Чтение онлайн

– Тех троих мы уже поместили в камеру, – сообщил самый старший из олвов главному менгу, – Остальных людей проводим туда же.

– Тут не все люди, – отозвался менгу, – Один из них олв. Вот этот.

Менгу указал пальцем на Сайтая. Стас и остальные люди уставились на него с неподдельным удивлением.

– Посадим его отдельно, – принял решение старший из олвов-охранников, внимательно рассматривая Сайтая.

– Я с ним хочу! – неожиданно для самого себя сказал Стас, подойдя на шаг ближе к Сайтаю, – Я не понимаю, что тут творится, но с этими, – он кивнул головой на компанию браконьеров, – с этими я сидеть не хочу. Я их первый раз сегодня увидел, а вместе с Сайтаем Джарыковичем уже полгода работаю.

Менгу бесстрастно взирали на Стаса. Олвы-охранники все как один смотрели на своего начальника, а начальник задумчиво глядел почему-то на Сайтая. Задумчиво и с неприязнью. Стасу вдруг стало понятно, что этому олву Сайтай очень, очень не нравится. Наконец, начальник спросил у Сайтая:

– Что думаешь, олв? Какую судьбу должен разделить этот смелый человек? Твою? Или оставишь людям людское?

– Я не знаю и собственную судьбу, и судьбу этих людей. Может быть, вы поясните, что ожидает нас, и тогда я смогу сделать верный выбор.

Олв улыбнулся – хитро, насмешливо. Илбизин в его глазах – пятилучевая металлическая звезда с острыми углами – медленно повернулся вокруг своей оси.

– Я не умею предсказывать судьбы, олв. И не я буду решать, какое наказание вам будет назначено, так что думай сам. Кто знает, может быть, ты сделаешь правильный выбор.

Сайтай угрюмо осмотрел окружавших его олвов и менгу, и ему на какую-то долю секунды показалось, что главный из менгу чуть заметно кивнул ему.

– Я согласен, – решившись, ответил Сайтай, – Пусть Стас разделит мою судьбу.

– Эй! – крикнул Меньшов, и дряблая щека его нервно задёргалась, – Вы что, бросаете нас?! Я это не позволю! Вы должны обеспечить нашу безопасность!

– Простите, но ничего такого мы вам не должны, – ответил Сайтай, – Мы всего лишь пилоты, а не отряд спецназа.

Ворота тем временем открылись. Менгу подтолкнули Сайтая и Стаса, и те не оглядываясь вошли в длинный каменный коридор, уводящий куда-то в недра горы.

Оксана позавтракала и отправилась на улицу. Утро разгорелось в жаркий день, так что девочка, немного подумав, решила заняться своим любимым делом – лепкой из глины. Года два тому назад отец помог ей отстроить домик, притулившийся к корявому вязу. В него они провели электричество, сколотили скамейку, табуретку и верстак с полками. На полках стояли чашки, лежали дощечки, стеки, а также красовались Оксанины поделки – в основном фигурки животных. В углу стояла кадушка с самолично накопанной серой глиной – пластичной и упругой. В другой ёмкости находилась вода. Напротив них поскрипывала на сквозняке поддувалом печь для обжига. Оксана любила тут бывать, любила возиться с глиной, и часами могла прорабатывать мелкие детали для придуманного ею зверя. Получались они у неё невероятно реалистичными. Процесс придумывания новой скульптуры иногда занимал некоторое время – Оксана в такие моменты долго мяла глину в руках, не зная, с чего начать, и что хочет получить. Потом вдруг складывался замысел, и девочка быстро делала заготовку, которую потом часами доводила до ума. Но иногда она подскакивала среди ночи и бежала в мастерскую, чтобы поскорее воплотить в реальность увиденный ею образ. Самое интересное, что почти всегда она через день или два встречала живые воплощения фигурок, слепленных ею. Так, например, слепила она как-то чудесного щенка колли. Фигурка даже просохнуть толком не успела, когда Оксана увидела точно такого же щенка у соседей – оказывается, они купили себе щеночка. Или вот ещё случай: Оксана слепила изящную потягивающуюся кошку, запекла фигурку, выкрасила в рыжий цвет. Принесла она фигурку в свою комнату, поставила на окно и бросила взгляд в сад. Каково же было её удивление, когда она увидела на заборе точно такую же потягивающуюся рыжую кошку.

Когда Оксана слепила льва, она точно была уверена, что не увидит живую копию своей фигурки – в Горно-Алтайске львы не водятся, к счастью. Но вечером пришёл с работы папа и со счастливой улыбкой протянул дочери два билета:

– Завтра идём в цирк-шапито, – радостно сообщил он.

Оксана посмотрела на билеты. На них были изображены львы и тигры. «Дрессированные большие кошки!» – гласила разноцветная надпись на билете. На следующий день Оксана с удовольствием хлопала дрессировщику, работающему на забранной в решётку арене с тиграми и львом.

Какого-то значения этим фактам девочка не придавала – так, случайные совпадения, думала она. Отца вот только эти совпадения почему-то не веселили. Наоборот, стоило Оксане рассказать очередной забавный случай о совпадении её фигурки с реальностью, как отец поджимал губы, мрачнел и спешно уходил куда-то. Потом возвращался неизменно с каким-нибудь подарком – тортом-мороженым, или плеером, или новыми туфельками. Оксана хоть и радовалась подаркам, неожиданно свалившимся на её голову, но постепенно перестала делиться с отцом подобными историями. Она не любила огорчать отца.

Оксана размочила большой кусок глины, размяла в руках, и долго в задумчивости перекладывала влажный кусок из одной руки в другую. Она никак не могла определиться – кого же она хочет слепить – летучую мышь, или, быть может снежного барса, или бульдога… Наконец, пальцы девочки сами начали придавать форму глине, и постепенно получилось самое необычное из вылепленных ею когда-либо животных. Это было нечто, похожее одновременно и на снежного барса, и на дракона. Зверь присел на мощные задние лапы, опёрся на длинный плоский хвост, а передние лапы-крылья широко раскинул, приготовившись взлететь.

Девочка с увлечением работала, стеком придавая рельеф перьям фантастического животного, с удовлетворением думая, что такого зверя в природе нет, и встретить она его точно не сможет, хотя так здорово было бы полетать на нём… Зазвонил телефон, Оксана оставила стек на столе рядом с поделкой, ополоснула руки в умывальнике, и только после этого вынула сотовый из кармана. На экране высветился незнакомый номер. Вообще-то она не брала трубку, если не знала, кто звонит, но в этот раз девочка почему-то ответила.

– Оксана? – спросил мужской голос на том конце эфира.

– А кто спрашивает? – осторожно поинтересовалась девочка.

– Это Борис Иванович, начальник твоего отца, – ответил мужчина, – У нас плохие новости – вертолёт Сайтая Джарыковича пропал с радаров, предварительно подав сигнал SOS. У тебя кто-нибудь из взрослых дома присутствует?

– Нет, – тихо отозвалась Оксана, – Мы с папой одни живём.

– А бабушка или тётя у тебя есть?

– Нет, – ещё тише ответила Оксана.

Борис Иванович задумался. Потом, решившись, сказал:

– Через пятнадцать минут мы будем проезжать мимо твоего дома. Сможешь выйти на остановку? Мы едем в Курай, там будет развёрнут штаб спасателей. Успеешь собраться?

– Да.

– Тогда быстро собирайся. Возьми только самое необходимое.

Через пятнадцать минут Оксана стояла на остановке. Мимо пролетали автомобили, пару раз останавливались автобусы. Сказать, что ей было страшно – ничего не сказать. Отец был для неё всем. Если с ним что-то случилось, вся жизнь Оксаны изменится. Впрочем, про свою жизнь Оксана сейчас не думала. Она думала про то, что могло произойти там, за многие сотни километров в горах. Вертолёт мог просто неудачно приземлиться, и тогда сейчас папа разводит костёр, чтобы вскипятить чай в ожидании спасателей. Может быть, кому-то нужна медицинская помощь, и папа её оказывает. Он хорошо умеет лечить. Он так ловко перевязывал Оксанины сбитые коленки, что они к следующему утру полностью заживали. Может быть там, в горах, дождь, и тогда папа со своим вторым пилотом натягивают брезент между деревьями. Натянут, сядут под ним, и будут слушать стук капель по натянутой ткани…

Возле остановки затормозил большой чёрный джип с тонированными стёклами. Пассажирская дверь распахнулась, и из неё выскочил Борис Иванович – очень хмурый, очень сосредоточенный.

– Привет, Оксана, – поздоровался он. Девочку Борис Иванович знал в лицо – Сайтай несколько раз приезжал на работу с ней – показать своё рабочее место, и, что уж тут скрывать, просто покатать её на вертолёте.

– Здравствуйте.

– Садись на заднее сиденье, – сказал Борис Иванович и распахнул перед девочкой дверь.