Чтение онлайн

— Тебе удалось что-нибудь узнать о Стиле Призрачного Копья?

Клаптрап покраснел, а затем покачал головой. — Я спрашивал у нескольких человек, но я, честно говоря, не очень популярен здесь, так что

— Я знаю эту историю, — сказал Ремесленник Двэй, его обычная улыбка исчезла. Он серьезно посмотрел на Рандидли. — Хотите ли вы услышать о основателе вашего Стиля? Это не очень красивая история.

Рендидли пожал плечами. — Жизнь — не самое красивое место.

Ремесленник Двэй усмехнулся, а затем подошел к маленькому столику в углу. После того, как Клаптрап принес им всем по бокалу вина, Ремесленник начал говорить.

Глава 173

— Эту историю я услышал от нынешнего патриарха Стиля Крушащейся Волны, который является ответвлением Стиля Бескрайнего Моря, базирующегося в Столице Центрального Региона. Он рассказал мне, что долгое время, до того, как появилась дополнительная информация Шала широко боготворили молодые элиты в Столице за его героизм в победе над Пожирателем. Но к концу они просто игнорировали его, как и все остальные. Но это будет позже. Сначала, и самое главное, был человек, который станет Призраком Копья, Эймонт. Потому что история Шала — лишь небольшая часть следования по стопам его отца.

— Никто толком не знал семью Эймонта, но он поступил в небольшой, третьесортный Стиль и усердно учился ему. Так усердно, что люди вокруг него были в шоке. В конце концов, это была Столица Центрального Региона. Там были тысячи Стилей, яростно борющихся за новобранцев, которые приходили в столицу в поисках удачи, ставя свою жизнь на кон только со своим копьем. Те, у кого был талант и преданность, шли в более крупные Стили. Если этот мальчик был здесь и обладал такой прекрасной трудовой этикой, могло быть только одно объяснение: у него не было таланта к копью.

— Что было правдой, в некотором смысле. Эймонт был серьезен, но неуклюж. Копье не было его оружием. Но у него было две вещи в самом начале его карьеры, в то время как большинство других могли тренироваться годами, чтобы получить их. Это были два навыка: Боевой Настрой и очень аморфная Борьба. И Эймонт боролся.

— Были соперничества и дуэли, великие испытания и бурные отношения, но для наших целей вдаваться в это было бы немного утомительно. Достаточно сказать, что к 25 годам имя Эймонта было известно по всей Столице, хотя об этом только шептали. В конце концов, Эймонт отказывался участвовать в довольно крикливых Выставках , организованных могущественными и богатыми Стилями Столицы. Он был бедным человеком, даже тогда, несмотря на его успех с копьем, и его Кисточка была потрепанным красным куском, который был настолько изношен, что казался почти серым.

— Но Эймонт влюбился в женщину, которая была одной из избранных учениц Стиля Бесконечного Жара. К счастью для него, он ей тоже нравился. Медленно, этот очень бедный человек из Стиля, у которого даже не было набора навыков, крутился вокруг женщины, которая унаследует Древний Редкий Набор Навыков. Сначала старейшины думали, что это просто дети играют, и не обращали на это внимания; затем женщина забеременела. Теперь главный старейшина в то время был в ярости, но он знал, что ученица — упрямая особа, поэтому у него появилась гениальная идея. Установить условия его допуска в Стиль в качестве почетного ученика, чтобы узаконить отношения.

— Установить невыполнимые условия.

— Итак, Эймонта привели к старейшине, и старейшина сообщил ему чудесную новость о беременности. Эймонт, обычно стоический человек, улыбнулся так, словно был бы доволен умереть прямо здесь и сейчас, если бы до этого дошло. Чего и хотел старейшина.

— Затем старейшина продолжил объяснять, что ходили негативные слухи об Эймонте и ученице от других старейшин. Что они не подходят друг другу из-за разницы в социальном статусе. И когда Эймонт начал хмуриться, старейшина сказал гораздо более молодому человеку, что у него есть идея; возможно, если бы Эймонт выполнил, казалось бы, невыполнимую задачу, старейшина мог бы помочь Эймонту повлиять на их чувства. Если бы было неопровержимое доказательство способностей Эймонта, даже эти упрямые старейшины не смогли бы ничего сделать, кроме как уступить.

— Какую задачу? — спросил Эймонт, и старейшина сказал: Ну, как насчет того, чтобы отправиться на передовую и убить монстра?

Рендидли моргнул, осознавая, как слова исказились в воздухе и ненадолго вернулись к языку, которого он не понимал. Ему было интересно, какую тайну система пытается скрыть от него на этот раз. Что-то с передовой, да ? Война с кем, задался вопросом Рандидли.

Но Ремесленник Двэй продолжал говорить, и его слова снова стали понятными, поэтому Рендидли не сделал ничего, кроме как отложил информацию на потом. — Сначала Эймонт сомневался, но старейшина печально покачал головой и спросил, может ли Эймонт придумать что-нибудь еще, что было бы неопровержимым доказательством силы Эймонта. Эймонт мог только молчать.

— В те дни на передовой было гораздо больше активности, и в месте; было полно монстров, поэтому получить возможность было бы несложно. Трудной была сама задача. Но Эймонт зашел так далеко, полагаясь на свои два навыка — Борьбу и Боевой Настрой, и это не было исключением. Эймонт пошел и провел год на передовой, несмотря на мольбы ученицы. Год спустя он вернулся. Более старый и сильный, и уставший, но не достигнув своей цели.

— Но теперь его решимость была установлена. Он навестил своего сына, которому сейчас было несколько месяцев, и провел время с женщиной, на которой хотел жениться перед всем миром. Затем, через неделю, он вернулся на передовую. К ужасу старейшины, ученица снова была беременна. Теперь им было чрезвычайно трудно игнорировать отношения между ними двумя, потому что два сына были сделаны и находились в Столице, на их территории. Но они ничего не могли сделать, все младшие ученики были очарованы детьми, осыпая младенцев любовью.

— И была продолжающаяся проблема с Эймонтом. По общему мнению, он довольно часто находил и вызывал монстра на бой. И хотя он так и не смог убить ни одного, он выжил, что больше, чем большинство может сказать. Он был официально зачислен и начал подниматься по армейским рядам. После своего второго года на передовой Эймонт снова вернулся, и хотя он был покрыт шрамами, его сыновья наполнили его юношеской энергией. На этот раз он оставался в течение месяца, встречаясь и братаясь с молодыми учениками, которые были увлечены этим могущественным молодым человеком с рассказами о передовой.

— Но после этого времени он был вынужден уйти. Но не раньше, чем поцеловал старшего сына, Пронто, и младшего сына, Шала, в лоб. Затем он ушел.

— Но Эймонт не сразу вернулся на передовую. У него все еще было два открытых слота навыков, и он планировал использовать один, чтобы изучить навык, который мог бы подтолкнуть его на следующий уровень. В конце концов, даже если бы у него была сила Ремесленника, без навыка с мощным образом, он никогда не был бы официально признан Ремесленником, и его потенциал был бы значительно уменьшен. Поэтому он искал могущественного человека, который мог бы научить его мощному навыку. Неизвестно, кого он нашел, но он вернулся, владея мощным навыком Яростный Серп, который сильно повлиял на его более поздние образы.

— В тот год он не вернулся с передовой. Ни в следующем году. Только через 3 года он вернулся. Но когда он пришел, он был с головой монстра.

— Конечно, старейшины не хотели, чтобы Эймонта официально признали, поэтому они действовали быстро, пока Эймонт прибывал. Некоторые взяли на себя смелость прервать рост от основания; ученица была убита. В ярости Эймонт собрал своих сыновей и бежал, покинув центральный континент и направившись на север. По слухам, Эймонт ушел, неся свое копье, пылая яростью и аурой смерти, в то время как его старший сын Пронто нес гораздо меньшего Шала, как ребенка на руках.