Чтение онлайн

О, эта дурацкая болезнь, награда конюха, который казался теперь таким увальнем и грубияном, по сравнению с ее престарелым кузеном Ренуаром и в то же время оказался таким искусным любовником. Да, что и говорить, все познается в сравнении… Беатрис, пока лечилась в Риме, считала не только дни, но и часы, сгорая от нетерпения, снова встретится со слугой дяди Дон Пино Неро своим кузеном Ренуаром. Ей было комфортно знать, что Ренуар живет у дяди, который приютил разорившегося родственника, взяв к себе в услужение, и что поездка к дядюшке Дон Пино Неро не вызовет ни у кого подозрения о ее связи, осуждаемом в окружении тетушки Элизабет Марии Стюарт.

"Здравствуйте мой дорогой дядюшка! Пишет Вам Ваша племянница, Беатрис. Вы, наверное, удивились моему поспешному отъезду, но на это были очень веские причины. Мне пришлось это сделать из-за очень интимного подарка, который сделал мне Ваш Жан. Мне непонятно, милый дядюшка одно, откуда и где Вы нашли это нелепое чудовище, все, внутри заплесневелое, как лесной пень от срубленной осины лет этак двадцать тому назад…". Дон на мгновение оторвался от чтения письма. В его воображении возникла площадь Дуомо у Кафедрального Собора, где на паперти сидел в поношенной одежде очень красивый парень. Дон Пино Неро подумал, где он его мог видеть? И вдруг в памяти возник музей античной скульптуры замка Сфорцеско внутри, которого его поразила скульптура Аполлона. Искусный мастер высек из цельного куска белого мрамора фигуру юноши. Очень подробно до мелочей изобразил каждую черточку и складку на теле, так словно скульптура была жива. Складывалось не поддельное ощущение того, что фигура, изображенная в мраморе, вдруг ожила, превратившись в плоть юноши, и совершенно не произвольно он взобрался на постамент и сейчас, через минуту другую спрыгнет и уйдет просто так нагишом на улицы Милана, не стесняясь своей наготы, потому что совершенство телосложения не может быть стеснительным. А вот сам Аполлон сидит перед ним на каменной площади в оборванной одежде и просит подаяния.

– Как тебя зовут? – подойдя ближе, спросил Дон Пино Неро. Юноша медленно поднялся с тротуара и нагло, глядя в глаза сеньору, ответил вопросом на вопрос:

– А Вам то, что из этого?

– Отвечать надо, когда тебя спрашивают уважаемые люди.

– Ну, Жан. – Сжавшись в комок, как загнанная и голодная собачонка, вдруг поникшим голосом ответил Жан.

– Ты видно уже давно не ел нормальной пищи? – спросил Дон Пино Неро. Жан, молча, уставился своими зелеными огромными глазами, и громко сглотнул набежавшую от голода слюну.

– Пойдем, я тебя угощу обедом.

Жан покраснел, как девица, затем, несмело спросил:

– Какие услуги я должен Вам буду сделать за обед?

– Ты, что меня оскорбить хочешь, а, юноша?

– Нет, я просто привык отдавать долги! – упрямо твердил парень.

– Ну, тогда считай, что я тебя беру на работу. Поедем ко мне на виллу, будешь ухаживать за лошадьми, за это будешь столоваться и получать каждый месяц жалование. Ну, что, согласен? – Дон Пино Неро внимательно поглядел на парня. Тот ни минуты не колебался, а лишь с недоверием смотрел на сеньора.

– Кто ж откажется от такого предложения. Конечно, я согласен…

Дон Пино Неро улыбнулся, и стал читать письмо дальше: «Чтобы к моему приезду и духу Вашего Жана не было, если Вы, дорогой дядюшка-опекун, хотите меня еще увидеть на нашей очаровательной вилле. Любящая Вас, всем сердцем, Беатрис".

Дон Пино Неро отложил письмо на письменный стол. Взял звонок в руку и позвонил. В двери показался Ренуар.

– Немедленно позови мне Жана. Пусть явится сюда!

– Хорошо сеньор. – И дверь кабинета бесшумно закрылась. Через минуты пять явился Жан.

– Вызывали, синьор? – с невозмутимым видом спросил вошедший. Дон осмотрел, вошедшего конюха. С ног до головы, меряя своим проницательным взглядом. От этого внимательного взгляда не скрылась желтизна под глазами у Жана и вялость в движениях.

«Да там целый букет любовных ран без разборного употребления этого напитка страсти". – Подумалось Дону, «Что же с ним делать?" – Пино Неро с минуту смотрел на конюха. Жану от этого становилось не по себе, и он уже хотел что-то спросить, как Дон начал первым:

– Ты где подцепил французку?

– Простите сеньор, я не совсем понял, кого Вы имеете в виду?

– Венерическую болезнь, которую ты носишь в себе? – бесстрастно спросил напрямую Дон Пино Неро. Жан вспыхнул от стыда. Потом обиженно проговорил:

– На каком основании, Вы сеньор, спрашиваете меня об этом? – с нескрываемой обидой спросил Жан.

– Вот возьми. – Дон Пино Неро сунул конюху клочок бумаги. – Это адрес врача. Скажешь ему, что я оплачу твое лечение.

– Зачем? Я здоров! – гневно вскричал конюх. – Вы смеетесь надо мной? – искренне спросил, возмущаясь, Жан.

– Ничуть. – Серьезно отвечал Дон, и добавил, – Если ты считаешь, что показываться врачу нет никакого резона, то ты у меня больше не работаешь.

– Нет, нет, что Вы? Я, конечно же, покажусь и приму все его рекомендации.

– Ну, вот это совсем другое дело. Вместо тебя, на время твоего отсутствия, поработает Ренуар. Ступай!

Жан вышел в просторные прихожие дома, и быстро сбежав по ступеням крыльца, очутился на лужайке с аккуратно подстриженной травой. В руках у него был клочок бумаги с адресом врача. Он вертел этот адрес в руках, не зная, что с этим делать. Жан не умел ни читать, ни, тем более, писать в 26 лет. Ему ничего не оставалось, как обратиться к Ренуару за помощью, растолковать, где эта лечебница. Придумав предлог, он уверенными шагами вошел в пристройку к дому Дон Пино Неро, где жили слуги. На пороге показалась прачка Фаустина с тазом полным мокрого белья.

– Мэм, скажите, где мне найти Ренуара?

– Порядочные люди, сначала здороваются, а потом уже спрашивают. – Наставительно, тряся своими прелестями необъятного тела, отвечала Фаустина, приближаясь к Жану.

– Здравствуйте, мэм! – исправился конюх, и добавил, – Так, где Ренуар?

– Сеньор послал его в конюшню. И что, тебя уволили? – Любопытный огонек загорелся в глазах Фаустины.

– А, вам все-то знать надо?! – бросил на ходу Жан, направляясь в сторону конюшен…

Два месяца по тому Жан явился к Дону Пино Неро в кабинет без предупреждения. Сеньор внимательно осмотрел молчаливого конюха, затем нарушив тишину кабинета, спросил:

– Ты входишь, не здороваясь и не предупреждая о своем появлении, как к себе домой?

– Простите сеньор, но я рос без родителей, и меня воспитала улица.

– Ну да ладно. Так что привело тебя, столь поспешно прервав лечение?

– Доктор сказал, что я уже абсолютно здоров и могу работать.

Дон Пино Неро испытующе стал смотреть своими жгучими черными глазами в зеленые, как две виноградины, глаза юноши. Тот не выдерживая взгляда, опустил свои глаза, и, найдя на паркетном полу, щербинку, стал всматриваться в черноту паркетного пятнышка.

«Да наверняка деньги кончились, которые я дал ему на лечение, вот и прискакал жеребцом ко мне. – Подумал Дон Пино Неро, – Ну, что с этим делать?". Далее последовала затяжная молчаливая сцена. Жан стоял, вперив взгляд в пол, а Дон Пино Неро быстро что-то строчил на листке писчей бумаги. Кончив писать, он сложил листок вдвое и засунул в конверт. Заклеив конверт, подписал его и аккуратно скрепил сургучовой печатью с начертанием родового герба Дона Пино Неро. Далее задул спиртовку, для разогрева сургуча. Взял конверт и протянул его Жану со словами: