Чтение онлайн

– Это успокаивает, - ответила я, поворачиваясь к бабушке. Только теперь я увидела, где вообще нахожусь. Я лежала на лежанке, стоящей на просторной крытой террасе.

Моя бабушка выглядела отдохнувшей и расслабленной. Время в Темаллине принесло ей пользу. Скорее всего любому полезно дать отстояться проблемам в своей жизни, вместо того, чтобы зарываться в них ещё глубже.

Тёмное дерево навеса гармонировало с каменным полом. Вообще казалось, будто здесь всё гармонирует друг с другом и согласуется. Даже растения на скалах и насекомые, слетающиеся к ярким цветам, казались все на своём месте.

Внезапно я снова вспомнила, как сюда попала.

– Морлемы!
– испуганно сказала я и села.

– Они не могут войти в Темаллин, - сказала бабушка, и теперь в её голосе слышалась подавленность, которая была мне так хорошо знакома.
– Они уже несколько недель подряд осаждают каменный дуб, как будто ожидали, что ты прибудешь сюда.

– Наверное, Бальтазар расставил их там, где предположил, что могу появиться я, - с сожалением сказала я.

Значит охота на меня была открыта уже какое-то время, и у Морлемов была ясная цель.

– Всё ещё Хеландер Бальтазар, - вздыхая, сказала бабушка и убрала с лица прядь волос, которая высвободилась из заплетённой косы.

– Ты такая спокойная, - удивлённо сказала я, села и посмотрела в её знакомые зелёные глаза.

– В Темаллине любой в какой-то момент обретает покой. Один раньше, другой позже, - ответила она.
– У меня было много времени, чтобы подумать.

– Ты сожалеешь о своём решении?
– спросила я прямо.

– Как можно сожалеть о том, что ты находишься в таком месте?

Она развела в стороны руки, и когда я скользнула взглядом по захватывающим водопадам, падающим вниз с сотни метров высоты, я могла по крайней мере частично согласиться с ней. Было очень красиво, но если остаться на долго, то надоест. Точно так же, как мне когда-то надоела прекрасная и мирная жизнь в Шёнефельде.

Внезапно я снова вспомнила, для чего сюда прилетела.

– Я здесь, чтобы кое о чём тебя попросить, - медленно сказала я.

– Я почти так и подумала, - моя бабушка не отрывала от меня взгляда.

Я медленно вытащила из кармана брюк маленький, свёрнутый лист бумаги, записку, которую когда-то написала в Антарктике. Она была единственным способом рассказать бабушке об этом пережитом мной злоключении.

Она нерешительно взяла записку, развернула и скептично посмотрела на замаравшую её кровь, как будто уже догадывалась, что её ожидают плохие новости. В её оправдание нужно сказать, что она сделала глубокий вздох, но всё-таки прочитала то, что я написала.

Пока она читала мои слова, её брови поднимались всё выше, и в конце концов она распахнула глаза.

– Это правда?
– испуганно спросила она.

Я с трудом кивнула, чувствуя, что мои руки начали беспокойно дёргаться.

Я быстро встала и прошла к перилам террасы, прижимающимся к скале. Отсюда открывался вид до самого низа, где вода в огромном облаке брызг падала на землю.

– Поскольку ты передала записку и не говоришь со мной, полагаю, на тебя наложили заклинание, которое мешает тебе говорить об этой специальной теме?

Я не ответила, но мысленно поблагодарила бабушку, что она может так хорошо комбинировать.

– Также я полагаю, что ты пришла ко мне, потому что думаешь, что я могу освободить тебя от этого заклинания.

Я повернулась и встретила её укоризненный взгляд. Я знала, что она совершенно справедливо винит меня, но теперь это случилось, и я не могла отменить того, что сделано.

– Это действительно серьезное дело.

Бабушка подошла ко мне и положила руки на виски. Мою голову пронзили молнии и появилось неуемное желание схватить кого-нибудь за горло и крепко сжать.

Бабушка отпустила виски, и моя кровожадность прошла так же быстро, как и появилась.

– Щекотливая ситуация, но не слишком трудная, - сказала она, оценивающе взглянув на меня.
– Есть два способа избавиться от этого заклинания. Либо ты убиваешь того, кто наложил его, либо освобождаешься своими силами.

– Это я уже знаю, - разочарованно сказала я.
– Виновника всего этого не так-то просто убить, а своими силами избавиться от проклятия я не могу.

– Это дело техники, я имею в виду не технику боя, а технику, которую изучаешь, когда получаешь образование духовного странника.

– Я изучала эти технику, - настойчиво сказала я.
– Но у меня не получается, сколько бы я не старалась.

– Читать это одно, но тебе нужен учитель, который действительно научит тебя этому. Как долго ты пробовала? Несколько дней, недель?

Я смущенно кивнула, бабушка права, это были всего несколько недель.

– Я тебе говорила, учиться на духовного странника нужно годами, и на то есть причина. Такие навыки нельзя получить за несколько месяцев, вне зависимости от таланта и решимости. Наверняка ты уже продвинулась вперед, но все равно стоишь на самой низшей ступени.

Я долго смотрела на бабушку, в то время как внутри меня созревало решение.

– Помоги мне, научи меня всему, - тихо сказала я, потому что не видела другого выхода, чтобы избавиться от заклинания Энакина.

– Это не так просто. Законы друидов не позволяют мне в этой декаде обучать духовных странников. Их уже достаточно.

Я в недоумении посмотрела на бабушку, и моя надежда рассеялась как облако пыли на ветру.

– Если так, и ты не можешь мне помочь, значит я зря отправилась в это путешествие, - разочарованно сказала я.
– Извини, что потревожила твою идиллию.

Я огляделась в поисках выхода. Бабушка не готова изменить своё мнение, а я не изменю своего. Всё было, как всегда. Поэтому нам не оставалась ничего другого, как выбрать разные пути. Я надеялась, что Морлемы, тем временем, освободили дорогу, чтобы я могла вернуться в Шёнефельде.

– Подожди!
– сказала в этот момент бабушка. – Эта ситуация очень опасная, - она подняла записку, на которой я написала, что Энакин держит меня в плену в Антарктике.

– Правильно, - сказала я между тем уже не слишком терпеливо.
– Это ситуация и впрямь опасная, и я даже не уверена, действительно ли всё закончилось. Но проблема так же в том, что господин Гонден плохо себя чувствует, а профессор Пошер совсем не подходит на роль целителя и приносит больше вреда, чем пользы.