Чтение онлайн

Это так изнурительно.

Внутри своего панциря она ссутулила плечи.

Неужели эти другие глупцы действительно хотят пережить это испытание?

— Если он решил не присутствовать на оборонительном собрании, это его решение, — сказала Черепашья Линия в золотых доспехах холодным голосом. — Разве мы не видели его неуважение к власти снова и снова? Если бы его не забавляло вмешиваться в эти конфликты, вероятно, он оставил бы нас на произвол судьбы, как раз когда он был нам нужнее всего. Нет, гораздо лучше, что он остаётся вне игры, чтобы не мог предать нас.

Пока другие Черепашьи Линии проворчали в знак согласия, Фатия Серулиан поднял свои когти. — А теперь, не будьте слишком строги к Голодному Глазу. Его помощь была бесценна в борьбе против Деганауиды. И нельзя винить его за желание спрятаться и зализать раны; требуется немало храбрости, чтобы продолжать, даже будучи затруднённым.

Он спас твою жизнь, лживый ублюдок,

Кетоп прочистила горло, желая продвинуть разговор вперёд. — Всё это не имеет значения. Я снова спрашиваю, что

— Вообще-то, — Серулиан поднял взгляд и улыбнулся. — У меня есть несколько идей, как мы можем контратаковать чернь Нетера. К нам обратились с поистине необычной возможностью.

Дверь открылась, и в комнату вошли трое. Первого Кетоп узнала как этого мерзавца Дона Бейгона, который пытался и не смог справиться с ситуацией в трущобах, и теперь они встали и ушли. Однако её сердце замерло, когда она почувствовала волны силы, исходящие от двух других личностей, что плыли за ним.

— Приветствую, — второй человек поклонился. У него были черты но они были перепутаны. Массивный глаз занимал его подбородок, а два маленьких рта располагались там, где обычно были глаза. — Я называю себя Пророком. А это Коса. И теперь, когда она раскрыла себя мы хотели бы помочь вам в убийстве Арбитра Нетера.

Глава 2298

Рендидли свернулся в кармане гравитации, в тепле и уюте. Он стал метафизическим семенем, укореняющимся в самой сути мира памяти, стремящимся к прорастанию. Иггдрасиль раскинул свои корни в окружающую среду, выпивая хаотические фрагменты энергии, оставшиеся на поле боя. Когда они были полностью исчерпаны, образ пил из земли и неба.

В тот момент две армии просто наблюдали друг за другом. Вероятно, они полагали, что легкое изнеможение, которое начало просачиваться в их кости, было всего лишь стрессом. Исчезающая энергия оставалась незамеченной. И Иггдрасиль достаточно хорошо знал, что не следует брать у тех, кто способен заметить.

С одной стороны, Рендидли знал, что наносит довольно серьезный долгосрочный ущерб памяти: большинство субстанций не могли произвести, не говоря уже о потреблении, даже доли энергии, которую он расходовал ежедневно. Затраты на то, чтобы просто вернуть его к точке, где его собственные двигатели снова заработали бы, оставили бы окружающую среду разрушенной и безжизненной. Совершенно новые Пустоши создавались на северо-восточной стороне Хомуэлла, прямо под ногами армий, сейчас замаскированные шрамами войны. Однако он также обладал (Анимацией Нова). Он мог взять сейчас, но мог и восполнить позже.

Так он, во всяком случае, успокаивал свою совесть.

Тем не менее, он знал, что этот процесс был необходим; Рендидли нужно было как можно быстрее вернуться к полной силе. Движения начались в обеих армиях. Сначала в армии Эфира, которая готовилась воспользоваться отсутствием Деганауиды. Затем силы Нижнего Мира сместились в ответ, заняв оборонительные позиции.

Длительный период бездействия для Рендидли также позволил (Певице Отсутствия) приспособиться к своей новой форме. Яркое лазурное сияние легло на плавники-крылья сирены, хотя ее кожа оставалась серой и измученной. Ее черные глаза пульсировали и впитывали окружающий свет, обладая обрывками ужасающей притягательности горизонта событий.

Глубокая рана разочарования и гнева горела в ее груди, когда она осознала себя, но пауза и игра с (Близнецами Затянувшихся Теней Несчастья) многое дали ей, научив радостям обладания физической формой, хотя она и была нема. Она могла играть и восстанавливаться, привыкая к присутствию других его образов.

(Певице Отсутствия) понадобится помощь, поскольку она удерживала его вторую попытку невозможного.

Рендидли проверил, и он все еще мог проявлять горизонт событий, предвестник прибытия (Певицы). Его грудь поднималась и опускалась с каждым вдохом. Он мысленно прошел через последние приготовления ко второй попытке и ставил галочку за галочкой.

Он имел доступ к механике создания когорт.

Его (Ядро Нижнего Мира) восстановило большую часть своего импульса и снова могло обрести значимость.

У него был мощный образ, способный создавать мост суперпозиции.

Его сосредоточенность и эмоциональная мощь постепенно возвращались к нему, его море наполнялось, когда он собирал свои силы и начинал очищать темное бессознательное, текущее в него из Альфа-Космоса.

Внизу две армии пришли в движение. Элитный отряд во главе с золотисто-бронированной Черепахой рванул вперед, прорываясь сквозь Воинов Нижнего Мира. Объединенные образы помогли отбросить силы Нижнего Мира, несмотря на их численное превосходство. И Рендидли наконец понял переменную, которая придавала силам Эфира уверенность в атаке: Культ Спасителя выбрался из своей норы и снова подтолкнул обе стороны к столкновению.

В своем состоянии семени Рендидли злобно посмотрел вниз на поле боя. Его сознание зафиксировалось на двух людях из Культа Спасителя, он даже не потрудился держать свой фокус слегка в стороне, чтобы не тревожить их. Он почувствовал мрачный трепет удовлетворения, когда Коса дернулась, как только он зафиксировался на них. Падаль Иггдрасиля щелкнула зубами, вспоминая ощущение разрыва плоти этого теневого существа.

Мне нужен конфликт. Но я ненавижу то, что приходится позволять вам подвергать опасности еще больше жизней ради него ,

Сердце Рендидли болело. Он закрыл глаза. Это была старая дилемма, которая преследовала его с тех пор, как возник Альфа-Космос: насколько он должен защищать свой народ, насколько он должен позволить им страдать ради общего блага?

Ему также понадобится помощь Лованны позже, что заставило его колебаться. Но с Деганауидой, хлопочущей вокруг нее, как наседка, и Энмьей, проносящимся сквозь толпы Воинов Нижнего Мира, Рендидли верил, что они смогут защитить ее.

Рендидли позволил своему сознанию расфокусироваться. Даже императив, запечатленный в нем о пределах возможного, стал менее навязчивым, когда он плыл. Постепенно его восстановление ускорилось. Его тело гудело от ощущения наполненности, которого он не испытывал довольно давно, поскольку Эфир и Нижний Мир свободно перемещались в его конечностях. Его сердце билось, его (Ядро Нижнего Мира) вращалось. Плотность энергии росла, улучшенная длительными периодами истощения.

Он продвигался, приближаясь к ужасающей способности таких, как Деганауида.

С отключенным разумом все накопленные физические энергии воспламенились в его существе. Три его образа зашумели, возвращаясь к яростной жизни, каждый горел разным желанием. Иггдрасиль стремился к стабильности и росту. (Ужасный Гомункул) обратил свой грозный интеллект на то, что произойдет дальше. А (Певица Отсутствия) хотела доказать, что она существует, когда ее физическое тело не совсем заставляло ее чувствовать себя полностью реальной.