Чтение онлайн

По мере того как Рендидли тратил всё больше и больше оставшейся умственной силы, свет, который заставлял других признавать его образ, становился всё ярче и требовательнее. И когда это произошло, Рендидли поднял правую руку, согнув её в зазубренный коготь.

И снова его разум разделился на двое. В правой руке собралось всё злобное негодование, которое он испытывал из-за того, что его довели до этого. Его глаза были широко открыты, когда он втискивал всё больше и больше (Жестокого Возмущения Иггдрасиля) в тесное пространство своей хватки. Все страдания, которых он желал Стэну, стали тикающей бомбой в его побелевшей от напряжения руке.

Внизу корни снова и снова обрушивались на барьер, окружавший Клариссу, затопленную маной. Даже с учётом смертоносных шипов Рендидли не мог пробить брешь. Он чувствовал, как большой поток маны вырывается из хрупкого юноши, чтобы поддерживать барьер, но казалось, что он не падёт быстро. Юноша продолжал залпом пить зелья маны.

Рендидли мог бы ударить по нему, но он не мог не заметить, как плотно миссис Гамильтон наложила свои провода вокруг этого паренька. Из всех присутствующих сейчас самым опасным для атаки был бы этот барьерный маг. К тому же, у Рендидли появилась идея.

По мере того как воздух вокруг правой руки Рендидли продолжал искривляться и рябить под воздействием искажающей реальность агонии (Жестокого Возмущения Иггдрасиля), Рендидли указал левой рукой в сторону Клариссы. Пришло время открыть путь.

Три Желания , номер два. (Хватка Нефритовой Шлаки).

Никакие закалки в мире не смогли бы остановить двадцатиметровый нефритовый коготь, который вырвался из земли позади Клариссы. Жилы золота прочертили толстые, пульсирующие линии поперёк когтя. Аура силы прокатилась наружу, за ней последовала волна жара. Как только он появился, Рендидли почувствовал, как миссис Гамильтон быстро передаёт зелья маны человеку рядом с ней.

Изумрудные глаза Рендидли оценивали их всех. Затем коготь обрушился на барьер.

Мгновенно земля затряслась по всей арене. Сила когтя, обрушившегося на землю вокруг Клариссы, расколола близлежащую землю на большие, дрожащие осколки. Эти трещины быстро распространились наружу, когда удар скользнул по барьеру и ударил в землю.

Рендидли предположил, что это его вина. Эти трещины быстро распространились наружу. (Бесконечные Пальцы Иггдрасиля) продырявили землю дырами. Карьер больше не мог выдержать продолжающееся структурное повреждение, которое он наносил. Если он не будет осторожен, всё это может просто рухнуть в окружающую воду.

Арена в центре заполненного водой карьера была большой, но Рендидли теперь чувствовал тонкие, как волос, трещины, проходящие по всей её поверхности.

Но больше всего Рендидли удивило то, что Клариссе удалось выдержать атаку. Хотя чёрные тучи уменьшились до половины своего прежнего размера, барьер продержался достаточно долго, чтобы она смогла призвать существо ветра прямо над собой. Ветер вырвался из неё наружу, яростно сопротивляясь огромному нефритовому когтю, который пытался раздавить её. Кольца ветра вращались с такой скоростью, что даже жар рассеялся.

Но барьер был сломан. Всё, что у неё теперь было, — это ветер.

Рендидли достиг вершины своего прыжка и вынес вперёд руку, держащую (Жестокое Возмущение Иггдрасиля). Головная боль в его висках усиливалась. Одно дело — использовать (Божественный Облик Иггдрасиля), чтобы усилить свой образ, но другое — сконцентрировать всё (Жестокое Возмущение Иггдрасиля), которое он мог, в своей руке. Что ещё хуже, Рендидли насильно вливал в него свою волю, терпя агонию и настаивая на том, чтобы оно двигалось по прямой линии.

Его Сила Воли стала стволом, его Возмущение — пулей.

Когда из его носа потекла кровь, Рендидли выпустил взрыв. Носа не было. Но прежде чем кто-либо успел среагировать, он поглотил расстояние до Клариссы и ударил её в бок головы. Мгновенно её взгляд стал затуманенным. Ветер вокруг неё стал вялым, а затем рассеялся.

Без ветра Кларисса рухнула. Затем тяжёлый нефритовый коготь упал вниз, потеряв свою силу и просто став твёрдой скалой.

Но на этом атака не закончилась. От Клариссы наружу распространилась волна сгущённого (Жестокого Возмущения Иггдрасиля). Поскольку они встали между Хелен и Клариссой, группа Аланы пострадала больше всех. Братья и сёстры Кортез были отброшены, как тряпичные куклы, без сознания. И хотя Хелен использовала их более крупные тела в качестве прикрытия, Алана и Дозер оба получили резкий психический урон, задержавший их на долю секунды.

В этом открывшемся промежутке Хелен нанесла глубокую рану на груди Дозера, а затем ударила по Алане. К счастью, Алана успела вовремя блокировать удар. А затем Алана обрушила сокрушительную контратаку, заставившую Хелен попятиться назад.

Но когда Рендидли начал падать вниз, он был доволен и этим. Вся причина, по которой он принял на себя значительное дополнительное психическое напряжение, заключалась в том, чтобы нанести неожиданный удар по группе Аланы. Даже Рендидли был удивлён тем, как сложно контролировать сразу так много навыков, интенсивно использующих образы, но если это освободит Хелен, то оно того стоило.

И снова Рендидли посмотрел на силы Доннитона. После последних нескольких атак число врагов, с которыми ему приходилось иметь дело, сократилось до десяти.

Миссис Гамильтон, Энни, Донни, Сэм, Паоло, Кейл и Глендел свирепо смотрели на него. Птолемей тоже был ещё активен, исцеляя хрупкого юношу рядом с миссис Гамильтон. Деклана нигде не было видно, но Рендидли не сомневался, что он всё ещё активен, зализывая свои раны.

Рендидли неожиданно ухмыльнулся. Надеюсь, твоя собственная кровь немного менее острая, чем моя, да, Деклан?

С добавлением Аланы и Дозера осталось всего двенадцать человек, которые могли противостоять Рандидли. И те, кто остались, были не в лучшем положении. Все потели и были ранены. Но Рендидли тоже.

Рендидли собрал остатки своих сил, спускаясь вниз. Пришло время заканчивать дело.

Миссис Гамильтон посмотрела на Берила. — Это слишком долго. Мы не сможем удержать его на месте целую секунду.

Берил, прервав своё быстрое поглощение зелий маны, сердито посмотрел на миссис Гамильтон. По его дрожащим рукам она видела, насколько далеко за пределы своей зоны комфорта зашёл Берил. — Ну, тогда я ничем не могу помочь. Это займёт целую секунду. Такова реальность моего уровня навыка.

За последние шесть месяцев Берил поднялся по служебной лестнице и стал её правой рукой. Как и братья и сёстры Кортез, миссис Гамильтон готовила его к следующему поколению лидеров в Доннитоне. В отличие от братьев и сестёр Кортез, однако, миссис Гамильтон ознакомила Берила со всем комплексом мероприятий, которые она проводила от имени Доннитона.

Это была рассчитанная ставка на то, чтобы подвергнуть его жестокости реальности, потому что Берил был относительно робким человеком, несмотря на свою дерзкую манеру речи. Она надеялась, что он сможет научиться тому, когда следует использовать мягкий подход, а когда просто засучить рукава и устранить опасную угрозу.