Чтение онлайн

• Железная леди

По меньшей мере, можно сказать, что в сложившихся обстоятельствах задача, стоявшая перед г-жой Айаиж, была намного деликатнее, чем она сама могла предположить. Для спасения предприятия от нависшей угрозы эта железная женщина изобрела такую стратегию, которая позволила ей сохранить и козла, и капусту. Чтобы не класть все яйца в одну корзину, семейство Вендель разделилось на две части. Одни из его членов, по примеру Игнаца, присоединились к эмиграции и вступили в армию принцев. Другие же остались на месте и помогали «гражданке Вендель» отливать пушки и ядра, в которых отчаянно нуждалась молодая Французская Республика, чтобы принести всему свету мир и свободу, обещанные великими умами того века.

Хотя подобная стратегия в конце концов принесла свои плоды, избежать затруднений все-таки не удалось. В 1793 г. неблагодарная Республика конфисковала кузнечные мануфактуры. Г-жа д'Айанж оказалась в тюрьме Меца, где ей пришлось пробыть долгих восемнадцать месяцев. В это время Игнац, сходивший с ума от отчаяния, покончил с собой. Однако после Термидора семья опять встала на ноги. Учитывая, что по крайней мере часть ее членов не эмигрировали, революционная администра-

64

Маргарита Гауэен,владелица Айанжа сталапервым

великимдеятелей этого семейства

.Вторым была Жозефинаде Фишер де Дикур.

ция разделила имущество Венделей на две почти равные доли. Первая была возвращена г-же д'Айанж и двум детям ее сына, которые находились при ней. Вторая, отнесенная к собственности эмигрировавших членов семьи, подлежала конфискации и продаже с торгов в пользу Нации. Она была куплена в 1800 г. за шестнадцать миллионов неким бюргером из Тойонвиля по имени Луи Грантиль, который стал хозяином кузниц, но поспешил, однако, на этом деле разориться.

• Вендели вновь обретают свою империю

Хотя Венделям и удалось спасти кое-что из движимости, они тем не менее потеряли ббльшую часть своего имущества. Им пришлось собирать по кро-

65

хам остатки своей империи, не говоря уже о том, что надо было расплачиваться с огромными долгами, сделанными г-жей д'Айанж.

Это, казавшееся почти невозможным восстановление, произошло в два приема. Чтобы сосредоточить все усилия на самых ценных владениях, пришлось расстаться с кузницами в долине Варндта, но все-таки проданы они были кузенам Гаузенам и, таким образом, остались собственностью семьи. Кроме того, через подставное лицо, некоего Шарля Обертена, за которым скрывался семейный консорциум, было выкуплено имущество несчастного Грантиля. В этот консорциум входили два сына Иг-наца, Шарль и Франсуа, и два зятя г-жи д'Айанж, Бальтазар и Лакотьер.

Семейное единство помогло бывшим господам д'Айанжа хоть немного оправиться после той беды, которая чуть не поглотила их всех. И они сумели извлечь из этого урок на будущее.

Брачный союз

Филипп дэ Отклок или, как его называли, кузнец «Леклерк», женился на Терезе де Гарган, внучке Франсуа де Венде-ля... Однако, в его жизни это было не единственным славным деянием.

• Пушки Великой Армии

Итак, при возникновении Империи фирма Вендель снова стояла на ногах. Этому в величайшей степени способствовал ее новый молодой и энергичный хозяин, ум которого не уступал его честолюбию. Сын Игнаца, Франсуа де Вендель, хотя и жалел о том, что ему пришлось оставить морскую службу, да и не было у него всепоглощающей страсти к кузницам и литейным заводам, тем не менее горел желанием умножить свое состояние и утвердить престиж всего семейства. То, что удалось почти чудом избежать полного разорения и, конечно же, пример бабки, все это выработало его характер.

Когда в XIX в. начался бурный взлет металлургической промышленности, он, благодаря обширным заказам на оружие во время наполеоновских войн, сумел привести семейное дело к процветанию, и как настоящий капиталист, поставил своей целью добиться полной гегемонии на рынке металлов.

Восстановив мануфактуры и кузницы, которые во время Революции стали, как и вся облагодетельствованная ею страна, жертвой жесточайшей разрухи, Франсуа ударился в крайне амбициозную политику, занявшись выкупами и всяческими техническими усовершенствованиями. Франсуа де Вендель прожил всего сорок семь, но наполненных бурной деятельностью лет и оставил после своей смерти в 1825 г. вновь преуспевающее дело. Он перераспре-

66

делил капитал, выкупив доли самых ближайших родственников, присоединил соседние заводы Мойёвра, принадлежавшие его главным конкурентам, и купил в окрестностях Форбаха тысячу двести пятьдесят гектаров земли, покрытой лесом и буквально набитой углем. Кроме того, впервые во Франции он установил на своих заводах прокатные станы и ввел коксовую плавку, на которую столько усилий положил его отец.

• Каков отец, таков и сын

Волею судьбы сын и наследник Франсуа, Шарль, по уму, трудолюбию и предприимчивости не уступал ни отцу, ни деду, ни прадеду, да к тому же и мать его, Жозефина де Фишер де Дикур, твердостью характера была ничуть не слабее своей знаменитой прабабки, Маргариты де Гауэен. Когда умер отец, Шарлю исполнилось лишь 16 лет, и встать за руль семейного корабля пришлось его матери. Она сделала это с безошибочным мастерством и всю свою жизнь всячески поддерживала сына.

Жозефина происходила от отца основателя династии, Иоганна Мартина Венделя, и с полным правом играла выпавшую на ее долю роль. В бблыпей степени благодаря именно ей, Шарль после окончания Эколь Политекник смог делать двойную карьеру-политического деятеля и промышленного барона, не отставая от последних достижений науки и прогресса. С помощью своего родственника, талантливого инженера Теодора де Гаргана, он сумел на протяжении восемнадцати лет быть и мозельским депутатом, защищавшим либеральную экономику, и крупным хозяином, определявшим развитие лота-рингской металлургии. Именно по его инициативе было остановлено устаревшее производство на заводах в АЙанже и Мойёвре, а с 1853 г. форбахские заводы перешли на выплавку стали, которая вследствие развития железных дорог получила в XIX в. широчайшее распространение. Именно он, начав использовать новые высокопроизводительные процессы Бессемера и Мартена, поставил фамильное дело во главе всей французской металлургии.

• Все повторяется сначала

По странному стечению обстоятельств после войны 1870 г. заводы Венделей оказались чуть ли не в таком же положении, как и в эпоху Революции. После смерти Карла в 1870 г., накануне франко-прусского конфликта, во главе дела в полном одиночестве ос-

67

талась Жозефина де Фишер де Дикур. Чтобы пережить эти мрачные годы, вдове Франсуа де Венделя пришлось стать второй «мадам д'Айанж» и спасать фамильную империю от катастрофы. А империя эта грозила развалиться, так как по мирному договору новая граница пролегла прямо через промышленные владения Венделей.

•Тем же бедам те же лекарства

Жозефина решила разделить семью надвое, следуя, несомненно, примеру того, как поступила в свое время Маргарита Гаузен. По ее настоянию одна часть ее внуков осталась во Франции, а другая приняла германское подданство. Затем она, как единственная владелица, преобразовала дело в семейное коммандитное товарищество, которое стало называться «Внуки Франсуа Венделя» (1871 г.). Это общество, куда могли входить лишь ее внуки, стояло одной ногой во Франции, а другой-в Германии и, несмотря на непроницаемость границы, могло не только сохранить свою штаб-квартиру в Айанже, но и продолжать действовать как единое целое.

Двойная национальность и единство семьи, спасшие дело в черные дни Революции, помогли без потерь пережить и сорок пять долгих лет, в течение которых Лотарингия была отделена от Франции. По обе стороны новой границы Вендели одинаково стали играть двойную роль промышленников и политиков. Если Франсуа был избран депутатом в Бурбонский Дворец, то Анри, а потом и его племянник Шарль, владевшие «немецкими» заводами, сидели на скамьях Рейхстага и демонстрировали там крайние профранцузские убеждения и чувства.