Чтение онлайн

— Дарей, Дарей дурачок. Дурной сглаз поймал его.

Кандидат в лазутчики сжал руки в кулак. Он и раньше недолюбливал Филина, теперь он его ненавидел. Когда действие дурмана стало подходить к концу, Дарей все больше себя загонял. Он не мог понять, где была правда, а где ложь. Что из всего пережитого за прошедшие дни вымысел, а что реальность. Может зря он злится на Филина, и тот и вправду ничего такого не делал. Может Дарей сам попался на происки демонов.

Рядом шел брат Кельвус. Дарею он казался единственным другом. Их потеснил, подъехавший на коне Гриф. Он презрительно посмотрел на подопечного и сплюнул себе за спину. Затем командир лазутчиков повернулся к Кельвусу и сказал:

— Мы идем проведать, что там за городок Тополя. Дарея отдаю тебе на поруки. Не хорошо получится, если что-нибудь пойдет не так. В Тополях я лично вложу ему в руку меч и прикажу убить демонопоклонника. Посмотрим, с нами он или нет.

— Не волнуйся Гриф и скачи по своим делам, — ответил брат Кельвус.

Когда пыль, оставленная на дороге конем, улеглась, а командир вылазки был уже далеко, брат Кельвус увидел, что Дарей до сих пор сжимает руки в кулак.

— Тебе нужно держать свою злость в узде, — сказал демонолог.

— Извини, они сжались сами по себе, — оправдывался Дарей. — Я клянусь.

На самом деле сказанное кандидатом в лазутчики было правдой. Он очень трудно воспринимал происходящее вокруг. Думал, что сходит с ума. Брат Кельвус передал ему еще один бутылек с дурманом. Дарей сначала отказался, но видя строгий взгляд демонолога все же сдался и выпил до дна. После он вернул пустой бутылек и спросил:

— А что случилось с жителями крепости?

— Они жили долго и счастливо.

Дарей посмотрел на брата Кельвуса с недоумением, тот видя замешательство переспросил:

— Ты имеешь ввиду, тех кто жил в округе Белы? Из рассказа о просительницах?

— Нет, я про тех, кто был там вчера. Они же не все оказались демонопоклонниками?

— А, ты про них. Нет конечно, не все. Большинство из них ушли на юг.

Дарей не удовлетворился ответом, но промолчал. Брат Кельвус заметив его недоверие добавил:

— Не волнуйся, когда мы вернемся ты наверняка встретишь некоторых из них в Первой Альте. Они ходят к нам через горы. Помнишь торговцев? Вот их и расспросишь.

Но Дарею ответ был уже не нужен, его снова поймал в свои лапы дурман.

Ранним пасмурным утром Метис приказал всем сойти с дороги и двигаться по густой лесной чаще. Добравшись до просторной поляны они остановились. Лагерь не поставили. После неплотного завтрака, стали готовиться к нападению, проверяя клинки и стрелы. Все мечники и лучники, были одеты в легкие чешуйчатые доспехи. Штаны у них были либо из шерсти, либо из плотной кожи в два слоя. Особой защиты не было, разве что, за исключением гульфика. Особенно уверенные в себе воины, обходились и без него. На ногах у большинства были легкие сапоги. На лучниках были шлема, покрывающие не более половины лба и ушей. Мечники защищали голову гораздо лучше. Железные шлема оставляли открытыми только глаза и пространство под носом, чтобы можно было издавать громкий клич и команды.

Несколько самых осторожных мечников, надевали тяжелые металлические поножи поверх штанов. А на чешуйчатый доспех напяливали с огромным усилием тяжелую кирасу. Для них долгий переход сначала от Первой Альты до крепости Бела и дальше на север Пепельного леса, был большим испытанием, чем для всех прочих. Предусмотрительность, заставила их тащить на легкую вылазку тяжелую броню. Некоторые над ними подшучивали: «Смотри, этим олухам, совсем не нужна добыча. Мы вас ждать там не будем. Будете собирать крохи и объедки». Другие недоумевали : «Собираетесь как на битву всей жизни, когда крепость Бела оказалась не царским орехом, а семечкой. Думаете здесь будет сложнее?»

Метис отличался от большинства мечников только бронзовым шлемом. Будучи вторым по старшинству после Грифа, он имел на него полное право. Брат Кельвус, имевший особое положение в походе, во время битвы и подготовки к ней полностью подчинялся Метису и Грифу. Он передал Дарею короткий клинок и щит. У него самого в руках был огромный боевой топор. Вскоре к войску вернулись Филин и Гриф. Последний построил отряды в боевые порядки. Мечники в центре, лучники по флангам. Не став давать никаких речей и напутственных слов он приказал им осторожно пробираться сквозь густой лес по направлению к северу. Метиса, рвавшегося в первые ряды он напротив отодвинул в последние. Брату Кельвусу был дан приказ двигаться чуть в сторонке. Дарей последовал за ним. Гриф и Филин, одетые в форму лазутчиков, практически не отличались. Для предосторожности командир отказался от бронзового шлема и знака отличия, как принято у лазутчиков. Маскировка для них все. На Полуострове случалось крайне редко, чтобы лазутчик командовал мечниками и лучниками, пусть и в небольшой вылазке.

Они не меньше получаса пробирались через деревья и заросли, пока не увидели огромную поляну. На пригорке был построен небольшой город. Судя по всему все здания в нем были деревянными. По крайней мере стена и несколько башен, окружавшие город укреплялись только массивными бревнами.

— Вот и наши Тополя, — сказал Гриф Метису.

Лучники стремительно выбрались из-за деревьев. На башне сидел один только мальчишка лет десяти. Он громко закричал предупреждая горожан. Но было уже поздно, лучники разом выпустили сотню стрел. Вскоре и все мечники выбежали на поляну. Ворота города были открыты. Первые ряды устремились внутрь.

Дарей стоял на поляне в замешательстве. Брат Кельвус подошел и похлопал его по плечу со словами:

— Ну вот, пришло время исправить свои предыдущие ошибки.

Кандидат в лазутчики бросил клинок, а затем щит. Сняв шлем он отбросил и его, встав на колени.

— Извини брат Кельвус, я не хочу принимать участия в резне.

— Ну как знаешь.

Брат Кельвус замахнул свой боевой топор для казни неудавшегося лазутчика.

Дарей закрыл глаза. Несмотря на прострацию и отчаянную отстраненность, страх был огромен. Сердце забилось у него в груди. Но ничего не происходило. Он услышал шум и гвалт. Когда Дарей осмелился открыть глаза, он увидел перед собой лежащего брата Кельвуса. Его грудь была насквозь пробита какой-то необычной стрелой. По краям сквозной раны с кровью смешалось какое-то фиолетово-багровое сияние.

Дарей поднялся и побежал в лес. Спрятавшись за деревьями он увидел бегущего Филина. Он пересекся с ним глазами. Подумал, что тот сейчас нападет. Но Филин был крайне напуган и посмотрев на Дарея, ничего не сказал и пустился наутек, ломая кусты и ветки деревьев.

На поляне был слышен звон мечей и крики. Дарей прокрался поближе, чтобы рассмотреть поле битвы. Ворота города были закрыты. Из-за стен летели стрелы, то и дело ранившие лучников и мечников Полуострова. Но они были не так страшны, как те кто уничтожал войско Грифа за воротами. Их было гораздо меньше. Несколько десятков воинов в кольчугах, с красными щитами и шлемами закрывавшими лоб, уши и переносицу. Кто-то орудовал копьем, кто-то клинком. Возможно мечники Полуострова и разбили бы их вдребезги, учитывая свою многочисленность, но среди воинов защищающих крепость было несколько совсем необычных.

Первыми были лучники, чьи стрелы горели багровым и фиолетовым огнем. Они летели словно молнии, за раз поражали по несколько солдат Полуострова. С легкостью пробивали как легкие доспехи, так и тяжелую кирасу насквозь.

Но настоящий ужас вызывали двое демонопоклонников; c колдовским копьем и мечом.

Оттеснив и окружив правый фланг лучников Полуострова, с ними постепенно расправлялись несмотря на отчаянное сопротивление. Левый фланг бросился врассыпную. За ними, в погоню, устремился маленький отряд, который возглавил демонопоклонник с колдовским луком и стрелами. Его оружие показалось Дарею столь устрашающим, сколь и бесподобным... Только на мгновение. Лазутчик гнал от себя такие мысли. «Как можно восхищаться оружием демонов? Что если дурной глаз и впрямь схватил меня?»