Чтение онлайн

— И всё равно я счастлива. Ты делаешь успехи, Зиг.

— Да ну?

— Да! Ты уже сам можешь делать добрые дела! Скоро и я тебе не нужна буду, — я засмеялась.

— Не дури, ты мне всегда нужна, драгоценность.

Через пару седмиц стаял снег. Оголилась чёрная земля, показалась сочная зелёная травка. Я не могла нарадоваться, что время страшной, угрюмой зимы прошло. Светило солнце, грея тёплыми лучами. Казалось, что всё будет хорошо.

Но хорошо не будет — это знал каждый мальчишка в Бергсланде. Князь Зигрид Рыжий начинал новую войну.

Я снова тряслась в повозке. Угрюмилась, потому что за долгие месяцы ничуть не истосковалась по ней. Столько же ещё её не видеть… Целыми днями я глядела в окошко, на лес и горы. Вздыхала, жалея, что не могу пока ехать верхом. Мою кобылку Подарок взяли в поход. Вели вместе с запасными лошадьми, потому что Зиг обещал, что будет учить меня верховой езде на привалах. Я ждала этого с нетерпением.

Лейла чуть не лезла на стены от скуки. Беатрис всё время улыбалась, витая в облаках, и вязала будущему ребёнку всякие вещички. Я могла ей только позавидовать. У меня опять шла кровь вместо долгожданной беременности. Вечером, когда мы останавливались на ночлег и воины разбивали лагерь, я уходила в шатёр Зига. За Беатрис приходил воевода Йорген, и она шла с ним, счастливая и растаявшая. Лейла оставалась в повозке.

— Может, мне приказать поставить тебе палатку? — предложила я. Знала, как холодно в повозке, тем более одной. Лейла только отмахивалась.

— Нет уж, я справлюсь. Спи спокойно, госпожа.

Я вздыхала.

— Ладно, — однако сама, как не хотела, но думала, что она ходит к кому-то по ночам, хотя Лейла ничем себя не выдавала, и слухи до меня не доходили.

После её похождений, её слов и рассказа Зига о том, что он говорил с Лейлой обо мне и Гуди, я не могла доверять ей как прежде. Хотела, но не могла. Что-то с ней случилось. Лейла изменилась. Повзрослела? Или гулянки с волками сломали её девичью душу?.. Увы, я не могла понять.

Спустя седмицу мы пересекли границу Сёдраланда, и я приехала домой.

— Смотри-смотри! Вон уже стена Рагарда! — восторженно кричала Лейла, тыкая пальчиком в окошко. Они с Беатрис плакали от счастья, потому что мы оказались дома.

— Скорее бы увидеть тётушку Фелицию! Помнишь?

— Конечно! Думаю, она пустит слезу от счастья, когда нас увидит.

Вокруг уже вовсю цвели луга. Паслись коровы и овцы. Люди радовались весне. Только разбегались, правда, видя войско князя Зигрида Рыжего. Мальчишки-зеваки таращились на воинов, тыча пальцами, пока мамки не гнали их прочь.

Мне было странно. Нет, я испытывала радость, оказавшись дома, но ловила себя на мысли, что хочу вернуться в усадьбу в горах. Казалось, будто здесь я снова стану никем. Отец будет ругать меня за сладкое в неположенное время, заставлять учиться цифрам и вышиванию. Отберёт мою лошадь, потому что:

«Ты княжна, Катерина, ты должна быть примерной женой и матерью для сыновей своего мужа. Лошади — это мужское занятие. Чтоб я больше не видел тебя на конюшнях, поняла?» — интересно, скучает ли он обо мне?

Ворота Рагарда приветливо распахнулись, впуская часть головного войска на двор усадьбы князя Бернара Волка Юга. Теперь я точно была дома. Повозка остановилась. Я взволнованно комкала потными пальчиками юбку. Девочки вышли, а я ждала мужа, потому что мне было даже страшно показываться на глаза отцу без него. Всё изменилось. Я больше доверяла Зигу, чем кому бы то ни было.

— Ты чего, Китти, спишь тут? — усмехнулся Зиг и подал мне руку. Я неловко улыбнулась. Меня колотило, когда я взялась за его большую ладонь. Он помог мне выйти. Потёр мои пальцы и спрятал мою ручку в сгибе локтя. — Ты чего дрожишь? Тебе холодно?

— Я волнуюсь.

— Я с тобой, моя драгоценность.

Мне и правда было холодно, особенно в груди. Я помнила, как отец предал меня и мои чувства, отдав нашему врагу. Теперь всё изменилось. Враг стал моим самым дорогим человеком, а отец…

Он стоял у дверей в терем, где я провела всю жизнь. Загорелое лицо князя Бернара испещряли морщины, седые брови хмурились. На широченных сутулых плечах отца лежал плащ с соболиным воротником. Он был высоким и статным мужчиной, седым, как старик, но сильным и крепким воином. Зиг повёл меня к нему через двор. Около отца стояли его воеводы и прислуга. Все трепетали, ибо к ним заехал погостить сам Зигрид Рыжий, чудовище, которого ненавидит весь мир. Зиг ухмылялся. Понимал, какое впечатление производит, и будто упивался величием. Он положил руку мне на поясницу. Хвастал мной, своим сокровищем. Отец сильнее нахмурился.

— Здравствуй, Бернар Волк Юга, — первым кивнул Зиг.

— Здравствуй, Зигрид Горный Лев, — кивнул в ответ мой отец. Он взглянул на меня тёмными, родными глазами. Оглядел цепко и оценивающе. — Катерина, и тебе здравствуй, моя дочь.

Отец ничуть не изменился. Я хлюпнула носом. Вырвалась из рук мужа и кинулась на шею отцу.

— Папа! — повисла на нём и зарыдала. — Я так скучала! Папа! Папочка!

Он обнял меня, крепко обхватил за спину. Напряжение, копившееся всю дорогу до Сёдраланда, схлынуло. Я вспомнила, как мне не хватало защиты в Бергсланде. Как не хватало мудрого совета. Как не хватало отца.

— Я тоже скучал, Катерина, — вздохнул отец. Руки его дрогнули. Он поставил меня на землю и улыбнулся. Вытер моё лицо. Пальцы у него были такими же жёсткими, как у Зига. — Ты совсем не изменилась, мой цветок.

Я схватила его за запястья. Кусала губы, чтобы прекратить глупо плакать. Зиг усмехался надо мной, качая головой, но не прерывал радостную встречу. Я была благодарна ему, что он позволил мне обнять отца. Двух давних врагов объединяло лишь одно — я.

— Так, ладно, — отец отпустил меня. Он обернулся к Зигу. — Проходите. В зале уже накрыли столы.

Мы пошли в дом. Я испытывала трепет, снова вдыхая запах родных стен. Увидела знакомые гобелены и подсвечники, ковры в коридорах. Рагард была просторнее, чем усадьба Зига в Бергсланде. Крепость отца стояла на равнине, окружённая рвами с водой. Вокруг ютился городишко, а после — поля и луга, лес, где охотились на туров отец и брат, когда был жив.

Зал натопили и заставили столами с яствами. Нас встретила молодая женщина с тёмными длинными волосами и тёмными глазами. Она была дорого одета и носила на голове ободок с лентами. Я удивлённо взглянула на отца.

— Это Аделина, — представил женщину отец. Он показался мне смущённым. Я удивилась ещё больше. Он положил руку на плечо женщины. — Моя жена, княгиня Сёдраланда.

Я вскинула брови, оторопевшая.

Жена?! — внутри меня вскипела неожиданная ревность. Было обидно, что отец вдруг женился, словно забыл о нашей маме. Да, прошло уже много лет с её смерти, страшно сосчитать, княжеству нужен наследник, но…

Разве можно заменить маму другой женщиной?

Наверное, отец хочет попытать удачу на старости лет. Жена его молода, крепка и красива. Наверное, дочь кого-то из ближайших воевод. Я справилась с ревностью, напомнив себе, что уже не ребёнок и не могу устраивать истерики, и поклонилась мачехе.