Чтение онлайн

Первый клон с интересом прочитал в газете заметку о том, как охотник обнаружил тяжелораненного пилота космического корабля. Пилот совершил подвиг, отведя падающий корабль от города и сохранив ценнейшие научные данные, к тому же спас космонавта-инженера. Сотрудники проекта «Вечность» доставили катапультировавшегося пилота в госпиталь.

«Зачем мне подсовывают такие статьи? Чтобы меня разжалобить? Не получится! Всё его имущество теперь на законных основаниях принадлежит мне. Даже его женщина – теперь моя жена», – злорадно подумал клон и отложил газету. Через некоторое время он снова взял в руки заметку и, пробежав её глазами, сказал себе: «На всякий случай всё же надо будет уточнить, может ли выживший оригинал требовать возврата собственности и жены? И на каких условиях?».

И ещё одна неприятная мысль поразили клона: «А ведь это был не последний человек в отряде космонавтов, а наоборот, его гордость!».

Закрытый брифинг проходил в огромном загородном конференц-зале на территории проекта «Вечность». В фойе уже стояли бокалы французского шампанского с трюфелями для дам и рюмки французского коньяка с неизменной долькой лимона – для мужчин. Праздничный стол ломился от яств, но никто не прикасался к искусно выложенным деликатесам. Избранные присутствующие ждали появления академика.

Герой дня появился с небольшим опозданием. На его груди красовалась увесистая золотая цепь с кулоном в виде петлеобразного креста. Петля креста держала огромный чёрный бриллиант.

Академик Скопус выступал, как всегда, кратко и по-деловому:

– В соответствии с решениями Президента я теперь нахожусь как бы в своего рода золотой клетке, но мне это не помешает, поскольку я и отсюда смогу выполнять всё, что нами запланировано. А вот чрезвычайные полномочия, которыми нас наделил Президент, пришлись очень кстати. Я имею в виду «расплодившихся» оригиналов.

Присутствующие встретили слова академика сдержанными аплодисментами.

– Вечность для людей хоть и соблазнительна, но все должны понимать, что на самом деле вечность – это только хороший предлог для того, чтобы заставить людей стройными рядами пойти на массовую эвтаназию. Это необходимо для того, чтобы, наконец, вытеснить их из этого мира.

Избранные с удовольствием слушали развитие академиком такой «сладкой» темы, а он продолжал, смакуя:

– Я дам миру новую глобальную идеологию, которая не только будет успешно конкурировать с либерально-демократической, но и быстро победит её. Эту идеологию я назову клонократией. Я построил её по всем правилам жанра. Ещё Карл Мангейм ввёл в оборот современное техническое понятие идеологии как социального знания правящего класса. Он же выделил главный признак идеологии – её двойственную структуру, – академик окинул присутствующих сияюще-демоническим взглядом.

– Двойственную структуру! – восхитилась Валентина, и, не в силах больше удерживать внутри себя тайну, встала со своего кресла в первом ряду и, играя телом, прошлась перед сценой. Теперь все увидели, что у неё в декольте уютно устроился точно такой же «Карлофф Нуар». Некоторые эстеты сразу же придумали для себя игру, наблюдая, какому из двух прелестных яблочек пресс-секретарского бюста бриллиант отдаёт предпочтение. Они не знали, что это всего лишь копия.

– Как известно, идеология состоит из двух частей, – продолжал академик, – ядра с формулами для правящих и оболочек, которые представляют собой утопию, то есть набор правил для управляемых. Ядро содержит истинный смысл идеологического управления, которое скрыто не только от управляемых, но и от большей части управляющих. Это ядро доступно только высшей касте правящих. В нашем случае идеологическим ядром и смыслом управления является вытеснение людей из физической реальности и замещение их совокупностью негуманоидных сообществ. Здесь главное – не содержание, а сам факт реализации в деятельности. И, конечно, людям этого знать не следует, потому что это не только вредно для них, но и даже опасно. Ядерные идеологические формулы управляемым непонятны и неинтересны, поскольку выражены на чуждом для них языке.

Утопическая оболочка идеологии в нашем случае представляет собой возможность бесконечного, хоть и интерактивного продления жизни для каждого отдельно взятого человека. Если хотите, это туманная перспектива вечной молодости, которая достигается путём клонирования. Подобная перспектива нравится человеческому стаду, потому что она ему близка и понятна.

Утопия маскирует наше идеологическое ядро и даёт нам возможность управлять людьми в обход всякой демократии и даже в обход государственной вертикали, – демонизм во взоре академика достиг своего пика и грозил перейти в свою противоположность, однако сам Скопус этого пока не замечал.

– Англосаксы успешно заместили традиционную религию её суррогатом в виде так называемой демократии, которая выступает в качестве светской веры. Однако правящие кланы её не исповедуют. Их идеологическое ядро – это достижение власти и мировое господство. Подобная идеологическая конструкция навязывается большинству стран мира не только средствами финансового и информационного доминирования, но и силой оружия. Англосаксы трудились над этим в течение нескольких веков, а нам хватит несколько лет. Мы внедрим клонократию как новую светскую веру, как управляемый религиозный суррогат, имеющий функцию утопии в создаваемой нами идеологической конструкции. А в силу того, что наша утопия привлекательна как для Запада, так и для Востока, нам её навязывать миру не придётся. И в этом наше колоссальное стратегическое преимущество!

Речь академика лилась непрерывным потоком, что говорило о его чрезвычайно сильной связи с Лунным Суперкомпьютером. Это несколько пугающе действовало на собравшихся, поэтому некоторые из них даже постарались незаметно передвинуться поближе к выходу.

К трибуне подошёл святой Валентин и, пользуясь риторической паузой, что-то сказал академику. Тот тряхнул головой и победным взором оглядел присутствующих. Совместная медитация на тему окончательной победы негуманоидов над землянами проходила вполне успешно.

– Хватит делать вид, что правящей элитой является какая-то якобы лучшая часть человечества – хоть по расовым, религиозным или национальным признакам или же по государственной принадлежности. Правящей элитой являемся именно мы – осознавшие себя истинными негуманоидами, и нам уже более не надо этого скрывать. Кто найдёт в себе достаточно силы сказать: «Я не-гуманоид!», тот с полным правом может причислить себя к новой правящей мировой элите и сможет пользоваться всеми бонусами, льготами и преференциями создаваемого нами нового мирового негуманоидного порядка.

Скопус снова победно оглядел зал. Присутствующие представители и посланники испуганно притихли, шок от услышанного не могли в достаточной мере смягчить даже неточности перевода. Пора было переходить к техническим деталям.

– Ранее нам удалось добиться господства над людьми в сфере их психики. А теперь мы переносим главное сражение на новое, социальное поле. Под соусом продления жизни люди заразятся идеей клонирования и дружно начнут подавать заявки на эвтаназию, да ещё и заплатят за это деньги. К этому времени у нас должно быть достаточно установок для этого.

– It’s brilliant! – судорожно вздохнули западенты, официальные посланники стран-партнёров из Евросоюза. Им вторили спецпредставители.

– Это не просто гениально, а конгениально и родственно по духу! – на ломанном русском воскликнул прибывший инкогнито американский профессор – знаток и истинный ценитель русской севрюги горячего копчения, он этого и не скрывал.

– Это и есть моё аутодафе и миссия во славу негуманоидного мира! – патетически воскликнул академик. – Миссия, которую возложил на меня наш Создатель – Суперкомпьютер.