Чтение онлайн

— Есть несколько очень особенных индивидуумов, которые обычно умирают рано, чья душа в момент смерти более могущественна, чем их образ. Поэтому, когда Система пытается их собрать, они прорываются сквозь сеть. Сбой в одной части Системы приводит к каскаду сбоев даже я не совсем понимаю детали. Душа слишком сильна, чтобы быть сдержанной слабой сетью, посланной за ними. И поэтому образ и душа падают вместе, прорывая дыры в Системе на всём пути пока не врезаются в край Нексуса.

Брови Рендидли поднялись с чем-то сродни тревоге. Тем временем Покровительница Цветения продолжила своё объяснение. — Если эта душа слаба, удар рассеивает её. Проблема решена. Но если эта странная и совершенная конструкция обладает достаточной целостностью, она прорывает дыру в краю Нексуса и сбегает обратно в исходную вселенную. А сам Принц Пустоты, которого мы видим, — Покровительница Цветения указала на сферу тьмы, пляшущую узорами. — Это пробка значимости, которую Нексус создаёт, чтобы остановить утечку через эти дыры.

— Пробка? — нахмурился Рэндидли.

— В основном значимость, пожертвованная Нексусом, — кивнула Покровительница Цветения. — Но, конечно, основа — это образ индивидуума; он не может последовать за душой, чтобы сбежать из Нексуса, и остаётся позади. И Нексус наполняет этот образ значимостью, чтобы удерживать разрыв. Именно поэтому образ в конечном итоге совершенствуется в нечто действительно ценное, обладающее образом и значимостью. И я уже могу сказать, что остаток Хелен будет весьма особенным.

Рендидли запрокинул голову и рассмеялся. — Значит, даже после смерти Хелен оставила последнее пошёл ты для Нексуса, да?

Даже если он всё ещё чувствовал себя одиноким, ему стало легче. Если Хелен, замученная Уиком до смерти, всё ещё могла создавать проблемы для Нексуса, какое оправдание было у него?

Глава 1903

Нрорс сидел на тёплом песке, просто наслаждаясь звуком неутомимого океана, разбивающегося о берег. Он не мог отрицать, что обстановка этого места была приятной. Он пришёл исследовать мир Призрачного Пса, чтобы понять этого юношу, а также чтобы отвлечься от своего дома, набитого мучительными воспоминаниями. Когда Рендидли предложил кого-нибудь, кто мог бы показать ему окрестности, Нрорс фыркнул и ушёл, не ответив.

Этот уход был относительно удовлетворительным. Небольшая горстка власти, которую Нрорс забрал себе. К сожалению, он не смог так легко убежать от воспоминаний, как от назойливого Рэндидли. Когда пенящаяся вода отступала после каждой волны, он почти видел крошечные следы, гонящиеся за краем.

Папочка, папочка! Смотри, какой я быстрый! Море меня никогда не догонит!

Его губы растянулись, почти невольно. Его тело было честным, даже если сердце болело, а слёзы подступали к глазам.

И даже если оно тебя догонит, я всегда тебя спасу, любовь моя .

Холодный кинжал будто шёпотом вскрыл его грудь и скользнул в его сердце. Нрорс прищурился и сгорбился, но в остальном не двигался, пока эмоции утихали. Было бы несправедливо сказать, что Рендидли причинил эту боль; если уж на то пошло, он спас Нрорса от медленной, некротической смерти, которая наступила бы от игнорирования боли, пока она не поглотит его душу и не оставит его пустым, как пугало, ухаживающее за своей фермой.

Проблема была лишь в том, что теперь ему приходилось сталкиваться с этой болью каждое мгновение каждого дня —

Мягкий топот ног по песку отвлёк Нрорса от его страданий. Он подумывал бежать, зная, насколько двойственной, Джекиллом и Хайдом , может быть население этого мира, когда дело доходит до неожиданных негуманоидов в их близости. За неделю, что он исследовал Эспиру, его уже выгоняли взглядами из нескольких мелких заведений.

Если бы он не мог раздуть свой образ и запугать большинство жителей этого мира, он подозревал, что они могли бы сделать что-то похуже, чем просто уставиться.

Но он находился высоко на дюнах над водой, а шум доносился снизу. Поэтому он остался неподвижным, решив просто наблюдать. Однако то, что в итоге прошло внизу, распахнуло его глаза так широко, как только возможно.

Молодой мальчик, лет десяти от силы, бежал по пляжу широкими шагами. Однако его осанка казалась мучительной. Он был сильно согнут в поясе во время движения, так что его туловище было перпендикулярно земле. Тем временем его шея вытягивалась вверх, позволяя ему видеть, куда он направляется. На его спине был огромный рюкзак, почти вдвое превышающий размер мальчика. И судя по тому, как он подпрыгивал, он был невероятно тяжёлым.

Больше, чем на ребёнка, он походил на длинноногих, длинношеих нелетающих птиц, которыми всегда восхищалась дочь Нрорса.

Выражение его лица было скучающим, но Нрорс не упустил из виду, как он подстраивал свои ноги, когда приходили волны, бегая по краям и следуя за отступающей водой обратно к океану, чтобы повторить это снова.

Даже Нрорс не мог поверить, что он начал это взаимодействие. Он повысил голос и окликнул его. — Малыш, что, чёрт возьми, ты тут делаешь?

Мальчик остановился и вывернул шею. Его ноги проскользнули вперёд по мягкому песку. Он дважды моргнул, глядя на маленького синего гоблина, но быстро начал шагать к нему. К сожалению для мальчика, его ноша была настолько тяжела, что каждый шаг, который он делал вверх по склону песчаной дюны, заставлял его сползать вниз ровно на такое же расстояние. Примерно через тридцать секунд бесплодных попыток взобраться на склон дюны, мальчик сделал несколько шагов назад, разбежался, а затем запрыгнул на пять метров вверх.

Он приземлился с огромным взрывом песка, который забрызгал лицо Нрорса и заставил его закашляться. Дюна под ними немного задрожала, но не обрушилась. Удовлетворённо кивнув самому себе, мальчик снял свой рюкзак и поставил его на землю. Только тогда он, казалось, заметил, как Нрорс пытался вытереть песок из глаз. — Ох, прошу прощения, честный странник. Вы, на самом деле, мой первый клиент, поэтому я немного нервничаю.

— Клиент? — Гоблин сморщил нос от этого слова, но мальчик, не заметив этого, возбуждённо пустился в заготовленную речь.

— Возможно, я и новичок на арене соревновательного верхового передвижения, однако уверяю вас, что я неустанно тренировался, чтобы достичь этой точки, — глаза ребёнка буквально светились, когда он смотрел на Нрорса. — Мои ноги сильны. Я хорош в разговорах. У меня есть компас. Моя скорость намного выше, чем вы могли бы развить, идя самостоятельно, а моя компания — просто золото

— Ты сказал верховое ?

Вопрос Нрорса ничуть не замедлил мальчугана. Свет в его глазах не допускал неуместных вопросов. — Я также принёс несколько вариантов сёдел для вашего удобства. Учитывая ваши крошечные ножки, я думаю, это — Мальчик подошёл к рюкзаку и начал рыться в огромном количестве карманов. Он вытащил и отбросил несколько кожаных сёдел. — ээ, ну, я не помню, куда я это положил. Я уверен, мы сможем найти что-то, что вам понравится! Ну, так что скажете?

Мальчик развернулся и широко раскинул руки, будто они оба собирались обняться. Затем он просто стоял и смотрел на крошечного синего гоблина с широкой и выжидающей улыбкой на лице.

Этот оптимизм сжал сердце Нрорса.

Полагаю, это лучше, чем дискриминация нелюдей

Нрорс поджал губы. — Давай не будем так сразу. Как тебя зовут?

— Ох, я Сунан, человеческая ездовая ! — Гордо провозгласил мальчик.

— и ты хочешь, чтобы я использовал тебя в качестве транспорта до моего пункта назначения