Лазарев. И Антарктида, и Наварин
Шрифт:
Тот радостно закивал головой.
— Штурману взять секстан, пелькомпас, октан, лотлинь, журналы и прочее. Господину Молво рекомендуется захватить разные безделушки, одарить людей тамошних, ежели таковые объявятся.
В шесть часов утра «Суворов» сдрейфовало, до острова оставалось полторы мили. Спускаясь в шлюпку, Лазарев предупредил Швейковского:
— Мы возвернемся не ранее после полудня, посему держитесь не ближе двух миль, под парусами. В случае шквала немедля уходите от берега.
Полчаса спустя шлюпки подошли к коралловой лагуне, окружавшей самый южный остров. Грозно шумел накат океанской волны, пристать было невозможно. Шлюпки перетащили внутрь лагуны, благо начался прилив, и пошли вброд на остров.
Не успели моряки выйти на берег, как их окружили стаи птиц и больших земных раков. Крупные птицы подбегали и брали приманку из рук, те, что поменьше, — садились на плечи, голову, пришлось от них отбиваться. Погладив птицу, Унковский взял ее в руки.
— Видимо, не пуганы человеком.
И в самом деле, острова оказались необитаемыми. Все пять островов соединялись между собой коралловыми отмелями, которые в прилив покрывались водой. Продираясь сквозь кустарники к кокосовой роще, моряки то и дело проваливались в заросшие травой глубокие ямки — гнезда птиц. Куда ни ступали ноги, всюду раздавался писк птенцов. Когда добрались к кокосовым пальмам, солнце поднялось высоко и нещадно пекло. Освежала приятная прохлада в тени пальм. Отдохнув, осмотрелись. Лазарев с Унковским и штурманом тотчас же приступили к астрономическим наблюдениям. Тем временем матросы изловчились, залезли на пальмы и начали сбрасывать оттуда кокосовые орехи. Прохладный сок утолил жажду, после него и есть не хотелось.
Окончив наблюдения и определив координаты острова, Унковский со штурманом подошли к двум самым большим пальмам и кортиками вырезали на стволах: «Год 1814, месяца сентября 27 дня, российский корабль «Суворов». На берегу оставили бутылку с запиской, в которой указали, что русский корабль «Суворов» 27 сентября 1814 года побывал здесь первым, и эти острова являются «новообретенною землею России».
Унковский подсел к отдыхающему в тени пальм Лазареву:
— Михаил Петрович, — впредь он решил только так обращаться на людях к товарищу, — земля-то наша — первое российское открытие в Южном полушарии…
Лазарев вскинул брови, приподнялся.
— А ведь, пожалуй, ты прав, и впрямь до нас таких находок не бывало в южных широтах. Юрий Федорович Лисянский обрел остров к северу от экватора… Сие приятно вдвойне…
Матросы наполнили шлюпку кокосовыми орехами, пойманными птицами, раками. Проверив расчеты штурмана и убедившись, что местоположение самого большого острова, южного, рассчитано точно, Лазарев и Унковский отправились на корабль. Штурмана оставили продолжать астрономические обсервации. Шлюпку еще раз посылали за орехами, птицами и раками, которые пришлись по вкусу матросам. Перед ужином все возвратились и подняли на борт обе шлюпки.
С помощью матросов, неуклюже взбираясь по шторм-трапу, отдуваясь, поднялись доктор и коммерсант. Потные лица их выдавали волнение, одежда висела клочьями.
— Стало быть, пошли мы к яликам по лагуне, в самый раз прилив начался, — рассказывал штурман Российский. — Откуда ни возьмись — прожоры акулы, не менее сажени, выскочили и прямо на господ Молво и Шеффера, открыв пасти. Добро неподалеку матросы с ножами были, подоспели враз… Да и мне пришлось кортиком обороняться от сих чудовищ.
Пряча улыбку, Лазарев сочувственно покачал головой.
После ужина вся команда и промышленники собрались на шкафуте. Из кают-компании в сопровождении офицеров и коммерсанта показался Лазарев.
— По заведенным законам мореплаватели, отыскавшие неведомую землю, ее же и нарекают. Потому нам и надлежит сие произвести. — Лазарев, улыбаясь, оглядел офицеров, матросов, вольнонаемных и промышленников.
Унковский слегка кашлянул и заговорил первым:
— По моему разумению и обычаям, сия земля, по совести, именем капитана нашего, Михаила Петровича Лазарева, наречена быть должна.
Все одобрительно загалдели. Лазарев дождался, пока собравшиеся не угомонились.
— Премного благодарен за честь, мне выказываемую. Однако сие знаменательное происшествие ставлю в заслугу всему экипажу поровну, а посему, — капитан окинул всех взором, — полагаю наречь сии острова по имени корабля нашего — острова Суворова. Тем воздадим почести и великому нашему полководцу.
Несколько мгновений стояла тишина, нарушаемая лишь легким всплеском волн о борт.
Дружное «ура!» было ответом командиру.
Российский записал в шканечном журнале: «…Найденные острова местоположением определены в широте южной 13°3' и долготе восточной, от Гринвича 163°26', названы островами Суворова и положены на карту…»
Спустя полчаса «Суворов» снялся с дрейфа, под одним марселем для безопасности, на случай встречи с подобными островами, нехотя увалился под ветер и лег на курс норд-норд-вест.
Моряки долго провожали взглядами обретенную ими землю, пока в глубоких сумерках не растаяла она вдали за кормой.
Из отношения Главного правления Российско-Американской компании министру морских сил.
«Главное правление Российско-Американской компании из депешей, доставленных из Америки, получило сведения, что г. флота лейтенант Лазарев, отправленный кругом света на корабле «Суворов», открыл неизвестные доныне острова, коих определил и положение.
Обязанностью поставляя довести сие открытие до сведения в. в. пр-ва, оно имеет честь представить при сем виды и карту тех островов, с выпиской из журнала г. Лазарева касательно сего открытия на благоусмотрение ваше, в том уверении, что сии острова будут помещены на картах; какового уважения сие событие может надеяться от попечительности в. в. пр-ва об общем благе.
Птицы всю ночь и на другой день резвились над кораблем, садились на мачты, реи, ванты, расхаживали по палубе. Однако к вечеру следующего дня они мало-помалу начали отставать, а вскоре и совсем исчезли. Корвет вступил под полные паруса к западу и спустя десять дней пересек экватор. Ветер постепенно заходил к западу и крепчал с каждым днем. Понемногу становилось прохладнее, в Северном полушарии наступала зима. По мере приближения к берегам Америки все чаще налетали шквалы с дождем, их сменяла пасмурная погода с туманами и дождями, а порой и снегом.