Чтение онлайн

Родители заверили, что людей таких не знают и общаться с ними, если они осмелятся к ней подойти – не следует. Это же требование относилось и к Маше. Но Маша эту пару ни разу не видела и когда Вика в очередной раз рассказывала о встрече со своими преследователями, старшая сестра верила ей всё меньше и меньше. А потом и вовсе начала дразнить.

– Ах! Смотри! – испуганно шептала Маша, когда они шли по улице.

– Что? – оглядывалась Вика.

Сестра хихикала и показывала на ворон, сидящих на дереве.

– Вон-вон преследователи машут тебе и зовут.

Мама тоже с каждым разом всё прохладнее стала относиться к рассказам Вики о странной паре, словно подозревая её в сочинительстве. Ведь доказательств у Вики не было, ей почему-то никак не удавалось снять их на телефон. Она то не успевала его достать, то он был разряжен, то вообще дома забыт.

Папа, решив поддержать младшую дочь, начал выдвигать фантастические версии, а может это привидения или галлюцинации от переутомления в школе? А может это влияние ретроградного меркурия, магнитной бури и преломление отраженного света от витрины супермаркета, создают такую странную оптическую иллюзию?

К тому же не понятно было, откуда эта парочка знает, что перед ними именно Вика, а не Маша? Этот вопрос и самой Вике не давал покоя.

Ведь дело в том, что сёстры Одинцовы имели очень странную особенность, шокирующую окружающих – они были похожи друг на друга как близнецы, несмотря на двухлетнюю разницу в возрасте.

Их сходство до последней веснушки изумляло всех, кто знал сестёр. Особенно это было странно потому, что родились они очень разными. Мария унаследовала внешность матери. Её склонность к полноте, кудрявые светло-рыжие волосы, круглую мордашку и нос картошкой. А Виктория унаследовала внешность отца. Его стройное телосложение, правильные черты лица и голубые глаза. Но в возрасте примерно четырёх лет Вика начала быстро меняться, становясь точной копией Маши. Сестёр стали путать все, и даже ближайшие родственники.

– Машенька, – звали родители или бабушка, обращаясь к Вике. – Викуленька, – говорили они, глядя на Машу.

Девочек это забавляло и веселило. Чтобы различать сестёр им купили цепочки с кулонами у одной с буковой «М», у другой с буковой «В».

Но самое странное было то, что они стали одного роста и комплекции. Именно этот факт больше всего настораживал Екатерину. Она вдруг решила, что Вика так быстро растёт, потому что у неё гормональный сбой, проблема со щитовидкой или что-то в этом роде. Наслушавшись от знакомых страшных историй о том, что будет, если это не лечить Екатерина, схватив младшую дочь, бросилась показывать её всем специалистам. Но после длительного обследования, которое не выявило отклонений в развитии ребёнка, врачи успокоили сердобольную мамашу. Такое часто случается, говорили они, все дети растут по-разному, девочка здорова и причин для беспокойства нет. А через пару лет от их странного сходства не останется и следа.

Но как эта странная парочка не путала сестёр? Именно этот вопрос больше всего беспокоил Вику. Все родственники, соседи и знакомые, прежде чем обратиться к одной из девочек, смотрели на букву их кулона. Тогда как преследователи, ни на какой кулон не смотрели, да и не смогли бы, с такого-то расстояния. При этом они так уверенно обращались к Вике по имени, будто знали её лучше, чем собственные родители.

– Викториа! Кохда твой виступлэний? – повторила девушка свой вопрос. От неё приятно пахло тонким ароматом.

Вика, обалдевшая от их появления, сидела в прострации. За эти несколько минут у неё полжизни пролетело перед глазами. Еле опомнившись, она замотала головой и пробормотала:

– Я сегодня не выступаю. Сегодня только Маша.

– О! Какой жаль! – почти одновременно воскликнули девушка и молодой человек. – Мы ошен-ошен шдали тиебя послышат.

– Зачем? – еле слышно прошептала Вика.

– Мы скоро, улетает домой. К сиебе домой, – ответила девушка, махая рукой куда-то в сторону, словно показывая направление, где находится их дом.

– Хатьели слышат тиебя. Тфой тальяант, – добавил молодой человек.

– Это тиебе, – девушка достала из сумки маленькую, красивую коробочку. – Сиегодна твой дьен рошдения! Это тиебе подарить. Ты это ошен любит ранше.

– Нет, – замотала головой Вика. – Вы ошиблись. У меня ещё не скоро день рождения.

– Мы знат-знат, – засмеялись девушка и молодой человек. – Сиегодна тфой тругой дьен рошдения.

Девушка положила разноцветную коробочку Вике на колени и поднялась с кресла. Молодой человек тоже поднялся.

– Мы пора ходьить, – сказали они и быстро нырнули в хаотично суетящуюся толпу.

Как только они отошли на пару шагов Вика, опомнившись, включила на телефоне камеру, но толпа закрыла странную парочку. Виднелась лишь светло-русая голова молодого человека, но девушки совсем не было видно.

Сев в кресло, Вика посмотрела запись. Ничего достоверного там не было. Пара двигалась очень быстро и даже там, где можно было их немного разглядеть, получились очень смазано. Вика насупилась, понимая, что ей опять никто не поверит.

Ну и ладно, подумала она, взяла коробочку и принялась её разглядывать. Коробочка имела пятиконечную форму и была обтянута белой атласной тканью с вышитыми золотыми и алыми розами.

Осторожно открыв коробочку, Вика увидела внутри шоколадные конфеты, выложенные в форме цветка. Одна большая, круглая конфета лежала по середине. Остальные пять лежали вокруг неё, в виде лепестков.

Вика взяла одну конфету в форме лепестка, она была толстенькой – наверно с наполнением, но все равно очень похожа на настоящий лепесток, благодаря изящным рельефам прожилок и волнообразным краям. Откусив кусочек шоколадного шедевра, Вика почувствовала орехово-маслянистый вкус начинки, очень необычный.

Пока она ела конфету, организаторы конкурса устранили проблему со звуком. Вика убрала коробочку в рюкзак, и как ни в чём не бывало, уткнулась в телефон. О встрече и разговоре со странной парой, она решила рассказать позже. Ведь сейчас всё равно никто её слушать не будет. Внимание родителей сосредоточено на выступлении Маши.

Вечером, когда немного улеглись восторги и ликования по поводу блестящего выступления Маши и её очередного первого места, Вика решила рассказать о странной парочке. В доказательство она показала запись на телефоне и коробку конфет. Как только Вика открыла коробку, Маша схватила самую большую конфету, которая лежала посередине.

– Мм, вкусная, – одобрила Маша. – Где купила?

– Мне их подарили, – пробурчала Вика. Она обиделась на сестру за то, что та опять ей не верит, да ещё и самую большую конфету слопала.

Родители, пребывавшие в эйфории от успехов старшей дочери, не смогли переключиться и вникнуть в проблему младшей. Мама несколько раз посмотрела запись, узнала кого-то из родителей участников конкурса, с которыми когда-то общалась. После чего, интерес к записи у неё пропал. А папа лишь спросил, почему Вика не сфотографировала эти наглые рожи, когда они сидели рядом? На что дочь ответила, что не сообразила, потому что очень испугалась и растерялась от неожиданности.