Чтение онлайн

– Расскажи нам об олене-оборотне поподробнее, – попросила Порция Денни.

Сесилии понадобилось некоторое время, чтобы понять, что имеет в виду ее подруга, и вспомнить, что они не на Люка охотятся в подлеске.

– Эта легенда очень старая? – продолжала Порция, переступая через упавшую ветку.

– Совсем нет, – ответил Денни. – Ей несколько десятилетий. Если верить местным сплетням, леса прокляты много поколений назад, но оборотень стал их последней жертвой.

– Ох, не надо. – Брук прихлопнул насекомое на шее и внимательно посмотрел на ладонь, прежде чем вытереть ее об одежду. – Существуют ли доказательства предполагаемого проклятия? Если под «проклятием» вы подразумеваете муки от укусов мошкары, тогда я согласен.

– Здесь умирают люди, – напомнила Сесилия.

– Люди умирают повсюду.

– Правильно, но в этом лесу жертв необычно много, – поддержал разговор Денни, останавливаясь и поднимая факел повыше. – Преимущественно молодых и безрассудно храбрых.

– Ничего удивительного, – упорствовал Брук. – Большинство людей, которые умирают случайно, молодые и безрассудные.

– Верь, во что хочешь, – пожал плечами Денни. – Но трудно объяснить, почему почти в каждой семье в округе есть жертва трагедии, случившейся в этих лесах. Даже аристократические фамилии не избежали проклятия. Например, старый граф Кендал…

– Все местные предания очаровательны, – прервала Порция, беря Денни под другую руку, – но не могли бы мы вернуться к истории о человеке-олене? Раз мы собираемся его найти, то должны знать, к чему готовиться.

– Да, конечно.

Денни начал рассказывать, и Сесилия намеренно отстала на несколько шагов. Эту сказку она слышала много раз. Как обедневший мужчина, отчаявшийся накормить больную жену и детей, ночью пошел в лес ставить ловушки на животных. Браконьерство считалось преступлением и влекло за собой серьезное наказание, но дедушка Денни закрывал на него глаза. Однако мужчина, про которого говорилось в предании, совершил смертельную ошибку и пересек границу Корбинсдейла. Старый граф Кендал не разделял терпимости мистера Дентона, и провинившихся в браконьерстве приговаривали к тяжелым работам и даже к ссылке.

– …Мужчина наклонился над связкой фазанов, – до Сесилии донесся драматический голос Денни, – и услышал лай собак. Лесник Корбинсдейла выследил его. Бедняга побежал, даже уклонился от нескольких пуль, виляя между деревьями, но не мог же он обогнать собак. В надежде отвлечь животных, бросил им добычу, но натренированные гончие даже не остановились, чтобы понюхать птиц.

Денни замолчал, выпрямился и осмотрелся, потом показал направо:

– Там олений след. Пойдемте по нему.

Хотя по извивающейся ленте следа идти можно было только по одному, Порция продолжала цепляться за руку Денни.

– И что он сделал? Охотник, которого преследовали собаки?

– Ах, да. Перед тем, как его догнали, мужчина упал на колени и взмолился духам леса, чтобы они спасли ему жизнь.

– И…

– Неизвестная сила бросила его на землю, а когда вернулось сознание, он превратился в оленя. Белого, как утверждает легенда.

– Абсурд, – проворчал Брук.

– После этого он легко убежал от собак на землю Дентонов. И даже смог вернуться в человеческое обличие, как только исчезла опасность. Но, видите ли, духи сыграли с ним злую шутку – он больше никогда не смог покинуть лес. Каждый раз, когда он пытался высунуть ногу – или копыто – за границу леса, мистическая сила возвращала его обратно. Духи леса спасли мужчине жизнь, но не отпустили.

– Что случилось с его семьей? – поинтересовалась Порция.

– Жена умерла, – ответил Денни. – Осиротевших детей отправили в работный дом. А животное, – он прочистил горло, – прошу прощения, человек-олень, обречен бродить по лесу до сих пор.

– Вздор! Ерунда! Самая большая ложь из всех неправд! – Брук забежал вперед и обернулся лицом к остальным. Охотники остановились. – Легенды, – продолжил он, – всегда имеют логическое объяснение. Очевидно, что это назидательная история придумана беззубыми бабками. Общеизвестно, что старый граф с ума сходил по охоте и запустил в свои леса экзотических животных и птиц: павлинов, вепрей и нездешних оленей. Его земли притягивали браконьеров, а в отношении нарушителей граф действовал очень жестко. Поэтому окрестные жители и придумали эту ерунду про человека-оленя. Они хотели напугать молодых людей и уберечь их от блужданий в лесах.

– Если таково было их намерение, – Сесилия окинула друзей взглядом, – очевидно, оно не сработало.

– Верно. – Порция отпустила руку Денни и прошла немного вперед. – Мы здесь и бесстрашно бредем все глубже в проклятый лес, невооруженные и заинтригованные.

Брук подхватил ее под локоть:

– Смелость от глупости отделяет лишь тонкая черта.

– Да, – сладко улыбнулась Порция, глядя на его руку. – И вы ее перешагнули.

Поджав губы, он ее отпустил.

С приветливой улыбкой Денни достал флягу.

– Не знаю как вы, а я отлично провожу время!

Группа молча продолжила движение. И снова Сесилия немного отстала, потакая своему сентиментальному настроению. Она шла метрах в пяти, на расстоянии, при котором приглушенные шаги «охотников» не мешали слушать глубокую тишину леса. Звуки здесь были другими – тоньше, мягче: скрип насекомых, едва различимое потрескивание веток над головой, шуршание потревоженных ночных существ в подлеске. Часов на пять раньше положенного времени вдалеке прокукарекал сбитый с толку петух. Такое иногда случается, когда луна почти полная и яркая.

Сесилия напряженно прислушалась. Можно ли услышатьлунный свет? В воображении зазвучал чистый серебряный звук, подобный ноте камертона, и полетел по лесу. Такие звуки улавливаются не ушами, а каждой клеточкой.

Чудесно!

Ее внимание привлекла вспышка, подобная блику на капле ртути. Сесилия повернулась влево, стараясь найти её источник. Светлое пятно исчезло, и девушка замерла, напряженно вглядываясь туда, где видела его в последний раз. Чуть левее и немного выше…

Здесь. Вот оно снова мелькнуло – белая стрелка в глубоких тенях. Не кончик ли рога это отсвечивает?

Сесилия непроизвольно шагнула вперед и удивленно посмотрела вниз, когда под ногой не раздалось хруста. Сойдя с тропы, она ожидала, что заденет несколько листьев, а под каблуком треснет раздавленная ветка.

Но этого не произошло. Утоптанная тропинка в этом месте расходилась в две стороны. Правая стежка вела к Денни и остальным «охотникам», которые отдалились еще на несколько шагов, левая – в направлении таинственной бело-серебристой вспышки.

Смелость от глупости отделяет лишь тонкая черта.

Да, и она ее пересекла четыре года назад.

Собственный тихий смех удивил Сесилию и облегчил выбор. Решение попахивало дерзостью и могло навлечь на голову девушки неприятности. Она это понимала.

Но все равно свернула влево.

Он ждал её.

Не было иного объяснения тому, что олень терпеливо стоял, мерцая в лунном свете, пока она пробиралась по извивающейся тропке сквозь лес. Через несколько минут Сесилия обогнула густые заросли ежевики и чуть не натолкнулась на животное.