны, которая сказала, что может готовить хоть все завтраки, потому что просыпалась в 6 утра, заправлял ее муж, дядя Гена, так он сам просил себя называть. Он помогал ей разжечь огонь, принести воды, что-то разрубить-порезать.
– Давайте я буду на раздаче. – Не унималась Надежда. – Ей очень нравилось, что подобрался душевный коллектив, как в старые-добрые времена, когда никто не считался, кто сколько ведер воды принес, кто сколько тарелок помыл. Это так грело душу и сердце, что невольно хотелось постоянно тоже что-то делать для других.
Дядя Гена сдался, уж больно Надя жалобно это сказала. Отказать ребенку было невозможно, плюс-минус Надежда годилась в дочки этой парочке кухмистеров. Все начали садиться за стол, Надя встала к кастрюле с кашей и приступила к раздаче. Сегодня была овсянка, по самому классическому рецепту на молочке, из настоящего овса, который надо было варить около получаса, с маслицем. А на воздухе аромат распространялся с неимоверной скоростью. В основном, пришли все, получили по тарелке каши, на столе стоял сыр, масло, колбаса, хлеб. В качестве горячих напитков решили купить чайные пакетики и растворимый кофе и молоко, чтобы каждый взял себе то, что было по душе. Каша «ушла» практически в ноль, последний соня, который прибежал к завтраку, едва успел доскрести со дна. Надя вызвалась помыть посуду.