Чтение онлайн

— В любом случае, военные действия, буде таковые случатся, потребуют умелого

применения лта... — в раздумье проговорил великий князь. — Разобрать, перевезти и

снова взлететь... Да... Кажется, эти «Ньюпоры» уже гостили в России? Надо будет

продолжить это знакомство.

И он придвинул к себе чистые листы бумаги, чтобы сделать рабочие заметки по данному

поводу...

Продолжение следует.

46. «Ньюпор» (2): «Самолет с ложкой»

12 июля 1912 года, Санкт-Петербург

Самолет приземлился.

Герой, штабс-капитан Андреади, показался перед восхищенной толпой. Несколько

снимков «в обнимку» с самолетом, пара слов для газетчиков...

Перелет из Севастополя через Одессу до Петербурга, занявший десять дней, был окончен.

— Выдающийся успех! — произнес с нажимом великий князь Александр Михайлович.

Шеф русской авиации был полон энтузиазма. Кажется, выбор самолета для оснащения

авиации русской армии решен: «Ньюпор». Только что Андреади доказал эффективность

этой машины.

— Главному инженерному управлению поручаю заключить контракт с представителями

фирмы «Ньюпор» на поставку партии монопланов в Россию, — распорядился великий

князь. — Субсидировать контракт будет Отдел воздушного флота.

Осталось решить еще пару вопросов чисто организационного свойства. Наблюдать за

исполнением заказа следовало представителям русского военного агента во Франции.

И главное: подготовка летчиков. Мало заполучить аппараты, нужно научиться ими

пользоваться.

Здесь следовало организовать дело как можно более тщательно.

20 сентября 1912 года, Мокотовский аэродром, Варшава

— Принимайте самолеты!

Аэродром ожил. Всем хотелось увидеть новые аппараты, только что доставленные из

Франции.

Летчики-приемщики сопровождали самолеты «Ньюпор».

— Можете считать, господа, что вам повезло, — сказал один из них, поручик Кованько,

обращаясь к Мокотовским летчикам. — Поначалу имелось распоряжение доставить

самолеты в Петербург. Но погода там испортилась уже сейчас, зима ожидается ранняя и

холодная, а нам бы еще полетать. Вот и двинулись в последний момент не в столицу, а

сюда.

Штабс-капитан Богдановский пожал плечами:

— Повезло так повезло. Здесь правда снегу немного. Хоть круглый год летай и садись на

колеса. Но если рассуждать по уму, господа, то мы все-таки в России и нужно учитывать

наши зимы.

— Будет время — начнем использовать и лыжное шасси, — кивнул Кованько. — А пока

наша задача — просто научиться на этих самолетах летать. Они отличаются от

«Фарманов», к которым многие уже привыкли.

Кованько и его товарищ по фамилии Модрах получили пилотские свидетельства

аэроклуба Франции и лично облетали принятые аппараты. Знали они и особенности

производства, сборки и регулировки «Ньюпоров».

— Пересаживаясь на «Ньюпор», вы должны забыть свои прежние навыки, — наставлял

Кованько. — По сути, вам придется учиться летать заново.

Поручик Нестеров долго учился на «аппарате для земли» — рулежном. Правда,

приходилось нелегко.

В отличие от остальных самолетов, у которых педали связаны с рулем поворота, на

«Ньюпоре» с помощью педалей осуществлялось управление по крену, достигаемое

перекашиванием крыльев.

Отклонение руля поворота и руля высоты происходило при помощи ручки управления.

— Вы опять за старое, господин поручик! — сердился Кованько. — «Ньюпор» —

совершенно другая машина, а навык должен быть автоматический.

Наконец поручикам Ушакову и Нестерову дозволено было поднять в воздух настоящие

самолеты.

Момент ответственный: присутствовали полковник Ульянин и множество офицеров.

Поручик Ушаков заметно волновался, был бледен и странно пытался шутить.

Нестеров стоял на аэродроме и смотрел, как Ушаков поднимает самолет.

Ушаков сделал опасный взлет: самолет вдруг опустил нос к земле, потом качнулся и едва

выровнялся.

— Что он тут?.. — начал было полковник Ульянин и оборвал себя, раздув ноздри. —

Нервные все, как гимназистки, — проворчал он.

«Он сам испугался», — понял Нестеров.

— Ну все, пора. Поручик Нестеров!

Второй летчик держался более уверенно.

— Что скажете об этом самолете, поручик? — Ульянин задал Нестерову совершенно

неожиданный вопрос.

Тот ответил:

— Думаю, хороший.

— Лучше или хуже «Фармана»?

— С точки зрения конструкции, обслуживания — хороший. Сравнить не могу. Летные

качества претензий не вызывают.

— Вот и хорошо. Скоро в армию поступят и русские «Ньюпоры». Вы еще не слышали

новость, господа? — Ульянин повысил голос. — Стало известно, что эти самолеты будут

выпускаться на русских авиазаводах — Русско-Балтийском в Риге, на производстве

Щетинина в Петербурге, на заводе «Дукс» в Москве. Так что освоение «Ньюпора IV» —

первейшее дело.

«Ньюпор IV» быстро прозвали «самолет с ложкой» — из-за характерной

противокапотажной лыжи, весьма напоминающий означенный столовый прибор.

«Главное — чтобы с этой ложкой нам не уйти не солоно хлебавши», — говорили

авиаторы...

3 июля 1913 года, Дарницкий полигон, 15 км от Киева

Одиннадцатый авиаотряд (приписанный к Седьмой воздухоплавательной роте) под