Чтение онлайн

Глеб не спеша возвращался домой. Торопиться ему было некуда – дома его никто не ждал. Одинокая квартира встретила нового хозяина тоскливой пустотой. Когда-то здесь жили его родители. Они умерли, когда он был совсем маленьким. С тех пор его воспитывала бабушка, пока летом и она не ушла в мир иной. Глеб до сих пор винит себя, что уехал на каникулы, оставив ее одну. Ведь, будь он рядом с ней, когда ей стало плохо, может быть, она бы сейчас была жива. Глеб тоскливо осмотрел свое новое жилье. Да, здесь нужен хороший ремонт. И где же, интересно, ему взять денег? Родственников у него больше не было, кроме тетушки, которая жила в Лондоне. Неплохо жила, надо заметить, но просить у нее денежной помощи Глеб вряд ли решится, хоть она и пообещала помогать. Месяц назад юноше исполнилось восемнадцать, и он решил, как можно раньше уехать, чтобы не доставлять тете лишних хлопот, хотя она и уверяла, что это ей только в радость. Здесь у него были друзья, которые с нетерпением ждали его возвращения, Ева, которая..которая, как оказалось, не ждала. Глеб понимал ее – ждать непонятно чего, когда твоего молодого человека еще и нет рядом, а вокруг столько красивых ухажеров, которые более внимательны и решительны, было трудно, если не сказать бессмысленно.

День плавно переходил в вечер. Начинало темнеть. Подняв голову к потолку, Глеб понял, что в квартире нет даже люстры. Придется вкручивать лампочку так. Если бы она еще была, эта лампочка. Конечно, он не подумал, что нужно ее купить. Поискав и наконец, найдя, Глеб зажег длинную свечу. Свет слабо освещал унылые стены, играя бликами и тенью. «Романтика» - грустно усмехнулся про себя юноша.

В школе Глеба встретили счастливые возгласы друзей, которые искренне радовались его возвращению, и плохие новости. Андрей находился в больнице, а девушка, к которой он был привязан, покончила с собой. Об этом он, конечно же, не знал, и сообщить ему эту новость, по словам друзей, должен был именно Глеб. Конечно, кому хочется взваливать на себя такую миссию? А Глеб всегда рад помочь, к тому же, Андрей его друг. После школы он сразу же отправился в клинику. Отыскав нужную палату, Глеб осторожно открыл дверь. Андрей полусидел, полулежал на подушках, скучающим видом наблюдая за каплями, неохотно струящимся в вену. При виде друга, его лицо расплылось в улыбке.

– Кто-то наконец-то вспомнил Родину и старых друзей! – «Поприветствовал» Андрей.

– Друзей я никогда и не забывал – С улыбкой возразил Глеб.

– Когда ты приехал? Где теперь будешь жить?

– Приехал три дня назад, а жить буду в доме родителей. То есть, теперь уже в своем доме. Ты мне лучше скажи, как тебя угораздило вляпаться? Авария, какая-то девушка, которая должна была умереть, но осталась невредимой. Что происходит?

– Это кто сказал, что девушка должна была погибнуть? Наташа? Она ее «любит» - засмеялся Андрей – Ревнивая. – Посмотрев на Глеба, чье лицо резко изменилось, Андрей насторожился. – Что случилось? Что-то с Милиной? – Глеб вопросительно посмотрел на друга:

– Милина, это та девушка, которая была с тобой?

Андрей утвердительно кивнул.

– Новенькая. Красотка!

Глеб в ответ усмехнулся.

– Ты так говоришь о каждой красивой девушке. Пора бы тебе перестать волочиться за каждой юбкой.

– А я и не волочусь! – Фыркнул Андрей. – То, что ты называешь «волочиться», является всего-лишь здоровым интересом! Это ты у нас как последний гей делаешь вид, что тебя интересует исключительно душа, а не красивые ноги. Кстати, ты уже знаешь, чем была занята твоя Ева, пока ты жил в Лондоне? – Глеб молча кивнул головой.

– Пока ты берег ее девичью честь, она отдала ее этому..как его…

– Эдгарду. – Подсказал Глеб.

– Ага. Ему самому. Шлю..

– Андрей!

– Извини, Глеб, я понимаю, но это правда!

– Нет. Не правда. Пусть делает, что хочет и живет как знает.

– А я предлагаю ноги ей бантиком завязать, чтоб не распускала. Кстати, что-то Наташка не звонит. Обиделась, чтоли? Раньше даже обиды не мешали ей донимать меня звонками.

– Андрей. – Глеб закашлял, как будто в горле пересохло. – Наташа, она… ее больше нет. Андрей сел в кровати. Его глаза непонимающе уставились на друга. Видимо, он решил, что Глеб неудачно пошутил.

– Почему ты только сейчас мне об этом сказал? Если бы я не спросил, ты бы так и отмалчивался? – Андрей опустил голову, спрятав лицо в ладони. Какое-то время он просто молча сидел в этой позиции, качая головой, словно не хотел верить в то, что услышал. Наконец, он поднял лицо. Глаза его заметно покраснели, но оставались сухими. В палату вошла медицинская сестра, чтобы убрать закончившуюся систему. Пока она возилась, Глеб с Андреем не обмолвились ни словом. Заметив состояние Андрея, сестра поинтересовалась, хорошо ли он себя чувствует. Тот утвердительно кивнул головой, не в силах произнести ни слова. Наконец, когда девушка ушла, Андрей нарушил тишину:

– Как это случилось?

– Она… - Глеб выдержал паузу, подбирая слова.

– Покончила с собой? – Закончил за него Андрей. Глеб кивнул.

– Это я виноват. Я волочился за этой стервой, а Наташа мучилась.

– За какой еще стервой? – Не понимал Глеб. Он не стал напоминать другу, что тот сам некоторое время спустя называл это «здоровым интересом».

– За новенькой. Милиной Энжели. Она приехала из Лондона.

– Это с ней ты попал в аварию?

– Да. Мы чуть не сбили ребенка. Вернее, я чуть не сбил. Я вел ее машину.

– И как она?

– Не подлежит ремонту.

– Я о девушке. Она в порядке? Говорят, что на ней ни царапины.

– Да, и это странно. Нет, конечно, это замечательно, было бы не справедливо, если бы она пострадала из-за меня, но все-таки это странно. Всё это странно. Понимаешь, я не знал, что я делаю. Зачем я мчался на огромной скорости, зачем вообще вызвался подвезти ее. Я не контролировал себя.

– Ты о чем? – Не понял Глеб.

– Мой мозг будто отключился. Опомнился я только тогда, когда понял, что мгновение, и убью ребенка. Тогда эта чертовка выхватила руль, и мы слетели с дороги.

– Чертовка? Почему ты назвал ее так? – Удивился Глеб.

– Потому что она похожа на демона. Прекрасного демона.

– Демоны прекрасными не бывают. – Возразил юноша.

– Бывают. Она ангел и дьявол в одном лице. Прекрасная и пугающая, соблазнительная и отталкивающая. Она странная. Не такая, как все.

– Ты что, влюбился?

– Неет. – Протянул Андрей. – Это что-то другое, но не любовь. Это было временно, и как-то слепо, чтоли.

– Не понимаю.

– Что тут не понятного? Я ее хотел.

– Это тебя и привело к больничной койке. – Заключил Глеб.

– Возможно. – Согласился юноша. – но все это было странно, понимаешь?

– Это карма. Ты пожелал девушку, за это и был наказан, а она осталась невредимой. Это наказание.

– Заканчивай ты со своими проповедями! Не нравится она мне. То есть, мне кажется, в ней что-то не то. И эта ее внешность. Черные глаза, таких, по-моему, вообще в природе нет, волосы чернее черного. Изящная как змея.

– И что ты обо всем этом думаешь?

– Я не знаю, но приближаться к ней опасно. Я это чувствую.

Глеб возвращался домой со смешенными чувствами – выполненного долга и горечи. Андрей шел на поправку и недели через две его обещали отпустить домой, только Глеба беспокоило душевное состояние друга. Кто эта загадочная Милина, что обвиняется в случившихся несчастьях? Ведь Андрей не первый, кто говорит о девушке, как о некой странной особе, с приходом которой в школе повисла атмосфера горя и страданий. Глеб не сказал Андрею, что дома у Наташи была найдена баночка с серной кислотой. Вот только для чего она ей? Лицо и тело девушки не было обезображено, значит, понятно, что кислоту она достала не для себя. Глебу сразу вспомнилась девушка, которую он встретил ночью, возвращаясь домой. Лицо бедняжки было изуродовано, словно обожжено. Глеб не рассмотрел ее, но ему запомнились ее глаза – полные страданий, печали и ненависти. Его душила нечеловеческая аура незнакомки – от нее веяло жаром, огнем.