Чтение онлайн

Позади послышались звуки битвы. Армия столкнулась с армией. Подобно двум морским течениям они закружились в кровавом водовороте. Крики умирающих встревожили падальщиков, приманивая все больше и больше воронья.

Грохнули пушки. Но не звучало ни свиста ядер, ни грома за спиной генерала. Только каменная крошка посыпалась со стен, лишь падали обожжённые, изувеченные тела жрецов, попавших в радиус взрыва. Прошлой ночью наемные ассасины вывели их из строя. Дюжина тяжелых орудий рванула, разом превращая часть стены в огромный огненный шар. Черное небо закоптили языки пламени и дыма.

Генерал мчался дальше. Перед ним мелькали лица, больше похожие на маски, олицетворявшие само определения слова «ужас». Лишь приблизившись к волшебнику, они стонали и их же латы становились для них смертельной клеткой, прожигающей кожаные подкладки и заживо запекавшей столь податливые человеческие тела.

Конь, чувствуя скорую погибель, мчался со скоростью пьяного от свободы сокола. Он словно пытался обогнать оранжевую смерть, сидевшую в седле. Генерал слышал, как за спиной вопит Рэккер, пронзая и прожигая одного защитника за другим.

И тут уши прорезал страшный свист. Небо засверкало сталью и воронье в испуге полетело к лесу. Тысячи стрел и сотни свинцовых шариков закрыли собой горизонт и далекие храмовые купола. Командор вытянул посох и в небо ударила волна пламени. Плавились наконечники, мгновенно сгорали стрелы. Лишь несколько пуль пробились через огненную стену и унесли с собой десяток жизней. Как оборонявшихся, так и нападавших.

Ворота совсем рядом. Баронет вонзил шпоры в бока сгорающего в пламени коня и тот, заржав, прыгнул. Солдаты Арабаста видели лишь вспышку, яркую, сорвавшуюся звезду. Она перелетела через строй и упала у самых ворот. На земле стоял волшебник с черным, пылающим посохом в руках. За его спиной кипело сражение. Брызги крови неумолимо тянулись к небу. Крики людей и смех демонов смешался и уже нельзя было отличить одно от другого.

Кто-то выронил оружие, другие закричали, моля богов о спасении. Но демон, чей черный, изорванный, горящий плащ напоминал могильный саван, лишь ударил посохом о землю. Страшный гул оглушил людей. Огромный пламенный вал накрыл и стену, и ворота, и защитников. Пылала плоть, стонала каменная кладкой, лавой стекающая на землю.

Магики пытались удержать огонь. Их мерцающий золотом щит трещал под натиском стихии, но все же надежда еще теплилась в сердцах оборонявшихся. Вот-вот закроются врата, и штурм захлебнется в собственной агонии. Стрелки изрешетят их пулями, охотники истыкают стрелами. Маги и волшебники испепелят заклинаниями, а воины изрубят то, что останется от безумных демонов.

И в тот самый миг, когда три десятка магиков почти одолели всего одного волшебника, к нему на помощь пришел второй. Залитый кровью с ног до головы, в алых доспехах, больше похожих на драконью чешую, он встал рядом с огненным дьяволом и вонзил свой посох-копье в землю. Заревело пламя, на миг обретая форму гигантской птицы. Треснул щит. У магиков забило из носа, но они все еще держали. Минуло меньше одного удара сердца, и заклинание «дало течь».

Языки пламени жадно ласкали пробоину, проскальзывая внутрь.

— Держи! — кричал то ли чернокнижник, то ли зачарователь.

Но как могли простые смертные пересилить ярость двух демонов. Меньше через удар сердца, пламя ворвалось в крепость, обращая орущих магиков в столпы из пепла. Огромные ворота обернулись исполинскими факелами, словно приглашая легион внутрь. И тот не заставил себя ждать. Армия хлынула на улицы Задастра.

Словно волнами цунами они сметали баррикады и заставы, спеша ко второй стене. За ней их ждал новый бой, новая добыча и жаркое веселье. Гогочущим гиенами легионеры мчались по улицам, убивая всех, кто осмелился бы встать у них на пути. И впереди этой толпы шел человек, закованный в огненную броню. Пламя кружило и игралось вокруг него, страстно целуя дома, лавки, магазины и все, что могло бы гореть.

За спиной генерала оранжевым бутоном расцветал пожар. Брусчатка под его ногами стала мокрой от пролитой крови. Впереди показалась вторая стена. Легионеры уже приставляли к ней лестницы, игнорируя падающие сверху камни и кипящую смалу. Другие поднимались по каменному проспекту, топорами и клинками высекая из ворот щеп.

Спокойно шел генерал. Люди перед ним расступались, даже не осознавая этого. Они не могли игнорировать силу волшебства, источаемую этим человеком. Рядом шествовал Рэккер. Никто и никогда не сможет сказать, кто все же сильнее — лейтенант и генерал, но каждый будет знать, что вдвоем они способны сжечь самих богов.

Подойдя к дубовым створкам, пронизанным железными жилами и скобами, высшие офицеры синхронно приложили ладони к горячему дереву. Стихло их пламя, замерло сражение, и в следующий же миг ворота вспыхнули, обрушиваясь на защитников. Легион прорвал и эту заставу.

— Ату! — ревел Рэккер, выискивая глазами добычу.

Эш, печально вздохнув, оглядел свой посох. Он продержался меньше года и теперь больше походил на какое-то костровое полено, чем на волшебный атрибут. Вокруг кипело сражение, стонали умирающие, а генерал уныло плелся к храму. Баронет впервые испытывал нечто, что можно было бы назвать огорчением или расстройством. Все же подарок короля — обидно ведь.

Защитники, сражающиеся с легионом, игнорировали Эша, будто и вовсе не замечая его. Так поступает любой зверь, видя перед собой чудовище, в десятки раз сильнее его самого. А все разумные, в каком бы они мире не жили — суть есть обычные звери.

Генерал, захоти он, мог бы испепелить сотню солдат и сравнять с землей ратушу, но он не знал, что такое «хотеть». Впрочем, с этой задачей весьма успешно справлялся лейтенант, обогащая свою коллекцию из вражеских голов.

У ступеней храма огненной богини Шейрэй, покровительствующей уличным акробатам, Эш взглянул на небо. Красное, пылающее от дыма и пожара, оно оказалось через чур тяжелым и низким, чтобы любоваться им слишком долго. Не обращая внимания на пепел, прилипающий к вспотевшему лицу, генерал вошел внутрь.

Здесь находилось много людей. Женщины прятали детей, старики читали молитвы, жрецы возводили защитные заклинания. В Задастре не осталось ни одного сильного волшебника или мага. Какой смысл держать их на границе, когда вот-вот грянет решающее сражение у стен столицы.

— Что ты ищешь в храме богини? — крикнул верховный жрец.

Старик, облаченный в белую хламиду и сжимающий вычурный жезл из волшебного метала — адамантия. Говорят, за одну унцию этого материала можно выручить до ста золотых, а то и больше. Сложно даже представить сколько мог стоить подобный жезл. Но золото мало волновало генерала. Его вела королевская воля и только она.

— Никто из воинов не смеет вторгаться в обитель бога! — кричал один из послушников.

Пусть это и правда и именно поэтому здесь столпилось так много народа, но Эша не могли остановить какие-то слова.

— Я не воин, — тут же ответил он.

— Ты понял, о чем говорит брат, — спокойно вещал верховный жрец, держа золотой щит, укрывший и людей, и алтарь. — Уходи и избежишь проклятья нашей покровительницы.

— Это её что ли? — генерал кивнул на золотую статую, стоявшую у самого входа.