Чтение онлайн

Виктор заложил вираж и их двухместный "Хлыст", качнув крыльями, на которых располагались подвесы с ракетами, направился к ангару. Пилот уже связался с диспетчером и получил добро на посадку. Сейчас предстояло уровнять скорости машины и станции, а затем, дождавшись открытия шлюзового отсека, плавно завести истребитель внутрь, где его подхватит посадочная система и отбуксирует к месту стоянки. Процедура давно отработанная и автоматическая. Диспетчер только сделает пометку в журнале, да стояночный огонек занятого слота в доке загорится на его панели.

Виктору поручили перегнать истребитель на станцию, где такую прекрасную машину получит другой пилот. Это было своего рода прикрытие для начала операции. Все члены команды, уже давшие согласие на участие в этом предприятии, прибудут на борт транспортника, который он должен получить, через три часа. Это время дается пилоту на проверку всех систем и просто для того, чтобы он привык к машине. Виктору еще не приходилось управлять тихоходным неповоротливым грузовиком, но когда-то все в жизни случается в первый раз. Полученный опыт пригодиться в будущем.

Захар полетел вместе с ним, потому что у него на станции были свои дела. Надо было вытащить из кутузки Дага Джексона и, хочет он того или нет, препроводить на борт транспортника. Сильно на его помощь Захар не рассчитывал - все-таки он американец, хоть и с русскими корнями. Пусть нарисует план станции связи, расскажет про системы охраны и может катиться куда хочет. Он все равно не возьмет его на операцию, пусть он хоть трижды чемпион по каратэ или чего он там умеет.

Пока Виктор совершал стыковку, Захар крутил головой, оглядываясь по сторонам. Мощные вентиляционные фильтры станции выбрасывали в космос по нескольку раз отработавший воздух, в котором, несмотря на установленные осушители, все равно проблескивали кристаллики льда - конденсат присутствовал и здесь. Похоже, эти станции строили республиканцы, решил Захар. На наших базах все идет в дело и воздух попусту не стравливают, да и с осушителей выделяют достаточно воды для помывки. Пить такую воду, пусть она хоть десяток раз будет очищенной он бы не рискнул. Человеку нужны минералы и соли, которые содержатся в живительной жидкости, а пить дистиллят, нет, увольте. Это если в скафандре по неделям сидишь, то там и собственную очищенную мочу пить приходиться, а когда в более-менее комфортных условиях, то лучше чистую воду. Можно и Плутонианскую, но лучше ее источник на Рее, хотя, говорят, вода с Европы была восхитительной, жаль, что там сейчас радиация. Захар вздохнул.

Шлюзовые створки поползли в стороны и Виктор мастерски завел истребитель в образовавшийся проход. Сверху к нему потянулся универсальный манипулятор. Компьютер просканировал влетевшую машину и "растопырил" пальцы соответствующим образом. Захваты мягко коснулись корпуса, сработали магнитные защелки и истребитель повис на манипуляторе. Шлюзовой створ закрывался и манипулятор, подняв нос машины вертикально, отчего двое человек внутри оказались в положении лежа, поехал по рельсе вокруг станции, в назначенный для истребителя слот дока. Внутрь базы могли залетать только малые корабли вроде шхер-ботов, тендеров, перехватчиков, истребителей и малых сухогрузов. Все остальные швартовались к причальным штангам, расположенным на другом конце станции, а разгрузка таких судов шла по очереди, когда каждый из них загонялся в отдельный док и карщики освобождали трюма пузатых машин. Наконец манипулятор добрался до нужного слота и впихнул истребитель вертикально в нишу, откуда уже пневмоприсоска шлюзового коридора протянулась к створкам дверей истребителя. Виктор отстегнулся и активировал магнитные башмаки. Станция вращалась, но медленно и гравитация, создаваемая ей была в десять раз ниже земной, так что сохранить равновесие не составило труда. Захар вышел вслед за пилотом.

Они разделились. Виктор направился к грузовым докам, а Захар прямиком к местному начальнику полиции, где и находился столь нужный для их предприятия тип. Народ в коридорах спешил по своим делам, изредка бросая взгляды на Захара в полной боевой экипировке. Мощный экзоскелет внушал уважение, редкие вмятины, заплаты и потертости говорили о хозяине больше, чем он сам мог о себе рассказать. Сразу было видно, что этот костюм побывал не в одной переделке. Захар завернул за угол и заметил, что маленький мальчик указывает на него пальцем и дергает мать за рукав.

– Смотри, смотри, мама, это настоящий десантник, правда?
– глазенки мальчишки сверкали любопытством и восхищением.

– Правда, сынок.
– Мать наклонилась к сыну.
– Пойдем, не стоит отвлекать военного, он спешит по своим делам.
– Она мельком, с тревогой, взглянула на Захара, подумав, слышит ли он. Все слышу, микрофоны у меня чувствительные, подумал космопех. И чего меня так бояться?

– Мама, мама, он же сейчас уйдет! Давай спросим его о чем-нибудь!

– Я же тебе сказала, дядя военный занят.
– Мать дернула сына за руку.

Захар как раз проходил мимо. Он посмотрел на мальчишку и добродушно улыбнулся. Затем сунул руку в набедренный карман, который раскрылся стоило ему нажать на кнопку. Стальная броня отошла в сторону, открывая доступ к лежащим там вещам. Захар выудил стальными пальцами маленькую медаль "За оборону Миранды" и кинул мальчишке.

– Держи сувенир.
– После чего потопал дальше.

Мальчик ловко поймал блеснувшую в свете искусственных ламп медаль и зажал в кулачке и восхищенно крикнул:

– Спасибо! Мама, он подарил мне медаль! Я стану таким же десантником! Обещаю!

– Станешь, станешь.
– Мать погладила сына по голове и тихонько прошептала.
– Не дай Бог.

Захар уже не слышал ее слова - впереди показался полицейский участок, где томился в заключении Даг Джексон. Космопех вошел в помещение участка. Ему навстречу поднялся дежурный.

– Чем могу вам помочь, сэр?
– по привычке спросил он.

– Мне нужен начальник участка.
– Сказал Захар.
– Он должен получить бумаги об освобождении Дага Джексона, который находится у вас.

Глаза дежурного расширились от удивления и промелькнувшего в них страха.

– Вы хотите выпустить Мясника Дага на свободу?

– Именно об этом я и говорю. Он пойдет со мной, все бумаги должны быть готовы.

– Тогда вам действительно лучше поговорить с лейтенантом Андерсоном.

Захар вспомнил, что полиция корпоративная, а тут каждой твари по паре - и русские и китайцы, индусы, арабы, негры, американцы, испанцы и выходцы из Южной Америки, короче весь цвет земного шара. Поэтому пора уже перестать удивляться многообразию народов, а принять это как данность. Не одних только русских вышвырнули в космос. Просто мы были первыми в рядах "нелояльных элементов, относящихся к оси зла".

В приемную вышел тучный лейтенант Андерсон. Захар понял это по значку на его груди. Начальник участка смерил космопеха взглядом и пробормотал:

– Это вы за Безбашенным Психом? Ох и намучаетесь вы с ним, ребята, помяните мое слово. Следуйте за мной.

– Почему вы его так называете?
– спросил Захар.
– Дежурный на входе обозвал Мясником. Вы - Безбашенным Психом. Кто его так назвал?

– Журналисты.
– Пропыхтел лейтенант. Хоть и гравитация маленькая и он сам должен вешать не сто кило, а только десять, а сопит так, будто таскает два центнера, подумал Захар. Похоже, это сила привычки.
– Он один зарубил топором двадцать семь человек на станции по производству рапсового масла. Что-то там ему кто-то не так сказал или его выродком обозвали. В общем, взбесился ваш подопечный и как есть вырезал всю смену вместе с детьми, женщинами и стариками. Никого не пощадил. После чего спокойно заявился на диспетчерский пункт и сдался. Его сразу же хотели отправить прогуляться пешком в космос без скафандра, да только он заявил, что сделал, дескать, все правильно. "Они заслуживали смерти" - так он сказал, как будто Господь Бог объявил ему, что давай, мол, действуй. Тамошние полицейские навалились на него и наверняка убили бы в потасовке, да только случилось все наоборот. Он голыми руками убил еще троих, а пятерых отправил к врачу. Тогда его срочно посадили на тюремный корабль, который направлялся на Урановые шахты. В смысле на один из его спутников, какой, уже не помню. Тут его собирались пересадить на другой корабль, да только эта заваруха случилась. Император объявил все своей собственностью, а кто, значит, работал на частный капитал, то вроде как и вне закона и с ним можно творить все что хочешь. Когда сюда имперцы заявились, многие обрадовались, да только рано. Те вообще черт те что творили - хватали кого попало, прямо в одной рубашке и трусах в космос выкидывали. И при этом гоготали. Мрази!
– Начальник остановился дух перевести.
– Хорошо, что вы подошли вовремя. Народ уже стал вооружаться кто чем, на заводе бунт начался, да только с пожарными лопатами и баграми против пулеметов не попрешь. Полицию нашу сразу же упразднили и посидели мы в соседних с Психом камерах. Его, почему-то не тронули. К нему даже в камеру никто заходить не стал - посмотрели через решетку и отстали. Надо было его тогда выпустить, он бы им кишки на лезвие ножа намотал. Они, видать, прочухали это дело и трогать его не стали, почуяли, чем пахнет. Могут огрести по самое не могу. Псих тогда посмотрел на них, прямо каждому в глаза заглянул, а взгляд у него, не дай Боже, как будто внутрь тебя смотрит, всего тебя насквозь видит, бр-р-р.
– Начальник поежился. После чего мельком взглянул на Захара.
– Но, я вижу, вы с ним поладите. Не принимайте слишком близко к себе, но, по-моему, вы одного с ним поля ягода. Глаза у вас одинаковые и взгляд похож. Я-то знаю. Я напротив него как раз сидел, насмотрелся.