Легенда о чародее: Лазурный замок
Шрифт:
– Заркоил, нам нет дела до твоих тревог, – устало сказал Дармитас. – Решай свои проблемы сам.
– Я бы с радостью, – лукаво улыбнулся Заркоил. – Но так уж сложилось, что моя проблема, так или иначе заинтересует вас, а потому я решил сразу ей поделиться.
– Ну, так давай, мы ждем.
– Лешарп! – коротко сказал Заркоил.
– Вот уж не думал, что услышу на ночь это имя, – запричитал Дармитас.
– Мне не нравится Лешарп, – сказал Заркоил.
– Он всем не нравится, и что с того?
– Всем, – заметно заинтересовался вопросом Лоргиен. – Кроме некоторых наставников и Талимира.
– А мне лично все равно, – сказал вдруг Салир. – Мне Лешарп не мешает.
– Это пока что, – заметил ему Заркоил. – Пока Талимир жив, и он еще не определился с тем, кому передаст управление островом.
– А мне известно кому он его передаст, – заявил громко Салир. – Его наследником будет наставник Гумен.
– Гумен, тоже уже, не молод, – отметил Дармитас. – Да и силенок у него не хватит, что бы островом управлять.
– Если не Гумен, то значит Борготор, – уверенно заявил Салир. – У него-то точно сил хватит.
– Сил хватит, – согласился Лоргиен, с таким тоном, каким говорят люди, когда хотят сказать еще что-то. – Однако я сомневаюсь в достаточной мудрости этого учителя.
– Зато Талимир не сомневается, – настаивал Салир.
– Я бы на твоем месте не был так уверен, – посоветовал Лоргиен. – Потому как лично застал момент, когда архимаг не смог совладать с собой и в очень резкой форме отчитал наставника Борготора. В своих упреках он не раз употребил слово «глупый» и «недальновидный».
– Ничего себе! – удивился Заркоил. – А за что он на него?
Лоргиен только закатил глаза и развел руками.
– Однако! – оценил этот случай Заркоил. – Не знал, что Талимир может при воспитаннике так несдержанно высказаться по отношению…
– Он меня не видел, – объяснил поведение архимага Лоргиен.
– Тогда это много объяснят, – вник в суть Заркоил. – Ну, так вот, – продолжал он же. – Меня бесит, что этот хвастливый сопляк учится с нами на равных, и еще больше то, что когда он закончит обучение, то, скорее всего, вступит в наследство. Он молод, и силен не по годам, а потому в скором времени он нас вполне может перегнать, и тогда мы уже точно с ним ничего не сделаем.
– Есть мнение, – начал высказывать предположение Лоргиен. – Что Лешарп обладает каким-то секретом, который позволяет ему так быстро обучаться.
– Есть такое мнение, – согласился Заркоил. – Еще есть мнение, что этот секрет исходит от самого Талимира.
– В этом случае он точно станет правителем острова, – отметил Дармитас. – И если это, правда, то не удивлюсь, если Лешарп окажется его сыном.
– Это вряд ли, – не согласился Салир. – Слишком много совпадений. Я не исключаю, что Лешарп может быть его сыном, и архимаг в тайне продвигает своего отпрыска. Но я вряд ли поверю в то, что чародейские способности, предались ему по крови. Ведь раньше подобного не замечалось?
– Нам говорят что нет, – ответил Лоргиен. – Но это говорит Талимир, а при подобных раскладах ему бы это было на руку. Но я, откровенно говоря, слабо в это верю, потому, как подобными умениями наделялся бы каждый пятый, учитывая похотливые приключения наших наставников во времена их молодости.
– Об этом можно рассуждать всю ночь, – махнул рукой Дармитас. – Давайте ближе к делу!
– У меня появилась мысль о том, как нам лишить Лешарпа возможности вступить в наследство, – продолжал Заркоил. – Этого не произойдет, если Лешарп не останется на острове, по окончанию обучения.
– Очень свежая мысль, – издевательски заметил Салир.
– Не далее как вчера утром, – не замечая его цинизма, продолжал Заркоил. – Ко мне подошел один паренек с нижних этажей, и завел очень интересную беседу. Суть в том, что этот поганец является ровесником нашего «друга», и предлагает свои услуги, в качестве помощи.
– Помощи в чем? – не понял Лоргиен.
– В том, что бы Лешарп отбыл с острова.
– А ему то что? Он в наследство Талимира точно не вступит?
– Да какая мне разница? – развел руками Заркоил. – Парень хочет его погибели, и это главное.
– И что он предлагает? – с сомнением в голосе спросил Лоргиен.
– А вот это самое интересное, – поднял высоко указательный палец Заркоил и его глаза засияли. – Этот глупец спросил, как победить Лешарпа, и я ему ответил, что это не возможно, если только не обладать его силой. Когда он спросил, в чем секрет, я ответил, что с Лешарпом занимается целая группа учителей. А потом, сказал, как бы между делом, что если бы вся наша группа, таким же образом занялась бы чьим-нибудь обучением, то подобный воспитанник стал бы не менее сильным, и за более короткие сроки.
– И зачем ты ему это сказал? – скучно поинтересовался Дормитас.
– Я полагаю, что бы начать обучать его? – предположил Лоргиен.
– Совершенно верно, – довольно кивнул Заркоил.
– Ты хочешь, что бы мы все, тратили свое время на обучение этого недоноска? Я правильно тебя понимаю?
– Ты не ошибся Лоргиен, – лукаво подтвердил Заркоил.
– Я не стану, – на отрез, отказался Салир. – Для чего мне это?
– Даже если мы день и ночь будем обучать этого юнца, по ускоренной программе, то все равно он не станет сильней Лешарпа. Лешарп разорвет его одним взглядом, как только тот руки сложит, в какой-нибудь знак.
– Неужели ты думаешь, что я этого не понимаю? – усмехнулся в ответ Заркоил. – Я собственно на это и расщипываю.
– А потом, Талимир будет вынужден отправить Лешарпа с острова, – догадался Лоргиен. – А может и вовсе прикажет казнить, потому, как никто не поверит в то, что молодой и глупый юнец, осмелится бросить вызов такому выдающемуся воспитаннику как Лешарп.
– Это будет расценено, как умышленное убийство, – дал вслух правовую оценку Салир.
– Интересный замысел, – оценил его Лоргиен. – Я, пожалуй, даже займусь его осуществлением.
– И я тоже, – поддержал его Дармитас. – Так уж и быть.
Все остальные тоже подняли руки. Решение было принято единогласно.
– Нужно только хорошенечко внушить нашему новому ученику, что наше обучение, сделает его могущественнее, чем мы сами. Если нужно будет, придется поддаться, ему, а иначе у него возникнут сомнения, в том, что он готов выйти против Лешарпа.
– Это не трудно, – ответил Лоргиен. – Просто нужно почаще хвалить этого оболтуса, а остальное за нас сделает его самолюбие.