Чтение онлайн

Увиденное пробирало до мозга костей… Черные воды заманили ребенка, подкупили блестящей безделушкой!

Я склонилась над камнем, чтобы не дай Небеса, не упустить ни одной детали. И не зря…

Мальчик, на вид ему было лет восемь — девять, потянулся ко второму объекту, что призывно блестел, обещая приключения. Это были ключи. Ровно четыре, как и количество замков на деревянной крышке люка.

Картинку вдруг начало затягивать серым, а я как никогда хотела растянуть время, чтобы успеть рассмотреть лицо мальчика, его черты, да что угодно… Но камень потух.

Я вскочила словно ошпаренная кипятком. Сердце отказывалось понимать, что увиденное, если вообще правда — скорее всего случилось в далеком прошлом. И, что хуже, я знала… вот просто знала, что этот мальчик — Теон.

Следующий камень вырос в короткой зеленой траве почти сразу же. Серый дым, под глянцевой поверхностью в темноте Ледяного Утеса, светился особенно ярко — вновь привыкшие к темноте глаза напряглись.

Не раздумывая, ведь это шанс узнать, что такое миррор, я в несколько больших шагов преодолела расстояние до нового экрана, и склонилась над все еще затянутым дымом изображением. Картинка так и не появлялась, зато я слышала голоса..

Их было двое.

Двое парней — уже не мальчиков — спорили, то и дело прикрикивая друг на друга. Разобрать, о чем именно была перепалка — не получалось. Я слышала только отголоски.

Видимо, запертый миррор находил кто-то еще… Но что стало с первым ребенком?

— Отец все-равно узнает! — произнесенная довольно воинственно фраза, звучала кристально чисто, будто подростки находились со мной рядом.

— Нет, — хмуро и жестко ответил другой парень. Его голос был более низким, но еще далеко не взрослым. — Не узнает, и ты ему не скажешь!

Серый дым лениво и нехотя расползался. Так и хотелось смахнуть его рукой, чтобы не мешал наблюдать. Но я все же рассмотрела две фигуры, окруженные темнотой в, то ли гроте, то ли неглубокой пещере. На каменистых стенах играли блики сенечных лучей, что отражались от воды.

Я услышала звон металла, скрежет ключей… Парни закончили спор и принялись снимать замки с деревянной крышки, что прятала коварные силы черной воды от людей. Подняв люк, они приставили его к стене рядом и быстро закрыли глаза ладонями.

А ведь я знала, что произошло. Стоило люку коснуться мокрой стены, как грот залило ярким светом. Миррор охотно пожирал солнечные лучи, что подобрались слишком близко.

— Глаза слепит! — пожаловался парень с более высоким голосом. — А тебе, что ли нет? — удивился он и вдруг воскликнул: — Ты уже снимал замки, да?

Серый дым будто специально рассеивался по камню, скрывая лица, заслоняя черты.

— Главное: ни к чему не прикасайся и не стой слишком близко, — ответил тот, что постарше. Такой вывод я сделала по хрипотце и пробивающимся басовитым ноткам.

— А то, что? Гадость какая… это же не вода! Но, что это? — паренек, видевший миррор впервые присел рядом и уже было протянув тонкие и красивые пальцы к черной поверхности.

— Я же сказал, — его ладонь тут же одёрнула более крепкая, хоть и юношеская рука, — не трогай.

— Необходимо рассказать… хоть кому-нибудь!

Произнесенная фраза уже была просьбой, а не требованием. Тот, кому она адресовывалась промолчал, пальцами отстукивая нетерпеливый ритм на мокром булыжнике, что лежал рядом с колодцем, а потом заговорил:

— Ему хватает забот и без этого, разве ты еще не понял?

А потом опустил в черные воды руку, и выглядело это так, будто лоснящаяся поверхность льнула к нему. Льнула к живой плоти. Опасливо, но хищно.

Киселеобразная масса цеплялась за кожу, карабкалась вверх по крепкому запястью…

— Фу! — воскликнул гость и отскочил в сторону. — Оно… оно живое! Отец точно знает, что делать…

— Неужели ты не видишь, что он не справляется? Пусть для начала разберется с тем, что происходит у него под носом, — зло и с презрением ответил тот, кого миррор не пугал.

— А ты, что справишься? — вызов прозвучал смело, но что произошло дальше, камень не показал.

Поверхность снова затянуло серым, а потом все потухло.

Я вскинула голову, всматриваясь, где же появился новый осколок прошлого.

Под грудью ощущалось привычное тепло от руки Теона, будто он все еще за моей спиной. В некотором смысле так и было, если не считать навязанного черной силой башни, сновидения. А раз он рядом, ничего плохого не случится. В крайнем случае он меня разбудит…

Прямо у обрыва вспыхнуло сразу несколько светящихся пятен. Четкие границы камней исчезали в молодой траве, и оттого они потеряли свою прямоугольную форму.

Я недоверчиво и медленно прошла до самого края, туда, где меня ждала новая вереница картинок из прошлого. Повернулась лицом к башне, вернее к тому, что от нее осталось, и скривилась.

Кто создал проклятый колодец? И какой силой он наделен, раз так легко управляет людьми? Управляет мной… Это я понимала, и отказаться от очередной крупицы информации не могла!

Последние камни… Последние три, потому что ни шагу дальше я не сделаю, и ни одной своей эмоции не оставлю этому темному месту!

В глубине души беспокойно маялось желание увидеть продолжение истории девушки с крыльями…

Первый в череде камень вспыхнул, показывая, как миррор снова отворяют. Но уже оточенными, уверенными и быстрыми движениями. И делал это один человек.

Как только в грот ворвался дневной свет, притянутый в ловушку, я сумела рассмотреть мужчину, что склонился над колодцем, и начал раздеваться. Молодого мужчину.

Лицо… лицо, покажите мне его лицо! Серая дымка прятала от меня фрагменты, в которых я могла бы узнать Теона. Но я и так почти была уверена в том, что это он.

Дым плотно застелил поверхность, скрывая погружение в миррор, а когда растаял, я рассмотрела, как с широкой спины не торопясь стекали черные капли. Погружение осталось позади, теперь молодой мужчина дышал, глубоко и размеренно, будто напитывался кислородом.

Я наблюдала за ним из-за спины. Он по пояс находился в мирроре, сильные руки уперлись в почву, за которую он почти не держался. И вообще, не думаю, что он хотел выбираться… В ладони поблескивали те самые часы со странным циферблатом. Он водил по стеклу большим пальцем, будто хотел загипнотизировать стрелку, что указывала — его время под черной водой закончилось.