Чтение онлайн

— Ты зачем так бьешь? — Даже возмутился я, глядя на неподвижно раскинувшееся поверженное тело, — договорились же, что нам нужен язык, чтобы мог сообщить, куда отсюда увели всех наших. А если ты его вообще прибил?

— Дышит же, — с некоторой ноткой сомнений заспорил наш доморощенный богатырь. — Ты, Сашка, его еще своим целительским заклинанием приголубь, очнется, как миленький.

Ну, так-то Пашка дело предложил, после Малого Исцеления валяющийся снулой рыбой десятник тяжело заворочался на полу, пытаясь сфокусировать на нас свой расплывающийся взор.

— … Так, значит, их в порт погнали? — Еще раз уточнил я у расколовшегося до самого донышка продажного полицейского судьбу уведенных гимназистов. Жаль только не на все мои вопросы он в принципе знал ответ.

— Туда, туда. Распоряжение заказчика, — пряча свой взор, мелко закивал подбородком этот ничтожный человечишка.

И таки теперь-то уж нам не только по моим догадкам, но и по показаниям вот этого нашего пленника доподлинно известно, что данное нападение на Павловск — это не какая-нибудь случайная отсебятина живущих в Крыму татар, а самая, что ни на есть спланированная акция, в которой, помимо греческих контрабандистов под управлением очередного Георгади, еще принимает участие целых две роты регулярной османской пехоты. Единственное что, чтобы не вызвать дипломатических осложнений, эти османские пехотинцы расхаживали по городу не в своей официальной форме, а в разношерстных нарядах, сходных с одеяниями крымчаков.

Но даже и это необъявленное нападение регулярных армейских подразделений осман на рассейский мирный город меркло перед тем, что доставлены они были в Павловск на корабле под французским флагом, ибо заказчик, все это и организовавший, и, кстати, потребовавший доставки к нему гимназистов, был самым настоящим французом.

— И что мы будем делать? — Задал мне вопрос мой брат после того, как наш пленник рассказал нам все, что ему было известно об этом нападении. — В порт так просто, как в гимназию, нам точно не пройти. Там вокруг всей территории порта в круг склады поставлены, а на входе, эти поганые наверняка выставили охрану.

— По крайней мере, нужно все же глянуть, как там, да что, — озадачил я своих спутников.

После чего мы, всей толпой, оставив связанного его же собственным ремнем полицейского десятника валяться в школьном коридоре, направились на выход.

— Черт! Я, кажется, там, где-то в коридоре, свой нож оставил! Жалко. — Спохватился я, когда мы уже выходили из здания гимназии. — Подождите меня, друзья, пару минут, я сейчас вернусь.

— М-м-м! — Попытался произнести что-то сквозь вставленный ему кляп Митрофанов. И взгляд такой перепугано-ненавидящий. Во многом именно из-за подобного его взгляда я и вернулся. Оставлять настолько ненавидящего тебя человека за спиной — опасно. Тем более, что человек этот занимает пусть не слишком великий, но все же пост в полиции. Полагаться лишь на волю случая, да добрую волю расследующих этот инцидент чиновников мне показалось слишком опасным. А ну, как оправдают варнака?

Мой Телекинез легко вырвал из ножен одного из мертвых аскеров небольшой кинжал. Холодное оружие мы, в отличие от ружей, забирать у убитых нами аскеров не стали.

Конечно, гораздо проще бы было закончить это дело обычной Воздушной стрелой, но все дело в том самом будущем расследовании. Совершенно иной способ убийства хоть как-то запутает картину. Мы, с парнями, только ряженных осман перебили, а этого дядьку в полицейском мундире даже и пальцем не тронули. Парни, так те смогут утверждать подобное с полной на то убежденностью. Ну, и я с ними заодно.

Однако неплохо я свой Телекинез натренировал! Под управлением этого заклинания османский кинжал, по самую гарду, словно в масло, вонзился в грудь предателя. Жаль только данное деяние осталось совершенно не вознагражденным Системой. Ну, кроме какого-то, не очень большого количества очков опыта, конечно. Очевидно, берущий взятки полицейский тем самым не слишком-то преуспел в наборе своих уровней.

— Командир, а что ты скажешь о вон той пожарной вышке? — Встретил мое появление из дверей гимназии Ванька Тетельбаум. — С нее же вся территория порта должна быть видна, как на ладони.

Хм, а действительно! — Выбросив все мысли об убитом мной предателе из своей головы я включился в обсуждение предстоящего исполнения этой очень многообещающей задумки.

Системные характеристики Александра Лебедева на конец восемнадцатой главы:

Класс Каллиграф-Начертатель.

Уровень 10.

Очки опыта\ до следующего уровня: 2415\51200

Основные характеристики:

Сила 13

Ловкость 16

Выносливость 18

Интеллект 24

Дух 25(+3)

Мана 250\250

Дополнительные характеристики:

Скрытность 3(+1)

Удача 3

Харизма 3

Меткость 3

Воля 1

Навыки:

Раскрыть список.

Магические конструкты:

Раскрыть список.

Пожарная каланча, намеченная моими товарищами в качестве точки наблюдения за происходящем в порту, оказалась покинутой своими обитателями. Не до контроля за пожарами в сложившейся ситуации, живым бы остаться.

Обследовав при помощи Направленного слуха данное строение и не услышав ни одного подозрительного звука, мы с друзьями наперегонки припустили по винтовой лестнице в сторону верхней обзорной площадки.

— Ничего себе! — Этот изумленный Афонин вопль был вполне оправдан. Сам чуть не завопил что-то подобное: в порту, вид на который с вершины каланчи, действительно, открывался самый, что ни на есть, великолепный, было пришвартовано не просто судно под французским флагом. Там застыл, поблескивая на солнце начищенными стволами своих пушек, самый настоящий фрегат!

— Ты не вопи, а ищи, где басурманы могут содержать наших товарищей, — шикнул я на него, сам пытаясь рассмотреть, как там, к этому кораблю, охраняются подходы. Не то, чтобы вдруг вознамерился брать его на абордаж, но… хоть помечтать-то можно.

И, кстати, подходы охранялись не так уж, чтобы шибко. Правда, слишком сильной охраны там и не требовалось. По территории порта то тут, то там, по направлению к кораблю и обратно, перемещались ватаги наряженных в татарские одежды турок. Что-то тащили, кого-то вели под конвоем. Словом, обыденная жизнь в завоеванном городе. Победители спешили подготовить свои трофеи к вывозу.

— Так вон же они! — Трофим Сидоров не сказать, чтобы завопил, но воскликнул с определенной экспрессией. Еще и пальцем в сторону замеченного принялся тыкать. После чего, поняв, что мы не понимаем, на что он показывает, объяснил словами: — вон, возле того таможенного пакгауза смотрите. Там они все. Под охраной сидят.