Чтение онлайн

Я поставила сумку и сделала глубокий вдох. Все выглядело так же, как и в июле, когда я в последний раз была здесь. За большими окнами было еще темно, уютные диваны и кресла в большом, открытом помещении, напомнили мне о прекрасных часах, которые мы провели здесь.

Теперь, когда дом бабушки опустел, у меня было ощущение, что я вернулась домой.

– Кто это тут крадется на цыпочках? 

Я вздрогнула, когда позади меня появился Лоренц. На нем была бледно-желтая атласная пижама и даже ночью у него была идеальная прическа, глаза святились радостью, как никогда.

– Лоренц, мне тебя не хватало, - сказала я, бросившись ему на шею.

– Я тебя понимаю, сладкая, - ответил он, похлопав меня по спине.
– Я даже больше скажу, ты срочно нуждаешься во мне. Глядя на твои волосы, мне становится страшно.

Он немного оттолкнул меня и критически осмотрел мой, надо признать, не слишком ухоженный внешний вид. 

– Чем ты занималась на каникулах? В любом случае не своей внешностью. Не удивляйся, если темный герой покинет тебя.

– Не волнуйся, Лоренц, у нас была восхитительная ночь. 

Я подмигнула ему, и он восторженно распахнул глаза. 

– Но у нас и правда было мало времени. Мы только вчера вернулись из Антарктики.

– Да, Лиана мне уже рассказала. Вы не нашли ни твоих родителей, ни грааль патрициев. 

Лоренц сочувствующе вздохнул. 

– Но ваша полоса неудач уже закончилась, потому что теперь мы здесь. Ты же знаешь, вместе мы добьемся большего. Но прежде чем спасти мир, мы должны будем найти время, чтобы позаботиться о твоих волосах и одежде.

– Одежда, - раздался нервный голос, и я увидела страдальческое лицо Лианы, спрятанное под копной белокурых волос. Она выглядела как маленький, заспанный эльф с ее тонкими конечностями и непослушными, золотистыми локонами. И лишь регистр голоса не подходил к ее внешнему виду. 

– Я больше не могу слышать об этом, Лоренц. Я нахожусь рядом с тобой всего 12 часов, но, если я еще раз услышу что-нибудь о бальных платьях летнего сезона, я вся покроюсь прыщами.

– Даже если и так, - продолжил распинаться Лоренц.
– Их можно будет закрасить, но я не могу не упомянуть о том, как дочь Оттиль фон Хоэнштайн-Эрнстбах опозорилась в своем ярко-красном бальном платье. Как можно было выбрать такой цвет, если девиз вечера был "Кристально-синий"? Прошу тебя, об этом мы будем говорить еще через десять лет.

Лоренц так душещипательно вздохнул, что я поверила в то, что этот модный провал действительно озадачил его.

– Я не буду, - решительно крикнула Лиана.
– Доброе утро, Сельма. 

Она приобняла меня, подмигнула и направилась в ванную.

– Мне так вас всех на хватало, - улыбнувшись, сказала я.
– А где Ширли?

– Ты будешь шокирована, лучше тебе ее не видеть, - вздохнул Лоренц.

– Как это? 

Я непонимающе посмотрела на него. 

– Что случилось? Я думала, вы провели чудесное лето в Берлине. Макияж, прически и все такое.

– Так и было, все было феноменально. Заведение, в котором мы работали, было просто супер. Ширли прямо-таки расцвела.

– И что потом? 

Я бросила взгляд на закрытую дверь комнаты Ширли.

– Потом, она неделю назад уехала домой, а вчера я увидел ее снова, и честно говоря, не узнал. Она не хотела ни с кем разговаривать, даже со мной, что кстати, очень задевает меня. Потому что я бы охотно рассказал ей о том, что последнюю неделю провел в объятиях восхитительного мужчины, который заставил меня снова поверить в любовь. 

Лоренц мечтательно улыбнулся.

– Что-то серьезное?
– тут же спросила я.

– Нет, нет, просто безумно увлекательный, летний флирт, но теперь я однозначно забыл о Брайане и готов к новой любви.

– И Ширли действительно ничего не хотела об этом знать? 

Я удивленно подняла брови.

– Не делай так!
– крикнул Лоренц, глядя на мой лоб.
– Только заработаешь себе морщин.

– Ладно, - ответила я испуганно.

По-видимому, морщины нельзя так хорошо закрасить.

– Не знаю, какая муха укусила Ширли.
– Лоренц пожал плечами.
– Надеюсь, она скоро возьмёт себя в руки. 

Он бросил взгляд на мои наручные часы. 

– Пойду сначала подготовлюсь, сейчас снова начнётся беготня. Это точно не та часть, по которой я скучал.

Лоренц юркнул в свою комнату, а я задумчиво смотрела ему в след.

Ширли уже осуществила некоторые впечатляющие метаморфозы. Сначала она была светской львицей шёнефельдовской школы на высоких каблуках и в дизайнерских шмотках. После того, как в первый день в Тенненбоде потерпела с этим неудачу, стала на длительное время тихой, как мышка, пока внезапно не превратилась в очень хорошую подругу, на которую можно было положиться. Она была мужественной, решительной и имела такую непосредственность, которой я иногда завидовала.

Мне было жаль, что она снова потеряла равновесие.

Я задвинула сумку в мою комнату и закрыла за собой дверь. Внутри было ещё темно, свет начинающегося дня лишь медленно проникал в комнату. Двор крепости я пересекла ещё в полной темноте, что было явным знаком того, что холодное время года окончательно вступило в свои права. Но после Антарктики осень Центральной Европы действительно казалась мне как позднее лето.

Я быстро скользнула в одежду для бега, а потом поспешила с другими во двор. Госпожу профессора Эспендорм я узнала уже издалека. Её волосы, поднятые вверх в замысловатую причёску даже в полутьме нельзя было не заметить.

Она собрала вокруг себя группу первокурсников, и как раз пыталась заразить их своим энтузиазмом для утренней пробежки. В усталых лицах я читала тот же недостаток энтузиазма, которого в прошлом году для такого начала дня не хватало и мне. Но сейчас я действительно радовалась, что снова окунусь в структурированную повседневную жизнь.

Профессор Эспендорм теперь быстро побежала, а процессия, ворча, последовала за ней. Я тоже разогналась и в первый раз подняла взгляд. От испуга я тут же снова остановилась.

– Лоренц, - крикнула я.

– Я бегу. 

Слегка пританцовывая и оснащённый потрясающими, серебреными кроссовками, Лоренц встал рядом.

– Что здесь случилось?
– спросила я, указывая на тёмные стены, окружающие меня. 

Пики башен возвышались в тёмное, утреннее небо, фасады были чёрными, а на них нарисованы угрожающие орнаменты и фигуры. Тела, покрытые кровью, обвивали друг друга, как змеи, будто стены хотели рассказать об истории давно прошедших, жестоких сражений. Если бы ещё вокруг башен каркая, кружилось несколько ворон, то у Теннебоде был бы хороший шанс подойти в качестве кулисы в кровавом фильме ужасов.