Чтение онлайн

55. Вероломство карлика

С наступлением вечера Тристрам покидает свое жилище и крадется в сад, к реке, ибо Исонда обычно каждый вечер выходит на берег той реки посидеть, отдохнуть и повздыхать о своей загубленной молодости. Подойдя к реке, она замечает в воде плывущие стружки {52}; поняла она, что Тристрам в саду. Закутывается она поплотнее в мантию из белого меха, опускает на самые глаза капюшон, входит в сад и спешит прямо к дереву, за которым спрятался король {53}. В этот момент всходит луна и освещает все вокруг. Тристрам увидел на земле тень короля и остановился; понял он, что король их подкарауливает. Боится он, что королева может не заметить тени. Но в этот момент она замечает тень; она боится, что король обнаружит Тристрама. Постояв, оба разошлись в разные стороны. Поняли они, что их предали. Они удручены и подавлены. А король, сидя под деревом, почувствовал стыд и раскаяние. Он перестал на них гневаться и разрешил Тристраму вернуться ко двору.

Однако втайне король замыслил еще раз испытать их обоих хитростью. Однажды, когда они все были в королевской спальне, король распорядился, чтобы им всем троим пустили кровь. Тристрам не заподозрил в том никакого лукавства. Но ночью, когда всех начал одолевать сон, король обратился к Тристраму:

– Дорогой племянник, - сказал он.
– Потуши огонь во всех подсвечниках, моим глазам больно от яркого света.

А сказать так его научил злой карлик, одинаково горячо ненавидевший Исонду и Тристрама. Карлик тот задумал неслыханное коварство. Ночью он выбрался из своей постели, зачерпнул из ларца, стоящего рядом с его постелью, полную горсть муки и посыпал ею весь пол: если Тристрам вздумает приблизиться к королеве, следы его ног отпечатаются на покрытом мукой полу. Но Брингветта увидела, как он сыпал муку и предупредила Тристрама. Прошло немного времени. Король встает со своего ложа. Он жалуется на духоту и говорит, что хочет пойти к заутрене. Он велит карлику сопровождать его. И вот король ушел, а Тристрам остался в спальне и размышляет, как бы ему проникнуть к королеве; он знает, что по полу пройти нельзя, ибо на нем останутся следы. И вот он прыгает через всю комнату на ложе короля. Но от прыжка его жилы раскрылись и кровь всю ночь сочилась из них. Заслышав шаги, Тристрам поднялся и прыгнул обратно на свое ложе. Король вошел в комнату и увидел на ложе кровь. Спрашивает он Исонду, откуда кровь; она говорит, что это от пореза на ее руке. Король идет к ложу Тристрама и видит, что он весь в крови. Понял он, что Исонда солгала ему. Королю это кажется веской уликой, он удручен и разгневан. Не знает он, чему верить, знает только, что это кровь, а других доказательств у него нет. И потому его терзают сомнения, он не знает наверное, но оправдывать их он больше не может. Все же он не хочет предать их публичному позору. И посылает он гонцов ко всем своим ленникам и баронам и рассказывает им, в какую печаль повергли его Исонда и Тристрам. И все ленники сочли, что надо отомстить за честь короля, если обвинения подтвердятся.

56. Совет по делу Тристрама и Исонды

И вот король назначил всем своим особо доверенным вассалам встречу в Лондоне {54}. На встречу явились все, кто дорожил дружбой с королем: епископы, ленники и мудрейшие мужи, жившие в то время в Англии. Король попросил у собравшихся совета, как ему поступить с Тристрамом и Исондой, навлекшими на него такой позор и ославившими его перед всем государством. Вассалы дают ему различные советы, кто глупые, а кто толковые и разумные.

Затем встал старик епископ и обратился к королю:

– Государь, - молвил он, - выслушайте, что я вам скажу, и если моя речь покажется вам убедительной, последуйте моему совету. В нашей стране найдется немало людей, которые обвиняют Тристрама, но не могут доказать его виновность. Вы, государь, просите совета; мы обязаны дать вам разумный и правильный совет. Не подобает вам терпеть эту клевету, но вы не можете предать их публичному позору, ибо вы ни разу не застали их вместе и не можете предъявить неопровержимых доказательств. Так как же вы можете подвергнуть суду своего племянника и супругу? Ведь она ваша законная жена, и вы не можете расстаться с ней, ибо у вас нет явных доказательств того, в чем ее обвиняют враги и завистники. Не подобает вам прислушиваться к клевете и наветам и разным слухам, которые распространяет простой народ, верящий в них, независимо от того, правда это или ложь. И часто лжи верят не меньше, чем правде. Но так как вы слишком долго терпели клевету, оскорбительную для королевы, вам следует вызвать ее сюда, на совет, чтобы она могла предстать перед вельможами. Выслушайте тогда, что я скажу и что она ответит. И после того, как она ответит, мы объявим ей, что она не сможет спать на ложе короля, пока не очистится от этой клеветы.

Король отвечает:

– Вот решение, которое я готов перед всеми ленниками и вельможами признать справедливым.

Послали за Исондой, и она явилась в залу совета и села. Встал тогда епископ и обратился к ней:

– Королева, - молвил он.
– Выслушай, что король желает сообщить тебе. Всем известна клевета, которую вот уже больше года беззастенчиво возводят на тебя и на Тристрама, племянника нашего короля. Правда, это или нет, но на вас открыто наговаривают и клевещут, нанося тем оскорбление королю. Сам же он не знает за вами ничего дурного, кроме этой клеветы, которую на вас возводят, никто же не может представить явных улик. И вот я предъявляю тебе обвинение перед собравшимися здесь вельможами и ленниками, и требую, чтобы ты согласилась подвергнуться испытанию и избавиться от клеветы и вывела короля из заблуждения, ибо не подобает тебе спать с королем в одной постели, пока ты не очистишься от этой клеветы.

Прекрасная Исонда была женщина умная, учтивая и сообразительна. Она встала и обратилась к королю:

– Дорогой государь, вы знаете, что мне известно о клевете, которую возводят на меня завистники и злые люди, ибо, как говорится с давних пор, мало кому удается прожить без наветов и наговоров. Но дивлюсь я, что люди без вины возводят на меня напраслину. Им это нетрудно сделать, ибо я чужеземка, мои близкие и родные далеко от меня. Я здесь совсем одна, словно взятая в плен рабыня, поэтому я знаю, что не от кого мне ждать сочувствия. Я прошу у короля, моего повелителя, дать мне возможность оправдаться клятвой в присутствии всех придворных. Каково бы ни было назначенное мне испытание, суд раскаленным железом или что-нибудь другое, - я сумею отвести от себя упреки завистников, ибо меня оклеветали безвинно. Если же мне не удастся пройти через это испытание, пусть король велит сжечь меня на костре или привязать к лошадям, чтобы они разорвали меня на части.

57. Король соглашается на просьбу Исонды

Король слышит слова Исонды о том, что она согласна на испытание раскаленным железом и на любое другое испытание. Видит он, что не подобает ему требовать от нее чего-либо большего. У него нет прямых доказательств ее вины, и он не может лишить ее права на оправдание. Молвил он ей:

– Подойди сюда, - сказал он, - и подтверди в присутствии всех этих вельмож, что ты согласна пройти через испытание, о котором ты просишь, и я охотно исполню твою просьбу. Поезжай затем в Корбинборг {55}. А вам, вельможи, я повелеваю явиться туда через месяц, и мы вместе будем вершить честный и праведный суд.

Исонда приблизилась к королю и торжественной клятвой подтвердила, что не отказывается от испытания, о котором сама попросила. Вельможи и свита короля прощаются и пускаются в обратный путь. Исонда остается одна, она печальна и встревожена, она боится, что клевета, в которой ее обвиняют, может подтвердиться.

58. Тристрам переносит Исонду с лодки на берег

Близится день суда. Вот что придумала Исонда: посылает она гонца к Тристраму {56} и просит его в назначенный день выйти навстречу ей к реке в месте брода. Она просит его одеться так, чтобы никто не мог его узнать. Она желает, чтобы он вынес ее на берег из лодки, на которой ее перевезут через реку, и тогда она поведает ему один секрет.

Тристрам передал со слугой, что он так и сделает, и в назначенный лень выходит ей навстречу. Никто не признал его, ибо он до неузнаваемости изменил свою внешность: лицо вымазано коричневой глиной, он одет в нищенское рубище, поверх которого наброшена старая накидка. Королева тем временем отплывает от берега. Она велит править к тому месту, где сидит Тристрам, и лодка сразу зарывается в песок. Тогда она громко окликает Тристрама:

– Друг, - говорит она, - подойди сюда и перенеси меня на берег; мне сдается, ты бывалый моряк.

Тристрам идет к лодке и берет ее на руки. Она тихонько велит ему упасть на песок, когда он будет подниматься по откосу. И вот он уже на берегу. Она подбирает платье - и он падает, не выпуская ее из своих объятий.

Завидев это, ее спутники бегут к нему из лодки, кто с палкой, кто с веслом, кто с багром, и хотят прибить его. Но королева просит не трогать его, она говорит, что он упал нечаянно, должно быть, он устал, ослаб от долгого пути, "ведь он паломник, прибывший издалека". Они смеются в ответ на ее слова, шутят над тем, как паломник повалил ее на песок. Все в один голос хвалят ее за то, что она в своем великодушии не позволила обидеть убогого. Никто не догадался, что она это подстроила нарочно.

Потом они садятся на лошадей и едут своей дорогой, весело вспоминая забавное падение паломника.

– Что же тут удивительного, - молвила Исонда, - что паломник решил немного поразвлечься и пощупать мои белые коленки? Только теперь я уже не смогу поклясться, что ни один мужчина, кроме короля, не сжимал меня в своих объятиях.

Но вот они прискакали в королевский замок, и королева сошла со своего коня, а следом за ней спешились и все ее спутники.

59. Исонда произносит клятву и берет в руки раскаленное железо