Чтение онлайн

Идя по больничным коридорам, девушка думала об этой осени. Об этих холодных и промозглых днях. О ее болезни. Она знала, что она больна. Каждый день она кашляла, а в последнее время на платке она стала замечать капли крови. Тогда врач уговорил ее сдать дополнительные анализы. Это был немолодой мужчина с хриплым голосом. Лицо его всегда приобретало угрюмое выражение, когда он разговаривал с ней. Его сухие тонкие губы медленно двигались, пока он рассказывал о ее диагнозе. В кабинете было прохладно. Даже холодно. Валерия сидела на сломанном черном стуле, сидушка которого то и дело норовила отвалиться. Она нервно поерзала на нем, смотря в треснувшее стеклянное окно.

— Вот, таким вот образом, я хочу сообщить вам, что у вас рак легких, 3 стадии, вам срочно нужно лечиться, в обязательном порядке, — врач сообщил ей эту новость сухим и строгим голосом.

— Но я прочитала в интернете, что есть вероятность ложных анализов, а еще…разве при раке кашляют кровью? Может вы ошиблись? — Она наивно взглянула на него с надеждой, — может лучше повторить анализы?

— А вы сами не чувствуете, как распадаетесь по частям?

— Что вы только что сказали? — Воскликнула девушка и удивленно посмотрела на врача.

— Вы распадаетесь по частям. Взгляните на себя в зеркало.

— Зачем?

— Вы похожи на девушку, которая только что восстала из мертвых, Валерия. Я искренне извиняюсь за эти слова, но вы не замечаете очевидного! Посмотрите на себя. У вас огромные синяки под глазами, которые трудно будет скрыть даже под самым тяжелым макияжем. Ваши и без того тонкие волосы редеют с каждой неделей. И вы невероятно похудели. И теперь кажется, что на вас больше не осталось и капли жира или даже кожи. Вы очень худая. Как скелет. К тому же кашляете кровью. Плохо спите по ночам.

— И что? Мне кажется, что все можно еще исправить! — Прошептала девушка, сломленная словами своего врача, — да, все плохо. Очень плохо.

— Вам срочно нужно лечь в больницу и начать курс. Незамедлительно.

— Но как же моя работа? Я не могу.

— С работой придется повременить, либо можете продолжить на нее ходить, а после сразу лечь в гроб, — мрачно пробормотал доктор.

— Нет, доктор, вы не понимаете, — она жалобно смотрела на него, из глаз у нее текли слезы, она повторила, — вы не понимаете. У вас есть жизнь, которая имеет какой-то фундамент. Моя работа — это мой фундамент. Без нее я пропаду. Я не могу влезать в долги — я ведь могу их потом и не выплатить. Это создаст огромные проблемы. Я не знаю, что мне делать. Я не могу бросить работу.

— Не бросить, Валерия, а временно приостановить рабочие будни, чтобы восстановить свой погибающий организм.

— Нет, это невозможно! После того, как я выйду из больницы, я окажусь на улице! А еще мне нужно платить кредит за машину! И за ее ремонт! И за бензин!

— Если вы испытываете такие сильные финансовые трудности, то я рекомендую вам обратиться за помощью к своим близким. Я уверен, что они вас поймут и поддержат. Вы умираете! Вы это понимаете?!

— У меня никого нет! Кроме сестры. И мы давно не общались. Уже два года прошло.

— В таком случае, позвоните ей и все расскажите. Она должна знать, — все так же сухо продолжил врач, — на этом у меня все. Придете, как будете готовы. Однако я рекомендую вам это сделать буквально на днях, иначе потом будет уже слишком. Слишком поздно.

Валерия вышла из его кабинета в полном смятении. Белые больничные коридоры вызывали в ней только чувство тревоги и опасности. Она была смертельно больна. Неужели. Еще одно испытание в ее нелегкой судьбе? Ей казалось, что лучше сразу все решить и не мучиться, но другая часть ее сознания хотела бороться за жизнь. Та часть, которая никогда не имела права голоса. Лейвиц опустилась на больничную кушетку в коридоре. Она раскрыла свой серый раскладной самсунг и набрала номер сестры. Ее голос почти дрожал:

— Привет, Ангелина! Как твои дела?

— Лера? Ничего себе, так давно не виделись, — голос сестры был громким и радостным, как и всегда, — где ты сейчас?

— В Обвинске, все там же.

— Чем занимаешься?

— Все тем же.

— Какая-то ты странная. Словно зажатая. Хотя…ты всегда была такой. Кажется….Так что ты хотела?

— Хотела кое-что сказать.

— Да, мне тоже тебе нужно кое-что сказать. Как раз собиралась…тебе позвонить.

— Ты первая.

— Ну, я потерялась, — голос Ангелины дрогнул, — потерялась где-то у главной дороги, ведущей в город Тихий. Ну, ты знаешь. Этот проклятый городок, о котором нам в детстве байки рассказывали.

— Что ты там делала?!

— Я ездила туда по работе. Хотела потом к тебе ненадолго заехать. Мне нужно было тут парочку документов подписать. И теперь у меня почему-то внезапно перестал работать двигатель. И я оказалась одна посреди чертовой туманной дороги! — Она была в гневе, — это просто какой-то кошмар, Валерия! Я в ужасе! Я просто хочу домой! К своему чертовому парню, которого я ненавижу, но я точно лучше была бы сейчас с ним, чем здесь!

— Почему ты не можешь уйти оттуда, найти дорогу или…указатели или позвонить спасателям? У тебя же ловит связь?

— Лера, ты дура? Тут один чертов туман кругом! И ничего больше! Я вижу только деревья, деревья и деревья вокруг себя, туман и дорогу. Я даже не знаю, где я оставила свою машину. Если я позвоню спасателям, то что я им скажу? Что я могу им сказать? Придите вот к этому дереву и там буду я? Так что-ли?

— Это лучше, чем ничего. Лучше, чем потеряться совсем. Давай я позвоню? Скажи, в каком примерно месте и на какой дороге ты остановилась?

— Нет! Нет! Не смей звонить!

— Почему? Ты в опасности! Я переживаю за тебя. Не отказывайся от помощи.

— Лера, — старшая из сестер тяжело вздохнула и прошептала в трубку, — у меня в машине есть кое-что запрещенное. И в моих документах тоже есть кое-что не совсем легальное. Я не буду сейчас описывать это в деталях, но полиция и спасатели — это те службы, с которыми я сейчас категорично не хочу связываться. Просто помоги мне! — Она кричала, — я больше не так могу! Я хожу здесь кругами! Лера, я хожу кругами! Я не понимаю, что происходит!

— Думаю, что можно будет что-то придумать, какую-нибудь историю для службы спасения, чтобы избежать наказания за твои нелегальные действия.

— Нет! Не избежать! Лера, Виталик мне не отвечает! Мне больше некому звонить! Мне больше никто не отвечает. Ты — единственный человек, у которого я сейчас могу попросить помощи! — Ее голос звучал отчаянно и почти надрывался, — я в отчаянии. Мне очень страшно.

— Хорошо, давай я что-нибудь придумаю. Скажи мне, где ты примерно. Думаю, что здесь часа три езды. И я буду где-то рядом с тобой.

— Пожалуйста, приезжай скорее.

— Я постараюсь.

— Последнее, что я помню — заправка. Это была заправка у въезда в город.