Чтение онлайн

Мэдди моргнула, и Долли ахнула от собственной бестактности.

— Я только хотела… — Долли запнулась.

— Ничего страшного, Долли, — заверила Мэдди. И как ни странно, так и было.

Мэдди нравилась эта девушка. Долли жила в тени Гертруды, и это было нелегко. Придя одна в поместье Саттер, она сделала огромный шаг вперед. Долли была храброй, несмотря на то, что семья пыталась подмять ее.

— Я так рада, что ты пришла, — сказала Мэдди с неподдельной теплотой. — Ты не должна говорить им, что была здесь.

Долли опустила глаза.

— Они, наверное, даже не замечают моего отсутствия. За исключением Мэттью, никто и не заметит.

— Я много знаю о том, как быть невидимкой, — Мэдди кивнула. — Наверняка свадьба будет для меня сплошным испытанием.

— Я тоже не могу сказать, что с нетерпением ее жду, — призналась девушка, вдохновленная словами Мэдди. — Я никогда не была своей на больших праздниках.

Мэдди предложила ей тарелку печенья.

— Мне нравилось посещать большие праздники, — сказала она, вспоминая счастливые времена. — На самом деле, я жила для них. Танцы, волнение, внимание. — Мэдди вздохнула. — Конечно, это было очень давно.

— Я бы все отдала, чтобы поменяться с тобой местами.

Мэдди поморщилась.

— И почему же?

— Несмотря ни на что, ты все еще прекрасна.

Ох, Долли. Разум Мэдди переместился в дни, когда она была одной из Пятерки. Тогда имели значение только мода и прически, танцы на вечеринках и флирт. Пустые амбиции, которые сейчас казались такими глупыми. Прекрасная Пятерка никогда бы не приняла в свой круг девушку, подобную Долли. И в те времена все в Мисти Лейк любили Мэдди. Все обожали мисс Мэдэлайн Саттер. Мэдди стало стыдно. Несчастный случай сделал ее изгоем, и все же, как ни странно, она чувствовала, что стала… лучше.

— Внешность — это еще не все, Долли. Больше всего на свете я хочу, чтобы люди видели мою душу.

Долли откусила кусочек миндального печенья.

— О, я знаю, тщеславие — это грех, но я не могу не хотеть быть чуточку красивее, — выдохнула она. — Особенно, если это значит, что я могу окрутить мужчину вроде доктора Меррика.

Мэдди поерзала на месте. Если бы только Долли знала правду о том, как она «окрутила» Джейса.

— Дядя говорит, что мое пятно — наказание моей матери.

— Наказание? За что?

Долли пожала плечами.

— За какую-то безнравственность, которую она совершила до моего рождения, но теперь отказывается назвать. — Мэдди нахмурилась. — Мама настаивает, что она просто ела слишком много клубники, пока была беременна. И вот результат.

Она постучала по щеке.

— Ты не веришь ничему из этого, не так ли?

Долли покачала головой, и Мэдди обрадовалась ее здравомыслию, не позволяющему поддаваться всяким глупым суевериям.

— Я не могу, — сказала Долли. — Если бы я винила свою мать, я бы не смогла любить ее так, как люблю, — она покачала головой. — Я не могу так жить.

Мэдди кивнула в знак понимания.

— Подозреваю, дядя обвиняет тебя в смерти Элизабет по той же причине.

— Что ты имеешь в виду?

— Он не может винить Бога, Мэдэлайн. Легче винить тебя.

Мэдди подумала об этом, и ей показалось, что Долли может быть права. Девушка оказалась мудрой не по годам и намного жестче, чем на первый взгляд.

— Долли, ты когда-нибудь пыталась вылечить это родимое пятно?

— Боже упаси, — сказала девушка. — Да моя семья никогда бы этого не позволила.

Предупреждение Джейса снова зазвучало в голове Мэдди. Она знала, что играет с огнем, вмешиваясь, но ей очень хотелось помочь этой замечательной молодой женщине.

— Я не предлагаю идти наперекор воле твоей семье, но у меня есть рецепт припарки, которая может помочь избавиться от пятна. Я применяла ее, когда лечила шрамы на ноге после аварии.

Долли выпрямилась на своем месте.

— Это помогло?

— Очень даже, — Мэдди наклонила голову. — Хочешь попробовать?

Долли настороженно посмотрела на нее.

— Что в ней такого?

— Простая смесь змеиного яда и крысиных хвостов. И, кажется, хорошая щепотка глаз тритона.

Долли открыла рот.

Мэдди рассмеялась. Долли тоже хихикнула. Это был первый раз, когда Мэдди слышала, как Долли смеялась над чем-либо, и чудесный звук заставил ее сердце растаять. Все сомнения исчезли.

— Пойдем со мной на кухню.

Мэдди привела Долли в комнату, достала из шкафа небольшую миску и поставила на стол, думая, как ей провернуть дело так, чтобы не вызвать подозрений.

Она пошла в кладовку и вернулась оттуда с банкой хрена. Выложила половину содержимого банки в миску, затем добавила немного кислого молока. Долли подошла ближе.

— Она ужасно пахнет.

— К счастью, тебе не придется это есть, — сказала Мэдди, сосредоточенно помешивая смесь. — Я могу помочь наложить ее, если хочешь. Я не уверена, что это поможет, но навредить точно не сможет.

— Это точно, — Долли сияла. — Точно не навредит.

Ее глаза были переполнены волнением. Надеждой.

Мэдди наклонила голову.

— Долли, это простая припарка из хрена и кислого молока. Помогает выводить веснушки и шрамы. Мы можем применить ее, но ты не должна позволять результату — каким бы он ни был — мешать тебе жить. Красота внутри, помни это.

— Да. Да, — нетерпеливо сказала Долли. — Я тоже во все это верю, но все равно хочу попробовать.

— Тогда все в порядке, — Мэдди встала. — Я должна разогреть смесь, прежде чем мы ее нанесем.

Она взглянула на девушку уголком глаза, чтобы оценить ее реакцию.

— Делай, что нужно, — ответила Долли.

Она последовала за Мэдди по пятам, и они подошли к плите. Долли с волнением ждала, пока Мэдди выложит смесь в кастрюлю и зажжет горелку.

Единственным способом скрыть тепло ее рук было согреть припарку перед применением. Надеясь, что смесь не свернется, Мэдди позволила ей нагреться, а затем поставила кастрюлю на стол, чтобы дать немного остыть.

— Присаживайся, Долли.

Долли скользнула в кресло за маленьким столиком, сняла капот. Она сидела неподвижно.