Чтение онлайн

— Больше сотни.

— Ну и дела…

— Да, но физически сейчас я даже моложе тебя.

Рейта нахмурилась, а потом они оба рассмеялись.

— Сначала я не могла в это поверить. Ведь это невозможно, все авиры погибли в Скараграсе, а остальных перебили, потому что они устроили эту катастрофу…

— В этом виноваты не авиры, — перебил ее Кайден. — А люди твоего племени — норады. Я был там, в Авиране, когда все случилось.

— Как скажешь, — пожала плечами Рейта. — Но это все равно в голову не идет, что тебе больше сотни лет.

Кайден усмехнулся.

— Как ты сказал, мы вероятней всего умрем, — пожала она плечами. — А я не хочу умирать, не сделав всего, что я хотела. Я все равно не смогу сделать все, но хоть что-то все же успею.

— И что же? — ухмыльнулся Кайден.

— Я все еще люблю тебя. Не говори ничего. Мне плевать, что ты не чувствуешь этого ко мне. Я только поэтому не рассказала никому о том, что ты авир. В таком случае тебя бы убили, я думаю.

Кайден молчал, смотря на нее. Она подошла ближе, схватила его за воротник и поцеловала. Недолго думая, Кайден расстегнул пояс и ей и себе, обнажил ее ноги, отметив, что они стали уже не такими упругими, как раньше. Прижал ее к дереву и принялся за дело. Пришлось закрыть ей рот руками, чтобы из расселины не услышали ее стонов. Это было приятно, тепло. Все закончилось быстро, Рейта успела вместе с ним.

Они оделись. Кайден пришел к выводу, что это было не так, как он ожидал, все же возраст сказывается на норадах сильнее, чем на авирах.

— Это вовсе не значит, что я на тебя не злюсь.

Кайден лишь улыбнулся, а потом они ушли спать к остальным.

Наутро они продолжили подьем. Рейта молчала, чему Кайден был рад. Оценивая прошлый вечер, он понимал, что хоть и получил то, чего хотел, ему это вовсе не понравилось. Теперь он совершенно не испытывал к этой женщине никакого интереса. Так даже лучше. Спокойно.

Подъем продолжался и становился все круче. Опасные обрывы стали попадаться чаще, и вести вперед, прокладывая дорогу вызвалась Ираэль. Глаза у шуан видели лучше, а если говорить о Гильгане, то у шуан их было на один больше. К вечеру отряд уже мог видеть вершину горы, по которой они поднимались. Но не вершина им была нужна.

— Пойдем возле той скалы, видишь? — говорил Гильган полукровке Ираэль. — Там нужно будет спуститься на карниз, он достаточно широкий и ведет как раз вдоль этой горы к той стороне. Обойдем быстро. Главное — не шуметь и двигаться быстрее. У Свирепых хороший нюх, а если они почуют чужаков у себя, то постараются прогнать. Они ребята мирные, пока к ним не полезут.

— Да тебе надо в Орумвайн к ученым, с твоими знаниями, — усмехнулся Вецемар, а Хоргут залаял в свой шлем, пытаясь, видимо, изобразить смех.

Когда стемнело, они приблизились к карнизу, который вел вдоль горы. Внизу был обрыв, дна которого видно не было. Переходить через него в темноте не решались, было слишком опасно. Более того, до неких катакомб шуан было рукой подать.

Путники не нашли укрытия для ночевки. Мало-мальски им в этом помогли несколько больших камней, за которыми они смогли укрыть костер. Эту ночь решили дежурить, ведь нужно было поддерживать костер, к тому же совсем недалеко могли шастать Свирепые, которые очень даже хорошо охотятся ночью. Они понимали, что в случае нападения, у них будет мало шансов, но кто-то убежать все-таки сможет. Кайден дежурил первым. Он сел у костра и уставился в пламя, слушая завывания ветра. Ему постоянно казалось, что он слышит голоса. Голоса Тени. Голоса говорят ему имя. Имя человека, которого давно нет в живых, и благодаря которому и пала империя, погиб его дом. Гордер Арсайд. Близкий друг императора, который стал рабом Тени и поднял восстание, превратив мирную жизнь в Авиране — в мясорубку. А после пришла Тень. Он слышал имя своего брата, которого потерял после побега из Авирана, он слышал имена своих родителей, имена своих друзей. Все, кто когда-то был ему дорог — погибли, а он остался совсем один. Без единой цели, перебиваясь мелкими, дабы скрасить свою жизнь. И почему же он не убьет себя? Почему он так борется за свою жизнь? Неужели он и правда, где-то в глубине души верит в то, что Тень можно остановить? И как же это сделать?

Сменил Кайдена Вецемар, который угрюмо сел у костра и уставился своими мертвенными глазами в темноту, его лысина поблескивала от костра. Кайден лег спать, но уснуть не мог, несмотря на усталость.

Вдруг сквозь ветер послышался шум, будто бы хруст веток и тихое хрипение. Кайден подорвался, звук приближался.

— Туши костер! — шикнул Кайден Вецемару и тот мигом накинул свой плащ на костер. Огонь потух. Кайден растолкал остальных.

— Поблизости кто-то есть, скорее всего Свирепый, — сказал он шепотом.

Отряд прислушался. Хрипение, размеренное и ритмичное, звучало где-то поблизости. Хруст веток прекратился — ночной гость остановился, наверняка принюхивался. Кайден вынул арбалет из кобуры и подтянул тетиву, пристегнул барабан с болтами. В темноте будет трудно стрелять, но глаза его уже начинали постепенно привыкать.

— Нужно двигать дальше, — прошептал Гильган, поднимая сумки и цепляя на спину. — Свалим, пока он нас не почуял.

— Тише! — шикнул Кайден. — Не двигайтесь! Он уже нас учуял.

Хрип прекратился, наступила тишина. Кайден выдохнул. Видимо тварь поняла, что лучше не нападать, по крайней мере в одиночку. А значит, здесь было еще более небезопасно.

— А теперь уходим, — тихо сказал Кайден.

— Нет! — пискнула Ираэль. — Он еще здесь.

Теперь до Кайдена дошло. Свирепый не ушел, он их караулит. Не решается напасть первый, хоть и знает свою силу. Видимо почуял много врагов и это сбивает его с толку.

Дела плохи.

— Рейта, — позвал тихо Кайден. — Достань один факел, зажги.

— Ты спятил?

— Делай как говорю. Остальные — в оружие. Как только зажжем факел, тварь скорее всего нападет. Постарайтесь убить его до того, как он позовет подмогу.

— Боги милостивые, — пробурчал Вецемар.

— Что, встретил противника сильнее себя, и сразу наложил в штаны? — усмехнулся Кайден.

Вецемар не успел ответить, Рейта чиркнула огнивом и факел вспыхнул. Кайден схватил его и поднял высоко над головой.

— Давай! — крикнул он. — Покажись!

Сначала он увидел только лес, среди которого бегали тени, отбрасываемые деревьями. А потом в темноте блеснули четыре глаза. Следом за ними Кайден увидел и морду чудовища — напоминающая собаку, покрытая шерстью, с четырьмя глазами и торчащими клыками. Свирепый стоял на четырех лапах, его тело полностью было покрыто серым мехом, передние лапы были больше и мощнее задних, на конце их по четыре пальца с массивными когтями. Существо было крупнее обычного человека в два раза, а то и больше. Он, завидев людей, рванулся к ним, издавая гортанные рычащие звуки. Кайден немедля выстрелил, но промахнулся, что с ним бывало крайне редко, болт угодил в плечо твари. Она лишь немного дернулась и продолжила рывок. Отряд разбежался в стороны, стараясь спрятаться за камнями, а Кайден остался на месте, держа факел высоко над головой. Следующий болт с щелчком встал в паз арбалета через мгновение после выстрела. Авир выстрелил снова, на сей раз угодив Свирепому прямо промеж глаз. Тварь, однако, не погибла сразу. Он издал странный звук, вроде вздоха, и продолжил бежать, мотая головой. Когда до встречи с чудовищем оставалось совсем немного, Кайден резко отпрыгнул в сторону, скатившись по склону. Тварь пролетел мимо, рыкнув, и врезался в камень. Подняться он уже не мог, крутил головой и судорожно вздыхал. Тут же на него накинулись другие члены отряда и стали молотить по нему своим оружием. Гильган так увлекся, что отрубил твари голову.

— Грохнули! — рявкнул Гильган. — Завалили тварь! А-ха-ха-ха!

— Закрой пасть, если не хочешь остальных привлечь! — шикнул Кайден. — Если они увидят труп своего, то будут искать нас очень долго.

— Заберу его башку, — сказал Гильган, с улыбкой поднимая отрубленную голову с торчащим болтом.

— А чего это ты заберешь? — спросил Хоргут. — Я его тоже месил, не хуже тебя.

— Олени вы, — выдохнула Рейта. — Убил его Кайден. Если бы не его арбалет, эта сука кого-нибудь точно угробила бы.

— Его голова мне не нужна, — сказал Кайден, убирая арбалет в кобуру. — Но вот болты, будьте добры вытащить, пригодятся.

Саннэфея

Следующие несколько дней принцесса провела в своих покоях. В основном она рыдала, иногда читала, один раз даже будто бы снова решилась покончить с собой. Мартон ее бросил, это было очевидно, потому что он больше не приходил, и она сомневалась, что он придет. А в чем же ее вина? В тот, что она не смогла дать ему того, что он хочет? Она не сможет никаким образом, ведь он ее друг! Всегда таким был! Да, ей было жаль его, после той истории, которую он ей рассказал, с ним поступили несправедливо, но неужели она должна была ответить ему взаимностью только из-за этого? Почему все ополчились на нее? Что она такого сделала?