Чтение онлайн

И смогу ли я полюбить Крейна, если все еще люблю Брома?

Смогу ли я снова полюбить Брома, если влюблена в Крейна?

Смогу ли я любить обоих мужчин?

Они позволят мне?

Вопросов слишком много, а мое сердце и тело слишком измучены, чтобы ответить на любой из них. Я глубже погружаюсь в ванну, так что вода доходит мне до подбородка. Из окна ванной видно, как мимо проплывает серый туман, свет тускнеет, мои глаза закрываются. Тепло ванны замедляет пульс, погружая меня в состояние глубокого расслабления.

Не слышно ничего, кроме звука моего дыхания.

Слабого биения сердца.

Звука воды, мягко плещущейся в ванне.

Ритмичного, непрерывного плеска.

Почему вода в ванне все еще плещется, хотя я лежу совершенно неподвижно?

— Мой муж касался тебя здесь, — шипит голос.

Я распахиваю глаза и вижу голову женщины у себя между ног, мертвые белые глаза таращатся.

Я кричу, но из-под меня выныривают руки, обхватывают мой рот и начинают тянуть вниз, в воду. С тошнотворной ясностью я осознаю, что лежу не на дне медной ванны, а на мягком женском теле.

Вода заливает нос, когда я оказываюсь под водой, я мечусь взад-вперед, меня охватывает чисто животная паника.

Она пытается меня убить.

Я здесь утону.

В приливе безумной силы я прикусываю ее пальцы. Кости хрустят с тошнотворным звуком, кровь стекает в воду, на вкус жидкость как грязные монетки.

— Он прочитал мои воспоминания и использовал это против меня, — говорит голос, как будто она сейчас у меня над ухом. — Ты знаешь, что он за человек? Ты знаешь, что он сделал со мной?

Каким-то образом мне удается толкнуть ее локтем, ее рука соскальзывает с моего рта, и я перелезаю через бортик ванны, вода выплескивается, а затем неуклюжей кучей я падаю на пол.

Чья-то рука тянется и хватает меня за лодыжку, пытаясь втянуть обратно, ногти впиваются в кожу.

Я кричу, оборачиваюсь, смотрю на женщину, ее седые волосы свисают паклями, разлагающаяся кожа содрана, под ней видны личинки, пустая дыра вместо рта и белые глаза, которые поглощают меня целиком.

— Ты не можешь любить этого мужчину, — шипит она. — Икабод никогда не позволит тебе уйти!

— Мари? — с трудом выговариваю я, вспоминая имя бывшей жены Крейна.

От неожиданности она отпускает мою лодыжку.

Затем улыбается, и эта зияющая черная дыра расползается по лицу, пока не поглощает все черты.

Она медленно встает и начинает вылезать из ванны.

Боже, помоги мне.

В этот момент я слышу, как открывается дверь в спальню и слабый голос Крейна:

— Кэт?

— Крейн! — кричу я. — Помоги мне! — пытаюсь подняться на ноги как раз в тот момент, когда дверь открывается и Крейн с Бромом вбегают внутрь. Я падаю в объятия учителя и оглядываюсь через плечо, но ванная пуста. Здесь тихо. Вода на полу — единственный признак беспорядка.

— Что случилось? — спрашивает Крейн.

— Тут была женщина, — заикаюсь я, не в силах отдышаться. — Мертвая женщина. Она была прямо там, клянусь.

— Я верю тебе, — говорит он, проводя рукой по моей спине. — Я верю.

Я в ужасе смотрю на него.

— Это была твоя бывшая жена.

У Крейна сжимается челюсть.

— Ты был женат? — недоверчиво спрашивает Бром, и в его голосе слышатся нотки предательства.

— Это долгая история, — говорит он, и его глаза мрачно блестят.

— История, которую мы должны услышать, — говорю ему, выпрямляясь. Я осознаю, что снова стою голая рядом с этими двумя, но прежде чем успеваю схватить полотенце, Крейн сам хватает одно и заворачивает меня.

— Услышишь, — говорит Крейн, беря меня за руку и слегка пожимая ее. Но я не нахожу в этом никакого утешения. — Вы оба услышите. Обещаю. Сначала нам нужно одеть тебя и вывести на улицу. Может, сейчас и выходные, но скоро все встанут, и твоя мама будет здесь, и меньше всего нам нужны неприятности с ковеном. Сначала нужно разобраться со своими проблемами.

Я едва могу соображать, сердце колотится, воздух застревает в горле. Я закрываю глаза и пытаюсь сделать глубокий вдох, пока Крейн шепчет:

— Прости, что мы оставили тебя одну. Надо было первым делом пойти в библиотеку, а ты так сладко спала.

— Ты нашел голову? — осторожно спрашиваю. Я старалась не думать о голове, зная, что это был тот пьяный парень, который лапал меня у костра. Мэри прогнала его, не было необходимости хладнокровно убивать парня. Я подавляю дрожь, зная, что убийца стоит в комнате рядом со мной.

— Голова пропала, — Крейн говорит это так легко, как будто мы обсуждаем что-то тривиальное. — Я убрал беспорядок, но голова пропала. И нет, Бром понятия не имеет, куда она делась.

Я смотрю на Брома, но тот, кажется, погружен в свои мысли, в его глазах боль, и я знаю, что он думает о бывшей жене Крейна.

Я нервно сглатываю и поднимаю взгляд на старшего.

— Кажется, твоя жена пыталась меня убить.

Он натянуто улыбается.

— Я уверен, что так и было. Ей есть на что злиться.

Я искоса смотрю на него. Что ты с ней сделал?

Но этот вопрос придется отложить на потом. Я откладываю его вместе с миллионом других вопросов, понимая, что бесполезно ожидать ответов в ближайшее время.

Глава 7

Кэт

После инцидента с мертвой женой Крейна я переоделась в его рубашку и пиджак и направилась в женскую половину общежития. Поскольку я приехала в школу в одной ночнушке, единственный способ переодеться — это вернуться домой. Но я не хочу туда возвращаться. Я даже не знаю, во сколько мама и Фамке вернулись вчера вечером с костра — и вернулись ли они вообще, — но мое внутреннее чутье подсказывает, что идти домой небезопасно.

Конечно, я только предполагаю, что моя мама приедет сюда сегодня с моими вещами. А могла бы приехать, как только вернулась домой ночью и поняла, что меня там нет. Или, возможно, она думает, что я все еще сплю в своей комнате. Сейчас еще очень рано.

Я вспоминаю, как пыталась сбежать из своей спальни и обнаружила, что дверь заперта. Это было на самом деле? Кто-то запер меня в спальне с Бромом? Была ли мама дома, когда я боролась? Или это сам Бром каким-то образом запер дверь?

В любом случае, мама была решительно настроена на то, чтобы я переехала сюда, и даю зуб, что она скоро приедет.