Чтение онлайн

Бабушка недоверчиво посмотрела на Саладина.

— Повидимому, — вмешался Робин, — у нас нет особого выбора: корабль нуждается в немедленном ремонте, а повар — в немедленном спасении. Так или иначе, надо ставить корабль в док, а самим отправляться на поиски несчастного Обержина!

Матросы тем временем возвратились на борт корабля. Кот наградил их скептическим взглядом и приказал вице-адмиральским басом:

— Все по местам! Самый малый вперед! Курс — на сухие доки Брундизия!

Бабушка горестно пошла на камбуз готовить ужин.

Когда корабль медленно и неуверенно двинулся вдоль берега к портовым сооружениям Брундизия, на берег моря, не торопясь, один за другим выбежали двенадцать серых ирландских волкодавов. Они проводили взглядами «Непобедимую Манну» и ленивой трусцой побежали к городским воротам. Брундизий уже вернулся из восстановленного Рожком Средневековья в наши дни, поэтому никто не охранял ворота города. Двое карабинеров, сидевшие в пиццерии напротив ворот, были слишком заняты разговором о футболе, чтобы обратить внимание на стаю псов, пробежавшую мимо них. Обогнув городской сквер и две бензоколонки, волкодавы свернули по указателю «Портовые доки».

«Эспланада Мечети, поднимавшаяся на самую Храмовую Гору, была запружена толпой», — читала Бабушка в то время, как поставленный ею в печку капустный пирог аппетитно подрумянивался: «Все ждали события, невиданного и, казалось, невозможного. Повелитель большей части христианского мира, император Священной Римской империи и король Иерусалима попросил разрешения у иерусалимского Муфтия осмотреть мечеть Омара — главную, после Мекки и Медины, святыню мусульманского мира. Муфтий ответил согласием, и вот теперь он ждал императора у входа в мечеть под установленным специально для этого случая балдахином из белого шелка.

Неожиданно в толпе мусульман кто-то запел „Te Deum“. Пораженный Муфтий поднялся со своего сидения и увидел трех католических монахов, которые медленно прокладывали себе дорогу среди скопища правоверных, распевая церковные гимны, осеняя все вокруг крестным знаменьем и кропя святой водой.

— Новые порядки начинаются, — грустно промолвил Муфтий и дал толпе знак расходиться.

Но не успели мусульмане сделать и нескольких шагов, как под звуки труб на Эспланаду Мечети вошел отряд тевтонских рыцарей в белых плащах с двойными черными крестами и шлемами-ведрами на головах. Между двумя рядами рыцарей шел человек с рыжей бородой. Он был безоружен. Когда отряд поравнялся с группой монахов, человек скомандовал:

— Выведите их отсюда!

Четверо рыцарей подошли к монахам, схватили их под руки и грубо поволокли прочь с Эспланады.

— Сгинь Антихрист! Будь проклят! — закричал один из монахов.

Не обращая внимания на его крики, рыжебородый подошел к Муфтию, который склонился перед ним в почтительном поклоне.

— Мир тебе, почтенный служитель Аллаха! — приветствовал Муфтия император (а это был он). — Моим рыцарям дан приказ беспощадно преследовать всякого, кто дерзнет оскорблять мусульманские святыни. Пока я король Иерусалима, две религии будут жить в мире в этом городе!

— Да снизойдет благославение Аллаха на мудрого императора франков! — ответил Муфтий. — Правоверные не забудут день, когда Мечеть Омара посетил величайший из христиан.

Император Фридрих остановился у входа в мечеть, чтобы дать оруженосцу снять с себя сапоги. Оставив их у входа, он прошел вместе с Муфтием внутрь.

В это время на площади у Храма Гроба Господня Патриарх Иерусалимский читал перед несметной толпой христиан Папскую буллу об отлучении от церкви еретика и богоотступника Фридриха Гогенштауфена. Не успел он закончить, как отряд тевтонских рыцарей с обнаженными мечами ринулся на толпу, и христиане в панике бежали. Патриарх укрылся в храме, двери которого захлопнулись перед носом тевтонцев. Когда предводитель рыцарей подошел ко входу в храм, из верхних окон в него выпустили несколько стрел. Тевтонцы отступили.»

— А что это у нас на камбузе такой дым? — спросил Кот Саладин, заглядывая через дверь.

— Ой, это пирог! — воскликнула Бабушка.

Капустный пирог почернел и начал дымиться. Бабушка выключила плиту и вытащила из нее пирог.

— Если отрезать от него нижнюю часть, то вполне можно будет есть! — оптимистично сказал Кот.

Робин провел весь вечер в машинном отделении вместе с тремя инженерами верфи Брундизия, которых звали Франческо Сфорца, Карло Висконти и Паоло Боргезе. К сожалению, эти три выдающихся специалиста ни в чем не могли согласиться друг с другом. Если Сфорца предлагал выковать заново гребной вал и протащить его внутрь через торпедный аппарат, то Висконти и Боргезе были убеждены в возможности исправить старый вал. Висконти предлагал скрепить его металлическим хомутом и сварить при помощи сварочного аппарата, а Боргезе настаивал на том, что можно просто удалить часть вала и вместо нее использовать насадку из стали с молибденом, которая якобы лежала в его мастерской со времен ремонта линкора «Литторио» и ждала своего часа. Робин в конце концов согласился с последним вариантом, поскольку Боргезе обещал завершить все работы за два дня. Подписав контракт на проведение ремонта, усталый Робин поднялся в кают-кампанию.

Большой стол был застелен картой Брундизия, над которой склонились Бабушка и Кот. Угол карты был прижат овальным блюдом с уцелевшей верхней частью капустного пирога. Робин взял кусочек пирога и прислушался к тому, что говорил Кот.

— Это торговый порт, а это военный, — показывал Саладин. — Между ними расположен длинный мол, построенный еще Помпеем. Вне всякого сомнения, корабли вроде «Бременского Орла» не имели право швартоваться в военном порту, а галеры Того, Кто Мучает Котов, стояли именно в нем.

— Значит, пойдем сначала в военный порт! — сказал Робин. — Тиана уволокли, вероятно, какие-то солдаты из тевтонской армии.

— Я в этом не уверена! — сказала Бабушка. — У них не было ни мантий с двойными крестами, ни шлемов-ведер на голове.

— Ничего удивительного! — сказал Робин. — Вероятно, это были не рыцари Тевтонского ордена, а простые оруженосцы.

Бабушка ничего не нашлась возразить, и вскоре вся команда «Непобедимой Манны» уже пробиралась по узким улочкам старого Брундизия. Впереди всех шел Кот с развернутой картой и показывал дорогу.

— Здесь! — сказал он наконец, когда в конце одной из улиц показалось море. Странным образом, улица превращалась в широкую мраморную лестницу, которая спускалась прямо в море, так что четыре нижние ступени были уже под водой. С обеих сторон лестница была ограничена каменными стенами двух палаццо, нависавших над морем.

— Прямо Венеция какая-то! — удивилась Бабушка.

— Море наступает, — пояснил Кот. — Все адриатическое побережье Италии постепенно погружается в воду. Брундизий не исключение.

— А где военный порт? — поинтересовался Робин.

— Надо полагать, в конце этой лестницы, — не очень уверенно предположил Кот. — Надо подуть в Рожок и посмотреть, что будет.

— Давайте только все приготовимся, — сказал Робин, — а то мало ли, что нас там ждет.

Стражники-матросы зарядили арбалеты, Кот вытащил из ножен адмиральский кортик, а Бабушка на всякий случай дала каждому по куску шоколадки. Затем она горестно вздохнула и поднесла к губам Охотничий Рожок.

На этот раз Рожок заиграл итальянскую песенку: