Чтение онлайн

– Интересно, - сказала Лиана, размышляя над этой мыслью. Лоренц и Ширли тоже склонились вперёд и напряжённо слушали.

– Это звучит логично и имеет смысл, - наконец сказала Ширли.

– Да, но это чистое предположение, - ответила я.
– Куда исчезли атрибуты во время преобразования Объединённого Магического Союза в демократию, очень сложно выяснить. Хроника Акаши принадлежала когда-то семье Бальтазар, по крайней мере, об этом рассказывал Парэлсус. Но в конечном итоге она оказалась под присмотром примуса, что говорит о том, что и другие атрибуты власти тоже ещё могут находиться в распоряжении палаты сенаторов.

– Значит, это путь ведёт в палату сенаторов?
– задумчиво спросила Лиана.

– Или атрибутами снова владеют семьи?
– предположила Ширли.

– Я уже думала об этом, - ответила я.
– Но я не знаю об атрибутах в нашей семье. Адам тоже, если бы что-то знал, уже давно сказал мне. Поэтому я полагаю, что атрибуты власти по-прежнему находятся во владении палаты сенаторов.

– Примус их добровольно не отдаст, чтобы ты смогла уничтожить.

Лоренц задумчиво выпятил губы.

– Конечно, нет, вы же знаете, как усиленно охранялась хроника Акаши, - вспомнила я.

– И все-таки, ты сумела попасть в храм.

Ширли смотрела на меня своими обведенными черным карандашом глазами.

– Да, но только потому, что Бальтазар отвлек охрану Виллибальда Вернера. Мне просто повезло. Он хотел, чтобы я как можно ближе подобралась к храму, а потом схватить меня. Он наверняка не рассчитывал, что я и в самом деле попаду туда, а сам храм разрушится во время битвы Морлемов с охраной Виллибальда Вернера.

– Тогда будем исходить из того, что атрибутами власти все еще владеет палата сенаторов. В данный момент это единственное логическое заключение. Нам нужно найти способ поговорить с примусом, - задумчиво сказала я.

Если кто-то и знает об этом, то это он.

– О чем ты хочешь поговорить с примусом?
– спросила Ширли.
– Думаешь, он вот так запросто скажет тебе, где спрятаны атрибуты? Он знает, на что они способны и не будет тебе ничего рассказывать.

– Ширли права, - вставила свое слово Лиана.

– Я хочу поговорить с примусом и о том, что идеи, которые он воплощает в жизнь, принадлежат Бальтазару. Хочу знать, почему он предает страну!

– Что?
– Лиана в ужасе уставилась на меня.

– Почему ты так думаешь?

Лицо Ширли застыло.

– Заявление о намерении вступить в брак - это шаг назад к монархии, а Бальтазар всегда угрожал вновь установить монархию, - ответила я.

– Не знаю, - задумчиво сказала Ширли.
– Мне кажется это неправдоподобно, как думаете?

– Вилибальд Вернер единственный, кто может дать ответ на этот вопрос, - решительно сказала я.

– Тогда нам нужно ещё выработать план, как выпытать информацию у примуса, - решительно сказала Ширли.

– Прежде всего нам нужны идеи, как мы вообще сможем близко к нему подобраться, - сказала я.
– Только когда это станет ясно, можно будет заняться вопросом, как выпытать информацию. Тогда было бы неплохо, если бы мы хотя бы выяснили, о каких предметах идёт речь.

– Это значит, что нам нужно интенсивно заняться семейной историей королевских семей. Может какой-нибудь атрибут всплывёт в семейной хронике. Кто вызовется добровольцем для парочки дополнительных часов в медиатеке?
– спросил Лоренц.

– Это я возьму на себя, - ответила Ширли.
– Я всё равно ничего не запланировала на выходные.

– Хорошо. А я проверю на вшивость Энакина, в конце концов он Арпади, и таким образом именно тот, кто нам нужен, - сказал Лоренц.

Я обрадовалась, что он захотел взять это на себя, потому что у меня не было большого желания углублять отношения с Энакином.

– Хорошо, тогда я покопаюсь в моей собственной семейной истории, в конце концов моя бабушка фон Норденах, и где-то в доме возможно ещё найдётся парочка реликвий, которые смогут дать ключ к разгадке.

Я задумчиво разглядывала бордовую скатерть перед собой.

– Хорошо, тогда остаётся ещё вопрос с заявлением о намерении вступить в брак.

– Пока это только слух, - вставил Лоренц, - но, если о нём уже говорят на вилле дель Мар, тогда много времени не потребуется, и мы получим публичное объявление из палаты сенаторов.

– И что потом?
– спросила Лиана.
– Мне просто попросить неизвестно кого, хочет ли он жениться на мне?

Ширли прокашлялась.

– Это целиком зависит от того, какую версию заявления о намерении вступить в брак огласят...

В этот момент подошёл Ким с напитками и поставил их на стол.

– Еда скоро будет, мой повар быстро готовит.

– Отлично!
– ответил Лоренц, с восхищением разглядывая искусно декорированные коктейли.
– Не думал, что смогу пережить что-то подобное в Шёнефельде, даже не осмеливался мечтать. Спасибо, чувак, что ты решил переехать сюда.

Ким Гёрнер посмотрел на Лоренца, приподняв брови, а потом снова удалился за свою стойку, где начал громко мыть стаканы.

– Если они признают официальной версию, что действовала в самом начале Объединённого Магического Союза, тогда нам придётся бросить учёбу и сразу начинать рожать детей, - мрачно сказала Лиана.

– Этого никто не сделает, - вставила Ширли.

– Правильно, - задумчиво сказала я.
– Скорее они обнародуют версию с 1928 года. На большее палата сенаторов не осмелится, и даже её некоторые не примут беспрекословно, по крайней мере, я надеюсь, что так будет.

– Ты что думаешь, я хочу обручиться с кем-то, кого не знаю, и на ком должна буду потом жениться?

Лиана смотрела на меня, округлив глаза, и я опять могла только удивляться, как сильно изменился её настрой с прошлого года. 

– Этого никогда не будет, я буду сопротивляться.

– Если мы все откажемся, - сказала я, - тогда они не смогут внедрить этот закон.

– Тогда ты очень плохо знаешь палату сенаторов, - горько сказала Ширли.
– Если ты не назовёшь кандидата, тогда они, скорее всего, просто назначат тебе одного, и готово.

– В этом ты права.

Я задумчиво мешала в ярко-красном коктейле и выпила маленький глоток.

– Если откажется парочка плебеев, это никому не будет интересно. Нам нужно организовать что-то публичное.