Чтение онлайн

— Оп-па! А это уже хужее, — внезапно приостановил он свое движение, уставившись на вязь следов впереди. К цепочке следов «нашего» волка примешались следы еще нескольких хищников.

— Значит до их логова уже близко! — Черт меня дернул за язык сделать такое вот заключение.

Афиногенов негромко вздохнул и, не вступая в дальнейший спор, продолжил свой путь. Ну, что, не сдавать же мне на попятный в такой вот ситуации… тоже двинулся дальше по увеличившимся в количестве следам.

Все же, как и гласил мой вывод, слишком далеко мы после этого не прошли, хотя сомнения в выбранном пути еще заметно усилились: а просто вышли на совсем неширокий прогиб между двумя холмами, где, казалось, и снега-то, как такового толком не было, все было умято и притоптано волчьими лапами.

Тут уж мы остановились, не сговариваясь.

— В самом деле, логово! — Произнес Васька, тыкая пальцем в сторону недалекого склона одного из холмов. — Только оно какое-то странное.

— Просто волки приспособили в качестве жилья чью-то заброшенную землянку, — сделал вывод я, хорошенько присмотревшись.

Вообще-то это оказалась, скорее, даже не совсем землянка, а, скорее, рукотворная пещера, вырытая кем-то в крутом склоне холма. Только сам вход, выполненный из нескольких обрубков древесных стволов, темнел непривычно квадратными очертаниями.

— Боюсь, вдвоем тут можем не справиться, следов слишком много, — с сомнением озвучил Васька и мои мысли тоже.

И снова этот бес противоречия… кажется волки своим недавним воем что-то повредили в моих мозгах.

— Внутри никого нет, — сделал заключение я, воспользовавшись заклинанием Направленного слуха.

— Не может этого быть, -заспорил со мной мой спутник, — все следы ведут туда. Свежих следов, ведущих на выход я ни одного не вижу.

— Сам проверь. Тихо там, ни рыка, ни визга, ни даже шума дыхания. Ти-ши-на. — Последнее слово я произнес по слогам, подчеркивая абсолютную надежность своего вывода.

Как ни хотелось мне развернуться в обратную сторону, но сам же уверил товарища в безопасности этого заброшенного сооружения. Потому, с приготовленным заклинанием Стрел холода наперевес, зашагал в сторону входа. Ну, и Афиногенов, соответственно, за мной.

И таки проверить, насколько глубоко дальше, в толщу холма, тянулась эта пещера у нас не получилось. Буквально несколько шагов внутрь от светящегося небольшого квадрата входа, и путь нам перегородило мерцающее серое нечто. От стены до стены — и сверху уходящее в потолок.

— Что это? — Афиногенов, кажется, даже рот приоткрыл от изумления.

— Похоже на водопад, как их изображают на картинках, — сделал я заведомо неверное предположение. Водопад, это, даже из названия, штуковина, полностью состоящая из воды. А тут из чего?

Сделав последний шаг по направлению к этому странному занавесу, я осторожно прикоснулся к мерцающему пологу кончиком мизинчика….

Хех! Только вы совсем уж меня в буйные безумцы не записывайте. В тусклом свете, исходящем от этой штуковины, я ж ясно видел волчьи следы. Навык Следопыт не обманешь: следы вели как в сторону этой штуковины, так и от нее, в сторону выхода. Причем, не так, чтобы потоптались и назад, а четко — насквозь, сквозь барьер.

Потому, я даже не слишком-то и удивился, когда мой палец, не встретив никакого препятствия прошел сквозь это непонятное явление. И вышел. Целехонек. И сухой к тому же. Значит, точно не водопад.…А потом я, искоса взглянув на своего приятеля, сунул в эту пелену свою голову….

— Ну, ты, атаман, блин дал! Ох…еть!.. Да я…, как ты… — выдал очень эмоциональную фразу Афиногенов, в которой матерных слов было даже больше, чем обычных. Даже слух шкрябануло.

Вообще-то, мат в разговоре между учениками гимназии, когда не слышат старшие, — дело привычное, дам среди нас нет, но не в такой же степени. Потому не удержался, чуток поморщился. А потом, чисто для обоснования своей непроизвольной гримасы, произнес:

— Не называй меня атаманом, нехорошо это. Атаманы же, они у всяких разбойников, в шайках.

— Но ты же у нас верховодишь, как тогда тебя в таком случае называть? — Реально озадачился мой спутник.

— По имени… или, если хочешь, командиром. А все мы вместе, в таком случае, не шайка, шобла или даже ватага, а дружина. А сейчас, мы пойдем на ту сторону. Это, похоже, просто нематериальная завеса. Проходу она не мешает.

Сказал и, ухватив Афиногенова за руку, потянул его за собой в сторону завесы. Он даже упереться не успел.

Как я уже успел в этом убедиться, на той стороне завесы продолжалась все та же зима. Вот только морозец здесь стоял малость покрепче, мои щеки сразу же начали мерзнуть, и под шинель холод также забрался. А еще снега по эту сторону странной природной аномалии оказалось заметно больше. В снег, утоптанный сотнями волчьих лап мы не провалились, но сугробы вокруг стояли примерно по пояс. Напомню, в том спасательном походе уровень снежного покрова, даже в самых глубоких местах, через поля, едва ли достигал и нижней трети голени.

— На Среднюю полосу похоже, — вторил моим мыслям мой спутник. — Ну, если, конечно, это вовсе не какой-нибудь чужой мир, конечно.

Ну, да, ну, да, так-то Система в том своем послании о грядущих изменениях в нашем мире и про природные порталы в иные миры писала тоже. Вот только очень уж окружающие пейзажи все же похожи на обычную Землю.

— Смотри, березы! — Указал я Афиногенову на белые стволы, торчащие из снега вперемешку с зелеными елками. — Как думаешь, в ином мире растут березы? А самое главное, ты получал какие-нибудь послания от Системы за этот вот переход? И я нет. А они бы обязательно были, если бы мы с тобой вот так просто смогли перейти в другой мир. Наверняка нам какое-нибудь достижение бы приписала.

Все же, чтобы окончательно определиться, остались ли мы на Земле или перенеслись в другой мир, решили получше осмотреться. Пелена, отделившая эту территорию от родных мест, тут виделась этаким дымчатым односторонним блином сажени три-четыре диаметром, подвешенным на невидимых подвесах над самой поверхностью снега. Ну, почти. Нижний край блина все же этим самым снегом как бы срезался. Так вот, этот пелена висела неподвижно возле довольно высокой скалы, единственной выбухающей детали рельефа в округе. Рядом со скалой еще росло сколько-то уже описанных берез и елок, а чуть дальше не было и их. Одно бескрайнее белое безмолвие. Интересно, а куда же тут волки, перешедшие с нашей стороны, подевались?

И таки к вопросу об «осмотреться». Нам просто ничего иного не оставалось, иначе как лезть на эту самую скалу. Хорошо еще, что она выглядела уже довольно сильно разрушенной, и мест, пригодных для восхождения на ней вполне хватало.

Хех, обзор с высоты практически птичьего полета — это совсем не то же самое, что было видно от подножия. Несмотря на уже довольно скудную освещенность (сумерки, а еще небо, все затянутое тучами, ни единого чистого просвета), удаленные места было видно хорошо. И в первую очередь нашего внимания удостоился город, чернеющий на самом горизонте.